параша

Факты. События. Комментарии
№8 (566)

Гнусное слово, но никак иначе определить происходящее не могу.
Игорь Трунов, адвокат банкира Алексея Френкеля, заявил журналистам: «Судя по панике и поведению следственных органов, можно предположить, что Лиана Аскерова отказалась от показаний».
Какие основания имеет Трунов для такого предположения - неизвестно. Обвинение Френкеля в убийстве первого заместителя председателя Центробанка Андрея Козлова строилось исключительно на показаниях этой женщины.
«Сейчас следствие занялось мной, - продолжил Трунов. - Мне стало известно о проверке моего диплома в Краснодаре выездной комиссией МУРа, о том, что подняты и проверяются дела из моей адвокатской практики. Как бы мне самого себя не пришлось защищать. На данный момент я не исключаю никаких сценариев».
Опять же пока мы имеем только слова Трунова. Но вот факт из практики адвокатессы, не менее известной, чем Трунов. Произошедший в те же дни. Её задержали в аэропорту, отвели в комнату для досмотра, перерыли все личные вещи, под угрозой снятия с рейса (а у неё дома больной ребёнок!) вынудили подписать документ о неразглашении сведений по делу, которым она сейчас занимается. Адвокатесса в это время держала связь по сотовому телефону не с кем-нибудь, а с Эллой Памфиловой, Председателем Совета по правам человека при Президенте России. Памфилова «просила передать сотрудникам милиции, чтобы они не допускали противоправных действий. Кроме того, сказала, что сообщит об этом министру внутренних дел. Это рассмешило офицеров милиции». (Цитата из заявления адвокатессы в Генеральную прокуратуру.)
Прошу обратить внимание на реакцию милиционеров. Если они смеются над советником президента России, значит, знают, что его должность, его ранг, его полномочия - туфта!
Если так обращаются с известными адвокатами, то можно представить, как могут надавить на подследственного, находящегося в полной власти карательной системы. Сейчас речь об Алексее Френкеле.
В интернете появились его второе и третье письма. В них он утверждает, что за включение банков в систему страхования вкладов сотрудники Центробанка брали взятки от 150 до 700 тысяч долларов. В редких случаях фигурирует цифра в миллион долларов, и однажды – 5 миллионов.
«Механизм приема «пожертвований» был налажен через Департамент лицензирования, - пишет Френкель. - Известно, что практически все банки т.н. «южного региона» попали в ССВ с первой попытки... Причины такой сговорчивости просты - «бизнес» предполагает необходимость криминальной защиты; её и обеспечивают представители этнических группировок».
Иными словами, налажен контакт с бандитами, с уголовниками. С одной стороны. А с другой стороны – Государственная дума, Совет Федерации, правительство.
«Необходимым звеном в создании коррупционного пространства является возможность формировать «под себя» законодательное поле, - продолжает Френкель. - Основными «контрагентами» «бизнесменов» в законодательных органах являются Комитет по кредитным организациям и финансовым рынкам ГД (председатель В.М. Резник, заместитель председателя А.Г. Аксаков) и Комитет СФ по финансовым рынкам и денежному обращению (председатель С.А. Васильев). Необходимую поддержку... оказывают также Комитет СФ по бюджету (председатель Е.В. Бушмин) и Комитет ГД по бюджету и налогам (председатель Ю.В. Васильев). Указанные лица имеют также возможность обеспечить поддержку всех инициатив ведущей в ГД политической фракцией. Известны случаи, когда при голосовании по наиболее важным законопроектам (поправки в Закон «О Центральном Банке», Закон «О страховании вкладов») эта помощь была весьма существенной. Важной составляющей работы с Федеральным Собранием является наличие положительных заключений от Правительства РФ. Здесь ключевую скрипку играет Департамент финансовой политики Министерства финансов (руководитель А.Л. Саватюгин)”.
И, наконец, само правосудие.
«Механизм работы с судебными инстанциями мало чем отличается от механизма работы с Федеральным Собранием и другими госорганами», - заключает бывший банкир, сидящий сейчас в следственном изоляторе.
В первом письме Френкеля были общие слова об обналичивании денег. Их Генеральная прокуратура проигнорировала. Сейчас – более или менее конкретные схемы, линии связи, имена-фамилии. Прокуратура вынуждена их рассматривать. Но что делать со всем этим? Открывать новое дело и допрашивать Френкеля в качестве свидетеля? Но от него потянется нить к другим, от других – к третьим и четвертым. Что делать?!!
Ответ дала бульварная газета «Твой день».
«Следователи Генеральной прокуратуры обнаружили на квартире и тайной даче Алексея Френкеля следы нетрадиционной сексуальной жизни банкира, - сообщает читателю махрово-жёлтое издание. - Среди изъятого: не один десяток фаллоимитаторов и прочие сексуальные игрушки, предназначенные для гей-оргий, смазки и специальные гели интимного назначения, 12 килограммов медикаментов для лечения венерических болезней, тампоны, десятки порнокассет, большое количество журналов и фотографий гомосексуального содержания».
Надо понимать так, что это утечка из Генеральной прокуратуры? Или преднамеренная, целенаправленная ложь – кто знает...
Газета при этом выдает и сама себя, и прокуратуру: «В тайное убежище прокуратура нагрянула спустя два дня после ареста Алексея Френкеля».
Значит, 13 января. Далее газета с торжеством сообщает: «Твой ДЕНЬ» побывал там спустя несколько дней после визита прокуратуры».
Значит, 15 января. И месяц – молчали?! Не обрушивали на читателя такую информацию?
А начали публиковать серию статеек сразу же после выхода второго и третьего писем Френкеля.
С какой целью – надо сказать читателю, далекому от гнусностей тюремной жизни. Это – фактическая расправа с Френкелем. На зонах, в следственных изоляторах люди другой сексуальной ориентации, или обвинённые, подозреваемые в этом, – всё равно что половая тряпка, об которую вытирают ноги все. Как там говорят – место у параши. Как раз после выхода статей в газете Френкеля перевели в общую камеру. Получай, разоблачитель!
А что в итоге? Нам всем указали – на любого найдут управу.
Москва