Трущобы со всеми удобствами

Наши авторы
№30 (430)

По совести говоря, подобных выставок видеть или хотя бы читать о них не приходилось. Но думаю, необходимость в архитектурных проектах такого рода назрела, увы, давно, а спрос, как известно, рождает предложение, что и подвигнуло именитого австралийского архитектора Шона Годсела на создание серии его передвижных и стационарных домиков для тех, кто дома своего не имеет вовсе.
Ну конечно же, все мы многократно сталкивались и с родными нашими бомжами, и американскими homeless, бездомными то есть и проникались к ним, до слез подчас, глубочайшим сочувствием. Хотя социологи – и американские, и западноевропейские, и русские – представляют сходные цифры: почти три четверти (!) бездомных – это люди, для которых бродяжничество и есть раз и навсегда избранный ими для себя образ жизни. Странный, тяжелейший, унизительный, голодный и холодный... Но это их выбор, и отлучить их, убедить или заставить изменить в нем что-то невероятно трудно.
Когда-то я знала одного очень способного московского химика, кандидата наук, интеллигентнейшего молодого еще человека, который вдруг исчез и обнаружился случайно лишь несколько лет спустя в облике бродяги где-то в Сибири. Так вот распорядился собой он сам. Но ведь многих, а это миллионы, к нищенству и бездомности привела злая судьба: болезнь, потеря работы или потеря близких, чей-то злой умысел, трагические подчас обстоятельства.
Кстати, все эти социологические исследования и компьютерами обсчитанные проценты касаются бомжей как таковых. А беженцы? Б-е-ж-е-н-ц-ы! Конечно, эта категория несчастных, гонимых, обездоленных существовала всегда, на всех этапах истории, но такого взрыва беженства в самых разных частях планеты, как нынешний, современными катаклизмами рожденный, мир еще не знал. Достаточно примера расколовшегося Советского Союза, России с тысячами русских, оказавшихся бездомными.
Выставка созданных Годселом домиков (в натуральную величину, в чертежах и фотографиях) в нью-йоркском Национальном музее дизайна предназначена тем, кто по долгу службы или велению сердца хочет, а в первом случае, обязан как-то позаботиться об этих выброшенных из жизни людях, использовав, возможно, при этом и дизайнерские разработки архитектурной мастерской Годсела, адресованные им тем, кто нуждается в приюте, а проще, в крыше над головой, в каком-то пристанище. Австралиец проектировал свои Solos, свои убежища для бездомных и беженцев, для десятков миллионов, отторгнутых от нормального бытия. И эти хибарки с туалетом и душем, с встроенной кухонькой, с удобной постелью... Как и к каким водопроводным и газовым магистралям они подключаются, не указано. Оригинальна зонтичная крыша для жаркого времени года.
Такая вот цивилизованная, чистенькая трущоба для тех, кто с посохом и сумой, а в Америке с тележкой, украденной в супермаркете, оказался на улице или на пыльной дороге, на решетках метро или на свалке... Вот только непонятно, временное это жилье или на всю оставшуюся жизнь, а главное – кто за него будет платить: государство, благотворительные организации или сами бедолаги, у которых таких денег и в помине не водится. Ответить мне никто не мог. Домик, установленный на ухоженной зеленой лужайке маленького парка дворца Эндрю Карнеги, подаренного музею, несмотря на все удобства и благородство целей, поражает диссонансом с убранством и отделкой холла залов и комнат великолепного палаццо, который долгие годы был жилым домом семьи Карнеги. Демократия демократией, но...
И что меня совсем уж потрясло, это то, что сам архитектор назвал свои очень полезные сейчас творения жилищами будущего. Не приведи, Господи!