РоссийскаЯ трагедиЯ

Факты. События. Комментарии
№38 (438)

Захват школы в осетинском городе Беслане по наглости и жестокости, кажется, превзошел все другие преступные деяния исламских террористов. Они убивали детей. Мальчиков и девочек, подростков и грудных младенцев. Убивали, глядя в их испуганные глаза. Убивали не на расстоянии, когда не видны искаженные страхом лица и не слышны мольбы о пощаде, а в упор, зная даже имена многих из тех, кого приносили в жертву ненасытной своей ненависти. Больше двух суток террористы измывались над малолетними заложниками, видели их слезы, слышали, как жалобно просят они хотя бы каплю воды, хотя бы глоток свежего воздуха. Теперь выясняется, что детей они еще и насиловали
До 1 сентября 2004 года современный мир такого не знал. Не знал он и такой масштабной серии кровавых терактов, обрушившихся за короткий срок на одну страну, Россию. Бандитские налеты следуют один за другим, умножая число жертв и повергая в страх и отчаяние не только россиян, но и жителей многих регионов планеты. Многочисленные спецслужбы России не сумели предотвратить ни убийство чеченского президента Кадырова вместе с его окружением, ни молниеносных рейдов террористов по Ингушетии и улицам Грозного, ни взрывов в Москве и других городах страны, ни терактов в самолетах. А когда террористы хватают заложников в закрытом помещении, будь то столичный театр или школа в Беслане, действия спецслужб заканчиваются плачевно, смерть разит всех подряд – и боевиков, и заложников.
Никто не посмеет обвинить спецназовцев в трусости или неумении штурмовать захваченный бандитами объект. Были бы внятными распоряжения начальства. А какими оказались начальственные команды в Беслане? Школа была уже в руках террористов, а подразделению знаменитой «Альфы» устроили учения в 30 километрах от Беслана. Нашли время! В результате опоздали, штурм произошел спонтанно, все достаточно четкие инструкции были порушены, каждый боец спецназа должен был действовать на свой страх и риск. «Альфа», местная милиция, армейские части потеряли больше двух десятков человек. Сколько заложников погибло под беспорядочным огнем освободителей, мы уже никогда не узнаем.
Призрак бродит по России, призрак терроризма... И пока нет никакой надежды, что его удастся остановить, загнать в угол, развеять в прах. Чванливое обещание президента Путина замочить всех террористов в сортире на поверку оказалось пустословием, чистой воды фанфаронством.
Можно до утренних петухов спорить, надо или нет предоставить Чечне полный государственный суверенитет. Сегодня уже нельзя не признать, что не в одной только Чечне дело.
Шайки головорезов разной национальности, иногда под зеленым знаменем ислама, иногда безо всякого знамени, рыщут по российским просторам, ищут случая укусить побольней, убить побольше, всюду посеять панический страх. И этот кошмар то и дело выплескивается за пределы России. Террористы разных стран делятся опытом гораздо успешнее, чем силы антитеррора. Коварные пояса шахидов, изобретение палестинских бандитов, приняты на вооружение и их иностранными собратьми.
Да, террористы добиваются впечатляющих успехов в разных странах и регионах, разгромить их пока никому не удается. Но нигде, кроме несчастной России, власти не демонстрируют такую беспомощность в защите населения от гнусных набегов. Мы не погрешим против истины, если придем к выводу: в стране по-прежнему нет стабильности, идет очередная перестройка – на этот раз стремительное возвращение к тоталитарному режиму. К сожалению, при значительной поддержке самих россиян. Усилиями группки силовиков и беспринципных политиканов в руках президента Владимира Путина сосредоточена сегодня такая власть, что без его команды ничего существенного в стране сделать невозможно. Никто и не делает, никто ни за что и не отвечает. Законодатели, правительство, судебные и правоохранительные органы послушно выстраиваются в очередь за президентскими указаниями. Бюрократический пьедестал, который Путин возвел для собственной персоны, стал неодолимым препятствием для легальных самостоятельных действий всех, без исключения, государственных институтов. Как и в советские времена, широкие щели оставлены лишь для действий нелегальных – воровства, взяточничества, казнокрадства, насилия.
Давно сказано: власть развращает, неограниченная власть развращает безгранично. Путин шокирован и унижен серией терактов. Но он сам выстроил себе ловушку. Стать диктатором, наподобие Сталина, он не может – данные не те и обстоятельства иные. Его диктаторские замашки способны породить лишь половинчатые решения, и трудно сказать, кто контролирует их исполнение. Стоит ли удивляться тому, что террористы чуть ли не торжественным маршем проходят по центральным улицам Грозного, сметая милицейские посты, а одиночки легко пробираются на борт самолета. Усиление безопасности – процесс сложный, многогранный, жесткий. Куда проще закрыть неугодную газету, телеканал, устранить недостаточно послушных, штурмом взять безоружного Ходорковского.
Путин раздосадован, но не испуган. Позиции политических оппонентов его мало волнуют. Президентского кресла никто Путина не лишит, бунтов не будет. А широкую публику досыта накормят пропагандистским варевом по старому рецепту: истинный враг, мол, окопался за рубежом, террористы – просто его пособники. Обозреватель одного из российских телеканалов Алексей Пушков, известный всем москвичам как яростный ненавистник инородцев, на днях уверенно заявил, что заказчики террора находятся в далеком Лондоне, и главный среди них – Березовский. Многогранный клоун Жириновский это охотно подтвердил. Так докатились до сталинского приемчика 30-х годов: за все неприятности в стране вину тогда возлагали на эмигранта Троцкого. Параллель получилась мрачноватая. Лев Давыдыч Бронштейн-Троцкий очень хотел сместить любимого вождя советского народа Сталина. Борис Абрамыч Березовский-Еленин желает убрать из Кремля любимого лидера россиян Путина.
Вся президентская рать ринулась на защиту чести и достоинства своего благодетеля. Министры и генералы, парламентарии и губернаторы твердят вслед за Путиным, что враги жмут с востока и запада, норовя разорвать Россию в клочья. Для того и натравливают международных террористов на мирное население. Кто-то, может, поверит. Протестов оппозиции не слышно, поскольку никакой серьезной оппозиции в стране теперь нет. Ни левой, ни правой. Значит, можно еще тверже держать курс на максимальную централизацию, столь угодную ближайшему окружению. Как заявил Путин, никакого публичного расследования кровавой трагедии в Беслане он не допустит. Президент сам разберется. Кого захочет – накажет, кого захочет – наградит орденом. Значит, чиновникам и генералам опять приказано понять: они держат ответ не перед страной и обществом, а исключительно перед Владимиром Путиным, верховным сюзереном всех россиян. Это еще одна трагедия России.
Что касается того, что президент снова клятвенно пообещал искоренить террор, то это не более, чем набившая оскомину фигура речи. Про такое раньше принято было говорить: большие амбиции, да мало амуниции. Самовластье ни одной стране никогда не сулило светлых перспектив, тем более в наше время. Нет ответственности – не будет и существенных успехов.
Беспрецедентный террористический акт в Северной Осетии вызвал во всем мире не только поток соболезнований жертвам, но и взрыв негодования по поводу жестокости насильников. Бандиты хватили через край. И если бы жаром искренних эмоций можно было уничтожить или хотя бы присмирить убийц, от международного терроризма давно бы следа не осталось. Увы, эмоции – слишком слабое и ненадежное оружие. А какое следовало бы считать сильным? Существует ли оно?
Политические лидеры большинства стран не устают призывать к единству в борьбе с мировым злом, однако почему-то никак не могут договориться друг с другом окончательно. Мощные армейские подразделения накрывают тоннами бомб и ракет потенциального противника, косят виновных и подозрительных десятками и сотнями, но проблеска победы пока не видно. Спецназ, пограничники, таможенники выстраивают вроде бы непреодолимые барьеры на пути непрошеных гостей, но кто-то недосмотрел, отвлекся, кто-то прельстился солидным подношением – и террористам все равно удается проскользнуть через едва заметную щель.
Мы давим их силой, они отвечают безрассудными актами мщения. Разомкнуть порочный круг никто не может, но иногда кажется, что и не очень хочет. Кто их разберет, политиков. Конечно, от ужасов террора и у них рвется сердце и наполняются слезами глаза. Но одновременно порождают стремление использовать случившееся в своих масштабных порой слишком далеко идущих политических планах. Кровь младенцев тому не преграда.