кофейное пЯтно

Досуг
№38 (596)

Молодая женщина Ив Паркер приехала в городок Таттелтаун (графство Вестхилл, Калифорния) из Аризоны в октябре 1927. Здесь она познакомилась с механиком местной лесопилки Кэрроллом Рабленом и вышла за него замуж.
Ив страстно любила танцы, и муж охотно сопровождал свою молодую жену в местный клуб. Сам он плохо слышал (последствия ранения), танцевать не мог и терпеливо ждал ее в машине прямо перед входом. В перерыве между танцами Ив приносила мужу сэндвич и кофе. Кэрролл, правда, утверждал, что сам готовит более вкусный кофе, поэтому лучше приносить еду из дома в термосе. И обойдется это намного дешевле.
   В воскресенье, 29 апреля 1929 года, танцы были особенно веселыми. Клуб расщедрился и пригласил оркестр из самого Сан-Франциско. Все веселились от души. Но Ив не забыла о своем  муже. Взяв в буфете поднос с кофе и бутербродом, она почти добралась до самого выхода, но возле двери столкнулась с танцующими и пролила кофе, забрызгав им молодых людей. Ив в растерянности поставила поднос на ступеньку лестницы, ведущей на второй этаж, бросилась вытирать  салфеткой чье-то запачканное платье... Через пять минут  инцидент был забыт.
Она благополучно выбралась из зала, подошла к машине, в которой сидел муж, и вручила ему поднос. Кэрролл взял сэндвич и стал вяло жевать.
«Все же я делаю лучше, чем этот ваш знаменитый Патрик!» – сказал он и сделал глоток кофе. «Горький!» Но Ив уже не слушала - она бежала обратно в клуб.
Вдруг за ее спиной раздался страшный душераздирающий крик. Его услышали даже в танцевальном зале, так как оркестр как раз перестал играть. Выбежавшие увидели  корчащегося от боли человека. Голова его запрокинулась назад, лицо стало багровым, он задыхался. «Было очень горько», - только и успел прохрипеть несчастный.
Кэрролл умер до того, как прибыла карета медицинской помощи.
На следующий день шериф провел короткое расследование причины смерти мистера Кэрролла Раблена. Ив горько рыдала и следствию ничем помочь не могла. Она лишь высказала предположение, что муж мог покончить жизнь самоубийством. У него существовала такая  навязчивая идея, хотя реальных причин для этого не было. «Мы жили дружно, любили и уважали  друг друга! Но он был очень странный. Об этом многие говорили», - всхлипывая, твердила она.
Вскрытие трупа, проведенное врачом местного госпиталя, ничего не показало. Тело несчастного Раблена предали земле  и постепенно о происшедшем стали забывать.
Но жил в городке один человек, который отказывался  верить в естественную причину смерти Кэрролла. Им был отец покойного Стив Раблен. Он никогда не скрывал, что  не любит свою невестку, и называл её “Gold digger” (“золотоискателем”), полагая, что только деньги привязывают ее к Кэрроллу. Несколько раз Стив Раблен высказывал свои подозрения шерифу, но тот только отмахивался от старика. Тогда Стив Раблен написал прокурору штата письмо, где высказал предположение, что Ив отравила его сына, стремясь заполучить его страховку в  три тысячи долларов. Прокурор распорядился начать расследование. Шеф полиции графства направил в городок детектива Самюэля Моргана, молодого, но способного сыщика.
Морган начал с того, с чего начинал всегда,– постарался воспроизвести по протоколам и расспросам свидетелей картину того рокового вечера.
Раблены приезжают в клуб. Кэрролл остается в машине, Ив отправляется в танцевальный  зал. Встреча со знакомыми. Приветствия, возгласы, объятия, улыбки, смех. Затем – музыка, танцы -  и так до 10 часов. Ив вспоминает о муже и пробирается с подносом меж танцующих к выходу. Столкновение...
Детектив садится на ступеньку и автоматически проводит по ее поверхности рукой. Ничего интересного. Доска как доска, отполированная тысячами ног. Никаких зацепок, никаких идей, ничего... Он еще раз проводит рукой по ступеньке, в досаде крепко бьет по ней кулаком... Что это?! Раздается хруст и ступенька накреняется. Вот оно что! Под ступенькой дыра. Детектив запускает руку в зияющее отверстие и вытаскивает оттуда  маленькую бутылочку. На ярлычке написано: “СТРИХНИН”. Ниже, как водится, красным шрифтом идет предупреждение: сильный яд! Еще ниже сообщалось, что куплена эта бутылочка в аптеке Bigelow Drug Store. Морган немедленно отправляется туда.
Владелец аптеки, открыв книгу регистрации выдачи ядов, сообщает, что бутылка продана 25 апреля, т.е. за три дня до смерти Кэрролла Раблена. Женщина, купившая стрихнин, назвала себя миссис Вильямс. Яд нужен был ей, чтобы уничтожить сусликов, которые во множестве расплодились в саду. Аптекарь вспомнил, что она долго говорила, как опасны суслики, которые являются переносчиками болезней.
У детектива была с собой фотография Ив Раблен. Аптекарь легко опознал на фотографии  “миссис Вильямс”.
Прямо из аптеки детектив отправился к миссис Ив Раблен. Она встретила его неприветливо и недоверчиво.
-  Прошу прощения, миссис Раблен, что вас побеспокоил. Чистая формальность. Должен вам задать один вопрос. Только для протокола. Я просто забыл его вам задать в прошлый раз. Скажите, вы хранили у себя яд?
- Яд? – глаза молодой женщины округлились от гнева. – За кого вы меня принимаете? Куда вы  клоните?
- Я обязан вам задать этот вопрос, миссис Раблен. Вот и всё. Хранили ли вы у себя яд? Вы отвечаете, я записываю и ухожу. Ну?
- Нет, конечно! То есть муж, может быть, и держал. Он, знаете ли, был очень странный человек... Он часто заводил речь о самоубийстве. Это было очень тягостно, знаете ли...
- Нет, нет, муж ваш в данный момент здесь ни при чем... Я спрашиваю только о вас. Покупали ли вы яд?
- Нет, никогда!
Вечером детектив Самюэль Морган явился в суд графства и составил там аффидевит, в котором со множеством запятых, но всего с единой точкой сообщалось следующее: Самюэль Морган, детектив полицейского участка графства Вестхилл, в ходе расследования причин смерти Кэрролла Раблена получил информацию (которую прилагает на отдельном листе), несомненно свидетельствующую о том, что вышеуказанный Раблен был убит путем отравления и что в преступление вовлечена его жена Ив Раблен, проживающая по адресу 42-20 Becker Street, Tаттелтаун  (графство Вестхилл, Калифорния). Самюэль Морган просил, чтобы ему был выдан ордер на обыск дома, сада, гаража и всех транспортных средств, принадлежащих Ив Раблен, а также разрешено собрать все вещественные доказательства, имеющие значение при  расследовании обстоятельств смерти Кэрролла Раблена. Затем детектив встретился с судьёй Дэвидом Голдманом, который должен был на основе данного аффидевита выписать ордер на обыск.
- Слишком расплывчато! - сказал судья Дэвид Голдман, внимательно прочитав документ. - Это не основание для выписки ордера, а плохой детективный рассказ. Даже если подтвердится тот факт, что она под чужой фамилией покупала стрихнин, это ещё не значит, что она отравила этим стрихнином своего мужа. Кроме того, и это главное, вы вообще не доказали, что имело место преступление. Получите доказательства наличия события преступления. Тогда я выдам вам ордер!
Обращаться к врачу, производившему вскрытие Раблена, не было смысла: он не был ни патологоанатомом, ни токсикологом. И Самюэль Морган погнал свой «фордик» в Беркли.
Не переодеваясь, в грязи и пыли, ввалился Самюэль Морган в кабинет лучшего судебно-медицинского эксперта Калифорнии доктора Эдварда Генриха - “волшебника Berkeley”, (“Wizard of Berkeley”). На следующий день они выехали в Tаттелтаун.
Генрих произвел повторное вскрытие трупа Раблена. После кропотливой работы в лаборатории он обнаружил в желудке мертвеца стрихнин.
Незадолго до этого Генрих открыл особое вещество, которое в присутствии стрихнина окрашивается в интенсивно синий цвет, переходящий в фиолетовый, красный и, наконец, желтый. Кроме того, он изобрел особую технологию установления общего количества стрихнина в организме. Смертельной считалась доза в 0,2 - 0,3 г. В желудке Кэрролла Раблена Генрих обнаружил более одного грамма стрихнина. Следы стрихнина оказались также на обивке сидения автомобиля Раблена и на его одежде.
А детектив Самюэль Морган через местную газету попросил явиться к нему тех танцоров, которых Ив Раблен в тот роковой вечер облила кофе. Через день к нему пришла молодая женщина Алиса Шеа. По какому-то поразительному стечению обстоятельств она еще не успела  постирать то платье, которое было забрызгано кофе из стаканчика Ив Раблен! «Историческое» платье было немедленно передано Генриху на  экспертизу. Это была первая в истории криминалистики экспертиза пятна на одежде на наличие яда. Анализ показал явные следы стрихнина и  стал еще одним неопровержимым доказательством вины  Ив Раблен.
Суд над ней был назначен на 10 июня 1929 года. Грэг Уайльдер, молодой способный адвокат, продумал надежную тактику защиты, сделав упор на склонность Кэрролла Раблена к суициду. Уайльдер даже нашёл надежных свидетелей... Ив же упорно настаивала на том, что ее оговорил свекор, который некогда домогался ее.
За два дня до начала суда адвокату Ив тайно доставили копию заключения Генриха, и он сразу же понял, что карта защиты бита. Если присяжные примут  заключение эксперта (а сомневаться в этом не приходилось), то тогда Ив Раблен грозит смертная казнь. После короткого совещания со своей подзащитной Грэг Уайльдер потребовал созвать специальную сессию суда, на которой объявил, что Ив Раблен признаёт себя виновной.
На суде выяснился главный мотив преступления. Дело в том, что в Аризоне у неё был любовник, эдакий южный красавчик, негодяй, картежник и вор. Однажды Ив обнаружила, что у неё есть соперница. В припадке бешенства она заколола её  кухонным ножом, при этом довольно ловко скрыв следы преступления. Через несколько месяцев она  и вовсе уехала в Таттелтаун. За месяц до описываемых событий любовник разыскал Ив и сообщил о карточном долге, за который его угрожают убить. Она - его последняя надежда. Если Ив ему поможет, они вместе уедут на Аляску, а там – рай для умных людей. Ив все еще любила его и согласна была пойти за ним даже в ад, не то что в рай. У Кэрролла была страховка в 3000 долларов, и именно эта сумма нужна была ее возлюбленному...
Своим признанием Ив Раблен избежала смертной казни и была приговорена к пожизненному заключению.