После репетиции

Лицом к лицу
№15 (573)

Женский голос как ветер несется,
Черным кажется,
влажным, ночным,
И чего на лету ни коснется –
Все становится сразу иным...

Анна Ахматова

Я вспомнил это стихотворение Анны Андреевны, попав на репетицию оперы Джакомо Пуччини «Манон Леско» в DiСapo Opera, расположенную на Ист-сайд Верхнего Манхэттена. Театр не очень известен широкой публике, зато знатоки и любители оперного пения приходят сюда на каждый новый спектакль, рождающийся едва ли не каждый месяц. Среди постоянных посетителей, нет, скорее, патриотов этого театра, известные в прошлом выдающиеся оперные певцы: Лича Альбанезе, Рената Скотто, Даяна Совьеро и другие.
Подходя к дверям зала, я услышал поющие голоса, из них выделялся один, женский - неповторимый, наполненный каким-то волнующим трепетом. Войдя в зал, я увидел на сцене с десяток человек и среди них ту, ради кого проделал неблизкий путь из штата Нью-Джерси: Ольгу Чернышеву.
Я присел, не отрывая глаз от сцены, где уже Ирина Риндзунер осталась с партнером, игравшим де Гриё (Тоддом Джиром), и они вдохновенно сыграли и спели финальную сцену последнего 4-го акта знаменитой оперы, в которой Манон умирает на руках своего возлюбленного. Признаюсь честно, я впервые в жизни так близко видел и слышал артистку, обладающую красивым и сильным голосом, окрашенным неподдельным драматизмом.
Ирина и Ольга - две наши соотечественницы, живущие теперь в Америке и приглашенные генеральным директором DiСapo Opera Майклом Капассо к сотрудничеству. Причем в планы Майкла входило поставить все оперы великого итальянского композитора Джакомо Пуччини, а это, напомню нашим читателям, такие шедевры, как «Тоска», «Богема», «Чио-Чио сан», «Девушка с Запада» и «Турандот». Последняя не завершена композитором, ушедшим из жизни в 1924 году. Всего же им написано более 10 опер... По окончании репетиции я попросил артисток ответить на несколько вопросов.
- Мой первый вопрос – главный, когда заходит речь о залах, где ставят оперы: как вам поется в этом зале? Кто на него ответит? Пожалуйста, Оля.
- Прежде всего я хотела бы отметить, что эта небольшая компания является третьей в Нью-Йорке – после Метрополитен и Нью-Йорк сити опера, - которая ставит спектакли в течение всего оперного сезона – с сентября по май. Я во второй раз занята в DiСapo. Здесь работают, в основном, американцы итальянского происхождения, очень хорошо понимающие итальянскую оперу.
Небольшой зал (всего на 200 мест) дает зрителям ощущение участия в происходящем действе. Им прекрасно слышны не только голоса артистов, но видны их мимика, жесты, эмоции. Сидя, скажем, на 4-м балконе Метрополитен-опера, вы лишены такого восприятия. Конечно, с точки зрения акустики зал немного тяжеловат для исполнителей, зато зрители слышат все прекрасно.
- Вы можете что-нибудь добавить, Ира?
- У этой компании есть свое неповторимое лицо. Майкл Капассо приглашает в театр восходящих оперных звезд, которые уже пели или будут петь в Метрополитен или Нью-Йорк сити опера. Для зрителей очень хорошо то, что сверху, над сценой, идут субтитры, то есть вы, не зная языка, на котором поют артисты, в данном случае – итальянского, можете понять, о чем идет речь в той или иной арии и так далее. Немного о названии театра. Он называется DiСapo потому, что основан Дианой Мартиндейл и Майклом Капассо. И еще. Опера «Манон Леско» - третья опера Пуччини, которая принесла ему славу и... немалые деньги.
Здесь в разговор вступает Майкл.
- В будущем году в помещении Алис Талли холл мы организуем большой концерт, в котором прозвучат в исполнении артистов нашего театра отрывки из всех, без исключения, опер Пуччини. Концерт будет приурочен к 150-летию со дня рождения (20 декабря 2008 года) великого Пуччини. Замечу также, что наш театр является единственным в стране, поставившим все его оперы.
- Майкл, я думаю вы не зря пригласили в свой театр двух молодых русских исполнительниц...
- Это моя вторая встреча с Ольгой: в минувшем году она пела в опере Рахманинова «Франческо да Римини». Теперь к нам присоединилась Ирина. И я надеюсь работать с ними долго-долго, потому что у обеих – великолепные голоса и вообще они – прекрасные женщины.
- Я во всем этом деле дилетант, но знаю вот что: опера должна исполняться на языке оригинала. Где вы учили итальянский язык?
Оля: К моему великому сожалению, российские педагоги, зная грамматику итальянского языка, имея большой словарный запас, никогда по-итальянски не говорили и в Италии никогда не бывали. Моей ахиллесовой пятой было произношение, что для нас, вокалистов, исключительно важно. Мне пришлось учиться заново как английскому произношению, так и итальянскому. Это лично мой опыт.
Ира: Поскольку я окончила одну из манхэттенских консерваторий – Маннес колледж, – я учила там итальянский, французский и немецкий языки в соответствии с международными стандартами. До этого я училась в Уральской консерватории имени Мусоргского.
Ольга: Я окончила Московскую консерваторию по классу Ирины Константиновны Архиповой. Конечно, видела ее не очень часто, в основном, с нами работали ее ассистенты. Зато каждая встреча с Ириной Константиновной была, без преувеличения, родником, из которого мы пили живительную влагу мастерства. Мы с ассистентами готовили вокальные упражнения, которые должны были соответствовать школе великой певицы. Очень хотелось предстать перед ней в хорошей форме, не ударить в грязь лицом.
- Наверное, Оля, поступить в ее класс было очень трудно?
- Сначала я просто поступила в консерваторию, а чтобы попасть в класс Ирины Константиновны, необходимо было пройти отдельное прослушивание, которое я выиграла вместе с одной девочкой, обладательницей потрясающего сопрано. Потом, когда мы, три выпускницы ее класса, прошли по конкурсу в Большой, она с гордостью говорила, что не пошевелила пальцем для того, чтобы мы туда попали. Проработав солисткой Большого театра три года, я уехала в Америку...
- Хорошо. Вы обе исполняете роль Манон. Как происходит подготовка к роли? Давайте начнем с вас, Ирина.
- Я всегда начинаю с литературного произведения, если таковое положено в основу оперы. В данном случае я прочла книгу аббата Прево «История кавалера де Гриё и Манон Леско».Потом я беру клавир оперы – это переложение всей оперы для голоса и фортепиано – и перевожу на русский язык все партии, чтобы мне было понятно, кто, что и зачем говорит. В данном случае это очень серьезная роль.
- Хотя Манон – девушка «нетяжелого» поведения...
- Я бы так не сказала! Это – очень молоденькая, но плохо разбирающаяся в сути человеческих отношений девушка. Кстати говоря, на сюжет книги Прево существуют две оперы: «Манон» французского композитора Массне и «Манон Леско» Джакомо Пуччини. Когда Пуччини писал свою оперу, французская уже существовала, поэтому он попросил своего либреттиста не включать в оперу те сцены, которые имелись во французском варианте. Поэтому для тех, кто не читал книгу, некоторые сцены могут показаться отрывочными, не связанными с другими, а являющимися как бы иллюстрацией к книге. Хотя русские слушатели оперы, наверняка читавшие книгу, понимают, что происходит на сцене. Основной конфликт Манон Леско состоит в разрыве между ее искренней любовью к де Гриё и любовью... к деньгам (смеется). Любовь Манон к де Гриё была большой, искренней – такой, какую не каждый день встретишь. Но поскольку денег у любимого не было, Манон разрывается между ним и теми людьми, у которых они были. Страсть к деньгам послужила причиной падения Манон, потому что тот человек, в доме которого она жила, сдал ее полиции за занятие проституцией и грабеж. Но все дело-то в том, что этот человек и покупал ее для не очень благородных занятий! И по законам того времени женщин легкого поведения, содержанок, скажем так, высылали... в Америку! Здесь было несколько французских колоний, где высланных из метрополии девушек выдавали замуж за тех молодых людей, которые их, высланных, дожидались. Де Гриё последовал за Манон в Америку, последнее действие оперы, которое вы видели, происходит в пустыне... штата Луизиана. Все знают, что в этом штате никаких пустынь нет, но Пуччини этого не знал! Поэтому Манон Леско умирает от жажды в пустыне, в двух милях от Нового Орлеана, на руках де Гриё.
- Я не согласна с Ирой в том плане, что считаю главным «героем» оперы де Гриё, и в ней, опере, показана история его морального падения. Ведь о Манон Леско автору романа как бы рассказывает де Гриё, и в этом рассказе проявляется его отношение к ней. Надо сказать, что мою мысль о главном герое подтверждает то, что в опере больше всех трудится, поет именно де Гриё!
- А в чем все-таки, по вашему, вина де Гриё?
Оля: Вины никакой нет, просто он очень молодой, неопытный студент. Де Гриё из состоятельной семьи, но тех денег, которые нужны Манон, у него просто пока нет! Она не хочет ждать – это правда, но на наших глазах рушатся все моральные устои де Гриё!
Ирина: У нас с Олей разные подходы к образу Манон, и вашим читателям будет интересно посмотреть обе наши интерпретации. 13 апреля буду петь я, 14 – Оля и так далее.
- Кто постановщик оперы?
Ирина: Уже известный вам Майкл Капассо. Это очень опытный режиссер-постановщик. Он знает очень важную вещь: когда певца можно развернуть спиной или боком к залу! Артист не может ведь все время стоять лицом к публике, он должен играть, двигаться по сцене. Но опытный режиссер должен знать, когда можно развернуть артиста и когда лучше не делать этого. И где должны стоять мониторы, чтобы певец при любом повороте видел дирижера! Перед тем как поставить 4-й акт, Майкл спросил меня: как вам удобно петь вот эту верхнюю ноту? Я сказала, как мне удобно, и он поставил сцены с учетом моей просьбы. Это очень важно для оперного дирижера! Потому что главное в опере – пение. И если мы этого пения не слышим или что-то этому пению мешает, то смысл оперного спектакля пропадает. Если же мы хотим посмотреть драму, мы идем в драматический театр.
- Хочу пожелать вам больших творческих успехов. До свидания, до скорой встречи!