Жизнь как карточный домик

Кинозал
№48 (292)

Постоянные читатели "Кинозала" уже наверняка знают, что пламенным поклонником современного Голливуда меня никак не назовешь. Засилье кровавых боевиков, триллеров, фильмов ужасов и пошлых комедий в сегодняшнем американском кино вызывает у меня то тоску, то полное отчаяние. Правда, поближе к Рождеству и сезону выдвижений на "Оскара" большие студии обычно делают пару картин, которые не относятся ни к одному из перечисленных выше "низких" жанров, а претендуют на отображение реальной жизни и решение реальных проблем. [!]Вот эти-то картины, на мой взгляд, - хуже всего. Боевик или триллер еще могут быть хотя бы развлекательными, но так называемая "серьезная" голливудская продукция - это всегда сочетание пошлости с бездарностью. Ярким примером этого безрадостного правила является недавно вышедший на экраны фильм "Жизнь как дом" ("Life as a House"). Пошл и бездарен он настолько, что несколько "Оскаров" ему, я думаю, гарантированы наверняка.
Начинается картина с того, что мы знакомимся с главным героем - архитектором Джорджем Монро (актер Кевин Клайн). Джордж очень талантлив и уже 20 лет работает в большой, преуспевающей фирме, но при этом он почему-то живет в самой настоящей лачуге, единственное достоинство которой состоит в том, что расположена она на самом берегу Тихого океана в престижном южно-калифорнийском районе для богатеньких. Джордж - эксцентрик. Он обожает шокировать своих нуворишей-соседей, справляя по утрам малую нужду прямо с обрыва и разрешая своей собаке делать то же самое на крыльце одного проживающего неподалеку особенно неприятного типа.
Джордж одинок. Его бывшая супруга Робин (актриса Кристин Скотт-Томас) вышла замуж за преуспевающего бизнесмена Питера Кимболла (Джейми Шеридан) и проживает в его роскошном особняке вместе с двумя детьми от нового брака, а также с сыном от Джорджа Сэмом (актер Хейден Кристенсен). Сэму 16 лет, и он, конечно же, очень трудный подросток. В волосах у него зеленая прядь, нос, уши и губы проколоты, а глаза сильно накрашены. Проснувшись утром, он первым делом начинает нюхать клей, подвешивая себя при этом на перекладине стенного шкафа. В общем, нелегкий мальчик. Я сам, как сказал Онегин Татьяне, таким когда-то был, только со всеми необходимыми поправками на советские пределы допустимого. Клей я, конечно, не нюхал, но, с другой стороны, если бы у меня были такие родители и такая тоскливая жизнь, как у Сэма, то кто знает…
Но продолжим наше знакомство с Джорджем. Застало оно его, надо сказать, не в самый приятный для героя день. Приехав на работу, он узнает, что начальство решило его уволить. Причина в том, что Джордж по старинке очень любит делать макеты своих домов из всяких подручных материалов и категорически отказывается переключаться на компьютерные программы. Полный чудак, короче говоря. Начальство, правда, обещает выплатить ему приличную компенсацию в размере полугодовой зарплаты (а она в таких компаниях немаленькая), но Джордж (как очень смешно написали в одной рецензии, "несмотря на такую щедрость руководства") берет в руки какую-то железяку и разносит в щепы все созданные им за 20 лет макеты. Только один из них он выносит с собой на улицу, но тут же падает без сознания.
Приходит в себя он в больнице, где мы узнаем, что Джордж неизлечимо болен и что жить ему осталось от силы три-четыре месяца. Медсестра, которой он все это рассказывает, очень расстраивается - она, наверное, там новенькая и впервые видит перед собой человека с фатальным диагнозом. Но Джордж решает, что девушка пожалела его недостаточно, и со скорбной миной сообщает ей, что его 10 лет уже никто не гладил. Медсестричка многообещающе задергивает штору, отгораживающую постель умирающего Джорджа от остальной палаты, и садится к нему на кровать. Больной смотрит на нее умоляющим взором, но она только проводит рукой по его покрытому предсмертной испариной лбу и тут же уходит. Зачем надо было при этом задергивать занавеску, непонятно, но эта невинная ласка, как опять же поется в "Онегине", "в волненье привела давно умолкнувшие чувства". Взгляд Джорджа из предсмертного становится решительным, в глазах у него появляется несгибаемая сила, и я думаю, что "Оскара" Кевину Клайну собираются давать именно за эту сцену. Хотя подобного добра в идущем два с лишним часа "Доме" еще предостаточно.
Уже в следующей же сцене мы узнаем, что Джордж не случайно вращал глазами. Оказывается, он решил потратить отпущенные ему врачами последние месяцы жизни на то, чтобы снести наконец свою лачугу и построить себе на ее месте новое роскошное жилище. Профинансировать это начинание он собирается из выплаченных ему в качестве компенсации за увольнение денег, хотя, как утверждают специалисты, в его районе их с трудом хватило бы на уплату налогов на недвижимость. Он также преисполнился решимости подключить к этому строительству своего беспутного сынка, который, впрочем, уже договорился провести лето на даче у приятеля. Вспоминая самого себя в 16 лет, я думаю, что ничто на свете не могло бы заставить меня потратить летние каникулы на возведение какого-то особняка, но я, наверное, был еще более беспутным, чем Сэм, потому что он только покапризничал немного для видимости и согласился.
В принципе дальше фильм можно и не смотреть. Все и так понятно. К финалу Сэм обязательно исправится и помирится со своим отцом. Робин поймет, что она напрасно ушла от Джорджа. Дом, конечно же, построят, причем участие в этом будут принимать все соседи, а главный герой перед смертью успеет только один разок взглянуть на дело своих рук и отправится в мир иной. Все в этом фильме предсказуемо и примитивно, а удивительно только то, насколько предсказуемо и примитивно все это исполнено. Написавший сценарий этого безобразия Марк Эндрус был также соавтором завоевавшей множество "Оскаров" картины "Лучше не бывает" ("As Good As It Gets"). Это тоже не "Зеркало" и не "Космическая одиссея 2001 года", но все же "Жизнь как дом" ему следовало, наверное, назвать "Хуже не бывает", так как по своей схематичности картина может смело поспорить с чертежом даже самого простого домика.
Столь же впечатляюща и работа режиссера Ирвина Винклера, который в свое время был продюсером ряда выдающихся фильмов - например, "Разгневанного быка" ("Raging Bull") Мартина Скорсезе - а потом почему-то решил, что он и сам в состоянии поставить полноценную ленту. Весь его предыдущий опыт ("Guilty by Suspicion", "The Net" и "At First Sight") должен был бы убедить его в обратном, но этого, к огромному сожалению, не произошло. "Я иногда представляю себя домом", - многозначительно говорит за кадром Джордж, и невыносимую пошлость этой фразы можно смело вынести в эпиграф ко всей картине.
Справедливости ради надо отметить, что все так называемые "серьезные" фильмы, которые делаются в Голливуде в последнее время, столь же предсказуемы и примитивны, но по крайней мере некоторые из них иногда удается спасти за счет более или менее интересных деталей. В данном же случае и детали столь же бездарны, как и главная линия. Так, в середине картины мы наконец узнаем, что умирает Джордж от рака (это, правда, только в самой незначительной степени мешает ему продолжать строительные работы). Рак - болезнь страшная, но при современном уровне развития медицины довольно многих больных удается спасти. Фильмы же, где хотя бы у одного из героев диагностируется рак, абсолютно безнадежны. Их не спасает уже ничего. Ни грубые шутки с сексуальным подтекстом, ни красоты южно-калифорнийского пейзажа (картина снята одним из самых известных американских операторов Вилмосом Зигмондом, которому, по-моему, давно пора переквалифицироваться в фотографа, специализирующегося по туристическим открыткам), ни сентиментальная музыка. Никакие страдания героев, которые в других, более умелых руках, могли бы превратиться в рассказ о том кризисе, который переживает сегодня так называемое "поколение послевоенного бума", в интерпретации режиссеров типа Винклера тоже ничего, кроме скуки, вызвать не могут. Создатели картины очень сильно хотели растрогать зрителей, надорвать нам, как говорится, душу, а при этом еще и приободрить нас, вдохновить, так сказать, на подвиги. Смысл фильма как бы в том, что человек не должен унывать и сдаваться, а должен радоваться тому, что у него есть, и не бояться проявлять теплые чувства по отношению к близким. Все это очень благородно и по-своему даже трогательно, но я лично обрадовался только в тот момент, когда картина наконец закончилась и я смог выйти из кинотеатра на улицу.
Впрочем, вполне возможно, что на самом деле реальная жизнь, реальные проблемы, реальные люди никого в Голливуде вообще не интересуют, а режиссеры подобные Ирвину Винклеру, ориентируются исключительно на аудиторию, окончательно потерявшую способность думать.
Собственно говоря, именно в этом я и вижу главный недостаток всех "серьезных" фильмов сегодняшнего Голливуда. Своим полным примитивизмом они, по-моему, приносят даже больше вреда, чем фильмы ужасов, боевики и триллеры. В "низких" жанрах по крайней мере нет никаких претензий, а тут создается иллюзия, что речь идет о невероятно серьезных вещах, но при этом они низводятся до настолько примитивного, прямо-таки детского, уровня, что воспитывают в людях столь же упрощенные взгляды уже на реальную жизнь. Вот и получается, что под влиянием таких картин каждое последующее поколение вырастает еще более инфантильным, чем предыдущее. А чем инфантильнее зрители, тем ниже вынуждены опускать планку кинематографисты (которые, впрочем, тоже не с Луны валятся, а вырастают на том же самом "пионерском" искусстве, что и потребители их творчества). Вырваться из этого замкнутого круга практически невозможно, а в результате уже не только кино, но и настоящая жизнь всех вокруг начинает напоминать карточный домик. К тому же еще и построенный на песке.
По совокупности всех перечисленных выше причин я по нашей десятибалльной шкале ставлю фильму "Жизнь как дом" кол, хотя меня нисколько не удивит, если он будет по меньшей мере выдвинут на несколько "Оскаров", а то, глядишь, и выиграет пару-тройку золотых статуэток. Все, конечно, зависит еще и от того, насколько плохи будут его конкуренты.
На следующей неделе я обязуюсь приложить максимум усилий для того, чтобы посмотреть только что вышедшую на экраны экранизацию первого романа про Гарри Поттера, все билеты на которую на этой неделе были распроданы. Само по себе это является наивернейшим признаком того, что фильм плох запредельно, но, пока я сам не удостоверился в этом лично, утверждать ничего не буду.