Летний сезон Американского Балетного Театра

Культура
№27 (846)

 

Boylston Бойлстон в «Лебедином озере» / Photo Gene Schiavone 
 
 
Подходит к концу двухмесячный Нью-Йоркский сезон АБТ. За предпоследние две недели я посмотрела «Ромео и Джульетту» с Натальей Осиповой и Дэвидом Холбергом в главных ролях, а также два спектакля «Лебединого озера», в которых состоялись три дебюта молодых танцовщиков.
 
Среди молодых премьеров этого сезона Осипова и Холберг привлекали наибольшее внимание. Оба танцуют неровно, но их спектакли вызывают повышенный интерес и столкновение разных мнений.
 
В конце сезона Осипова и Холберг выступили в балете «Ромео и Джульетта» (Прокофьев/Макмиллан). Молодая пара танцует этот балет второй раз.
 
Год назад Осипова была не готова, то есть  хореографический текст знала не точно, но между партнерами было на сцене такое электрическое поле взаимного притяжения, которое волнами шло в зал, и зрители сопереживали этой безумной любви.
 
В этом году «поля» в первом акте не было вообще. Холберг был вял и апатичен, Осипова наигрывала девочку даже после встречи с Ромео.
 
Даже прибежав на венчанье, вскидывала ножки, как будто только что играла с детьми на улице. Ромео интересовал ее не намного больше, чем Парис.
 
Публике эта девочка нравилась. Но в третьем акте подобное отношение к роли привело к неожиданному результату: во многих сценах, где Осипова по-прежнему бегала, размахивая руками, или неестественно повисала на руках у Париса, в зале смеялись.
 
И это был радостный смех узнавания все той же девчонки – но этот смех  был совершенно неуместен в трагических сценах и обнаруживал ошибку в поведении актрисы. 
 
Наверно, такая Джульетта может быть, но не в этой постановке. В 1932 году молодой художник Н.П. Акимов дебютировал как режиссер в театре имени Евг. Вахтангова. Он поставил «Гамлета» Шекспира.
 
Это был скандальный спектакль: Акимовский Гамлет был  борцом за власть, толстым и веселым интриганом, а не рефлексирующим философом. Акимов мне объяснял (много позднее, естественно) свою позицию так: во времена Шекспира моряки на корабле, совершающем дальнее плаванье, разыгрывали «Гамлета». Ни о какой глубокой философии не могло быть и речи. Рассматривать пьесу надо в тех условиях,  в которых она была написана, считал Акимов.
 
Так, если бы балет «Ромео и Джульетта» поставили в Акимовском духе, резвость и резкость движений Джульетты, возможно, были бы уместны, но трагические стенания души или предсмертный шепот в музыке Прокофьева требуют другого прочтения роли, а хореография Макмиллана – другого пластического поведения. Осипова пытается героинь не своего амплуа подогнать «под себя» вместо того чтобы найти  свой подход к роли, но в рамках жанра и  хореографии данного спектакля.
 
Впрочем, было одно исключение в том спектакле: сцена прощанья Ромео и Джульетты в спальне. Холберг-Ромео вдруг страстно полюбил Джульетту, и Джульетта-Осипова ответила на его чувства.
 
Они так отчаянно бросались друг к другу в объятья, Холберг так пламенно обнимал и целовал свою Джульетту, что я начала сомневаться, успеет ли он убежать до прихода Кормилицы и родителей.
 
А дальше спектакль пошел под уклон.
 
В этом сезоне два любимых американской публикой премьера Итон Стифел и Анхел Корейа танцуют последние спектакли с труппой АБТ.
 
Итан Стифел (в АБТ с 1997го года) в прошлом году стал художественным руководителем балетной труппы в Новой Зеландии. Танцевать в одном театра и руководить другим, да еще на таком расстоянии, естественно, невозможно. Но Стифел прилетел танцевать прощальные спектакли.
 
Роль Медоры в этот вечер танцует невеста Стифела, балерина АБТ,  –  Джилиан Мёрфи. Она станет премьершей в Новозеланском театре, но будет приезжать  в Нью-Йорк и принимать участие в спектаклях АБТ на сцене МЕТ.
 
Стифел, уроженец Пенсильвании, в балет попал случайно: сестра ходила в хореографическую школу– и он с ней за компанию. Сестра не стала балериной, а Стифел сделал блестящую карьеру. Он танцевал сначала в Баланчинской труппе, затем в Цюрихе, затем – до конца карьеры – с АБТ.  В этой интернациональной труппе он был, пожалуй, в его время единственным премьером-американцем. Танец Стифела представлял, по словам Кевина Маккензи, «квинтэессенцию американской энергии».
 
Стифел был танцовщиком, можно сказать, «старой школы» – то есть будучи профессионалом высокого класса,  не демонстрировал свои технические возможности вне логики роли и всегда чувствовал себя участником спектакля, а не рассматривал его как концерт, в котором он – единственная звезда.
 
Репертуар последней недели сезона составлен из спектаклей классического балета «Корсар».  Итан Стифел будет прощаться с нью-йоркской публикой на закрытии сезона, 7-го июля в роли Раба.
 
Черноволосый испанец (именно, испанец, а не латионамериканец и не кубинец) Анхел Корейа как танцовщик был полной противоположностью Стифелу. В АБТ он был прият в 1995 году по совету Натальи Макаровой: увидев Анхела на одном из международных конкурсов балета, она позвонила Кевину Маккензи, художественному руководителю АБТ...
 
Корейа появлялся на сцене улыбающимся веселым подростком, таким и оставался до окончания карьеры. И если мог – демонстрировал свое умение крутить пируэты, не задумываясь над тем, к месту это в данный момент в спектакле или не к месту. Публика его очень любила за открытое, радостное восприятие мира.
 
В 2008м году Корейа основал в Испании (в Кастилии) свою труппу –«Балет Корейи», которую в этом году, переехав в Барселону, переименовал в «Балет Барселоны». Корейа привозил уже дважды своих танцовщиков на гастроли. Большого впечатления гастроли не произвели, но Корейа только начал свою творческую жизнь в другой «роли».
 
Корейла уже прощался с публикой  после «Лебединого озера»  28го июня. Его Одетта в тот вечер – Палома Херрера –  сложила к его ногам все букеты цветов, которые ей подарили. На сцену вышли и другие балерины, которые танцевали с Анхелом. Сверху сыпалось конфетти – словом, прощанье было трогательным.
 
Итак, уходят со сцены лучшие мужчины-танцовщики совсем недавнего прошлого. Редко танцует Максим Белоцерковский, ушел в прошлом году Мануэль Кореньо.
 
Кто приходит им на смену, кроме гастролеров?
 
Последние годы театр главные роли постоянно танцует Кори Стернс (маловыразительный, но высокий танцовщик). Джаред Матьюз, красивый блондин,  танцевал на премьере «Онегина» Ленского, в «Лебедином озере» выступал в роли  Ротбарта в той его ипостаси, где злой волшебник является на балу красавцем-соблазнителем, и в других сольных ролях. Но особой артистической индивидуальности пока не замечается.
 
Выдвинулся из среды кордебалета Джозеф Горак. В этом сезоне он получил даже премьерскую роль Ленского. Я видела Горака Другом Принца в «Лебедином озере». Он производит очень хорошее впечатление: стройный, пропорционально сложенный, Горак не просто владеет техникой классического танца, его танец красив, что не так часто встречается.
 
Пока нельзя предсказывать его будущее, но, во всяком случае, рекомендую обратить на него внимание в следующем сезоне.
 
Сложнее обстоит дело с танцовщицами.  Театр настойчиво продвигает Изабеллу Бойлстон. Это крепкая солистка с хорошим прыжком и вращениями, несколько плотного сложения.
 
Я видела ее дебют в «Лебедином озере» в ролях Одетт/Одиллии. Это выступление пока только подход к «Лебединому озеру», но явно существует надежда,  что Бойлстон освоит эту роль пусть и не  на уровне «мировых стандартов».
 
Мисти Копланд, так удачно станцевавшую Жар-птицу, танцовщица скорее современных балетов, чем классических.
 
Успешно продвигается Кристина Шевченко, ее всегда отмечаешь на сцене и благодаря хорошо усвоенной школе классического танца и благодаря личному обаянию.
 
Но есть и совершенно непонятные продвижения. В том числе партнером Бойстон в «Лебедином озере» был назначен Даниил Симкин, это тоже был его дебют в роли Принца.
 
Субтильного сложения, он казался или переодетой девочкой или тем пажом, который еще не может «над губой ус свой защипнуть» (Пушкин).
 
Не зная как держаться, танцовщик гримасничал, доведя роль до пародии на образ Принца. Кроме всего прочего, он плохой партнер. Симкин хорошо исполняет вариации, но это его «потолок».
 
И вообще какая странная идея: поставить вместе двух неопытных дебютантов!
 
Гораздо плодотворнее оказалось партнерство Ирины Дворовенко и Вадима Мунтагирова. Для Мунтагирова роль Принца в спектакле АБТ – дебют и этот дебют ему облегчила опытная партнерша.
 
«Лебединое озеро» в тот вечер стал триумфом Ирины Дворовенко.
 
Конечно, это не удивительно: Дворовенко – мастер. Я не один раз видела Дворовенко в этом балете. Но в тот вечер она нашла много новых нюансов и деталей в пластике, ее
 
Одетта была как-то особенно нежна и печальна, а Одиллия -  блистательна и победна, Дворовенко подчеркнула, что ее Одиллия – фантом, зависящий от воли Ротбарта.
 
Вадим Мунтагиров показался законченным классическим танцовщиком высокого класса. Он превосходный партнер.  Но проявил абсолютное безразличие к созданию образа (как ни банально звучит такая фраза, но никуда от нее не денешься).
 
Нельзя в одинаковом безмятежном состоянии выходить в первой картине балета и в  картине на балу, где появляется Одиллия. Между этими картинами в жизни Принца – заколдованное озеро лебедей, любовь к Одетте.
 
Дальнейшая  творческая судьба  Мунтагирова сейчас зависит от того, научится ли он работать не только над технической стороной роли, но и смысловой и эмоциональной.
 
Со следующего сезона Полина Семионова, международная звезда, будет работать в труппе постоянно, что значительно укрепит женский состав АБТ.

Комментарии (Всего: 2)

зачем русские балерины туда бегут- те же русские балеты танцевать. И
очень радостно за Симеонову- ей нашлось место в этом приюте обиженных гениев.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Вам еще не схудилось от ""Лебединого озера" и "Джульетты"? Сколько можно: балетам уже двести лет скоро, а что - ничего оригинального и нового нельзя поставить? Каждый год всякие там колледжы впускают композиторов, режиссеров, литераторов, те жалуются, что работы нет, ну, вот и берите молодежь и ставьте с ними новые балеты, с новым сюжетом, с новой музыкой. Про современную жизнь, да про что угодно.
От "Щелкунчика" на Рождество уже воротит. Как будто других сказок новогодних нет. Ну нет, придешь а театр, кучу бабла отвалишь - а там либо что-то бессюжетное типа "Догадайся Сам", либо "Щелкунчик"...
Поэтому кроме нью-йоркцев, парижан и москвичей на балет никто и не ходит.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *