Без подарков

Разговоры запросто
№2 (298)

Новогодняя ночь в семье Зиминых всегда чем-то напоминала дежурство в диспетчерской. Телефонный аппарат, и в будни не знающий покоя, звонил снова и снова, как только опускали на рычаг трубку после очередного принятия поздравлений. С этим в семье врачей смирились, воспринимали терпеливо невозможность и словом перекинуться за праздничным столом со своими домочадцами, до конца провозгласить ни один тост, рассказать анекдот. В этот Новый год была даже надежда, что не будет срочных вызовов, так как ни отец-хирург, ни мама-терапевт не оказались в списках дежурных. Сын Андрей – студент-старшекурсник, выходил на дежурство к семи утра.
Ранним утром первого января, подавая завтрак, мама спросила: [!]
- В каком отделении у тебя сегодня практика?
- В реанимации, - ответил Андрей
- Посмотри, пожалуйста, как там Алена Ботвинова. Больная с моего участка.
Упрямая девчонка! Ни за что не хотела лечить пневмонию. Отвезли в больницу, когда уже потеряла сознание.
Алена в сознание еще не приходила. Лежала под капельницей. Первое, что увидел будущий врач, - это то, что кризис еще не наступил и его результат непредсказуем. Первое, что увидел будущий муж, что девушка эта, по существу еще девочка-старшеклассница, - необыкновенной красоты. Очень редко, в течение многовекового естественного отбора, могло возникнуть такое совершенное лицо. Иссиня-черные волосы разметались по больничной подушке. Он не видел глаз, но нетрудно было догадаться, как долго «трудилась» иудейская генетика над этим совершенным созданием. И теперь жизнь ее держится на волоске. На этой тоненькой трубочке, которая тянется от бутылки с лекарством до тонкой голубой венки. Андрей так и не отходил от больной, благо в областной реанимации в ту ночь не оказалось тяжелее пациентов и его забота об этой девочке была естественной. Он колдовал над нею до тех пор, пока она не поднялась и шатаясь сделала с его помощью несколько первых, после второго своего рождения, шагов.
Естественно, что, когда счастливые родители увозили похудевшую, но живую и вполне жизнерадостную Алену домой, Андрей сидел рядом в машине; вместе они вошли в квартиру, где он, давая советы о реабилитационных мероприятиях, делал это и как будущий врач, и как будущий член семьи. Хотя… До той минуты, когда Алена надела свадебное платье, а он – купил два золотых кольца по справке, выданной районным загсом, надо было обойти столько подводных и надводных рифов, что на описание всех их пришлось бы потратить множество времени и авторских сил. И злоупотребить терпением читателя, ждущего в этом новогоднем номере счастливого конца, что автор вам обещает, упуская все случаи, когда легкомысленная старшеклассница не приходила на свидания к «старому» студенту, незаметно исчезала с подругами после школьных вечеров и не без внутренней гордости принимала ухаживания самого крутого дворового авторитета по кличке Генерал.
Но все позади. Огромная – первая и последняя - любовь Андрея не могла не дать жизнь такому же по силе чувству. Они поженились сразу же после выпускных вечеров: мединститутского и школьного. Алена только успела поступить в консерваторию по классу скрипки, как семьи засобирались и уехали в иммиграцию. А в Нью-Йорке все началось сначала – учеба, экзамены, поиск работы, знакомства, обретение новых друзей, снятие квартир, покупка домов, открытие бизнесов… На эту рутинную и вполне удачливую иммигрантскую дистанцию ушло чуть больше десяти лет, что вполне позволило бы поставить здесь счастливую новогоднюю точку. Но однажды Алена, гуляя после занятий в музыкальной школе с подругой по осенней набережной, где на скамейках сидели мамы и бабушки с маленькими детьми, сказала горько:
- Ну почему именно мне не дано это?!
Подруга поняла, какая боль прорвалась в этом восклицании. Она предложила:
- Хочешь, пойдем к нашей соседке. К ней гостья приехала из Израиля. Всем гадает. Вроде прошлое правильно говорит. А будущее – посмотрим. Не такие уж и большие деньги.
Денег не жалко. Жалко себя. Не хотелось снова быть обманутой, как всякий раз, когда врачи-оптимисты обещали, что она, возможно, станет матерью.
Врачи-пессимисты только молча качали головой. Возможно, тогда смерть выпустила ее из своих лап, но оставила отметину, лишив самого дорогого…
Она пошла. Слушала женщину средних лет, ее гортанный иврит был монотонным, и по выражению ее лица Алена так и не поняла, что та сказала, написав непонятными буквами на клочке бумаги ее имя. Соседка подруги перевела, стараясь ничего не пропустить. Она сказала: «У вас будут дети. Да, двое детей». И замолчала, понимая всю фантастичность и невероятность своих слов. Алена поднялась, молча положила деньги и вышла, не желая больше ни слушать, ни говорить на эту тему. Подруге она бросила с болью: «Вот твои гадалки. Им только бы деньги, они все скажут, что ты хочешь услышать. Придумала – двое… Как просить у судьбы хотя бы одного… Ну скажи, как еще просить?»
Подруга не знала. И уже опасалась давать советы, как бы не причинить снова боль Алене, которую она любила, как старшую дочь. Ее взрослый сын жил отдельно и как-то автономно, рано женившись и уехав в другой штат.
Она вскоре тоже переселилась в Пенсильванию, выйдя замуж за вдовца, тем самым пытаясь вскочить в американский трамвай «Желание», пока он не проехал мимо важной остановки - 45 лет. Но так получилось, что путешествие в этом трамвае ей не далось – слишком тесно и скучно показалось с новым попутчиком, так что следующая остановка произошла по ее требованию опять в Нью-Йорк-сити. Она позвонила Алене сразу же на второй день после приезда, надеясь снова обрести умного слушателя и советчика в делах житейских.
Эта, почти вдвое моложе ее женщина, казалась всегда мудрее ее самой.
И мудрость ее – добрая. Все предсказания – с хорошим концом. Просто рождественские сказки. В жизни все иначе. Но слушать приятно. И хочется верить. Тем более что некоторые из них действительно сбываются. Итак, ее тянуло к Алене. Даже хотелось услыхать приглашение на новогоднюю ночь, чтобы не тиранить себя мыслями об одиночестве, которое сама себе выбрала, ибо вышла из семейного трамвая по собственному желанию, не оглядываясь.
Алена обрадовалась ее звонку. И тут же действительно пригласила в гости, встречать Новый год. Подруга отправилась в магазины покупать подарки каждому члену семьи, которых она хорошо знала. Пожалуй, выбор подарков и есть самый приятный праздничный ритуал. Не тосты, не вкусная еда, не стареющие пожелания счастья и здоровья, а именно эти хождения по магазинам с попытками вспомнить привязанности, привычки, случайно услышанные желания каждого, кому предназначены подарки. Она помнила все. Даже запах любимых духов Алены, стиль брошей на женственных блузах ее мамы, коллекцию авторучек, которой дорожит Андрей… Но когда вошла в дом подруги с полными пестрыми сумками и пакетами, поняла, что два самых важных члена семьи останутся
сегодня без ее подарков.
На высоких стульях, пододвинутых к столу, сидели два черноволосых бутузика, пребывая в праздничном настроении, хотя ничего, кроме яблочного сока, им не наливали.