“Поляков - это брэнд"

Культура
№40 (598)

«ПОЛЯКОВ Юрий Михайлович (род. 12.11.1954 г. в Москве), прозаик, публицист, драматург, поэт» - так представляют одного из наиболее известных и читаемых российских писателей современные энциклопедии и литературные словари. Однако хронологически этот ряд следует выстроить в иной последовательности.
Поэт – свою литературную деятельность Поляков начинал именно как поэт (первая книга его стихов «Время прибытия» вышла в издательстве «Молодая гвардия» в 1980 году). Прозаик - в том же  1980 году им закончена повесть «Сто дней до приказа» (в ней впервые в советской литературе поднимается тема «дедовщины» в армии). Публицист - с 1995 по 2000 год Поляков вёл авторские колонки в «Собеседнике», «Труде» и «Московском комсомольце» (свою публицистику автор объединил в книги «От империи лжи - к республике вранья», «Порнократия» и «Зачем вы, мастера культуры?»). Драматург - его пьесы «Контрольный выстрел», «Козлёнок в молоке», «Левая грудь Афродиты», «Хомо эректус» и другие с успехом идут в театрах России и стран СНГ. А ещё Поляков – сценарист, и в этой ипостаси он известен не только как соавтор сценария фильма С. Говорухина «Ворошиловский стрелок»,  но и как автор  сценариев, по которым сняты телесериалы.
Талант Полякова этим не исчерпывается: с 2001 года он возглавляет редакцию «Литературной газеты». С его приходом изменился её курс: газета, по выражению писателя,  «стала полифоничной», в ней находят отражение все точки зрения.
Быть главным редактором крупного периодического издания, да ещё такого, как «Литературка» - самого значимого в современной России культурологического еженедельника, - уже само по себе предполагает великую занятость. Но Поляков умудряется параллельно с этим делать (и делать великолепно!) массу других важных дел. Вот, к примеру, его расписание второй половины минувшего сентября: с 16-го по 25-е он председательствовал в жюри прошедшего в Анапе XV фестиваля кино стран СНГ, Латвии, Литвы и Эстонии «Киношок-2007». Из Анапы заехал в Дагомыс, где провёл мастер-класс для съехавшихся туда со всей России и стран СНГ журналистов. В последний выходной на сутки прилетел по издательским делам  в Ганновер. С вопроса о фестивале «Киношок» и начал беседу с Юрием Михайловичем наш корреспондент в Германии Сергей ДЕБРЕР:
- Какое впечатление произвели на вас конкурсные фильмы?
- Сложное. Огорчили ленты, представленные Россией: по разным причинам они оказались неконкурентоспособными. Общее впечатление таково, что кинематограф, который развивается на пространстве бывшего СССР, достаточно депрессивный. Печальными оказались даже картины, сделанные в манере стёба.
- Кто-то из критиков назвал «Киношок» «фестивалем для людей с железными нервами». Вы разделяете такое мнение?
- В общем,  да, эти картины не для слабонервных. Например, в получившем диплом «За остроту постановки и провокативность нравственной проблематики» эстонском фильме «Магнус» снимается отец юноши, покончившего жизнь самоубийством (он рассказывает всю эту тяжелую историю). На демонстрационном просмотре был показан и «Груз 200», который произвёл на меня чудовищное впечатление. Так что определение «фестиваль для людей с железными нервами» довольно меткое.
- В 2005 году вы упрекали российских мастеров культуры за их отказ бойкотировать фестиваль в латвийской Юрмале.
- Да, тогда «Литературная газета» задала нескольким десяткам наших писателей и артистов один вопрос: «В 30-е годы передовые мастера культуры бойкотировали фашистскую Германию за антисемитизм, в 80-е годы многие западные страны бойкотировали СССР за Афганистан, а готовы ли вы бойкотировать фестиваль в Юрмале, пока там прославляют нацистов, а русское население бесправно?». И ни один из опрошенных не сказал: «Да, я готов».
- Но сейчас «Киношок» оказался готовым сам принять кинематографистов всех трёх стран Балтии, а вы были председателем жюри этого фестиваля. Разве в Прибалтике изменилось отношение к нацизму?
- Одно с другим, на мой взгляд, никак не связано. «Киношок» - российский фестиваль. И мы рассматривали представленные на нём фильмы как художественные произведения. А в интервью 2005 года речь шла о том, что когда возникает явное неуважение к твоему государству и к героям твоего государства (а  участники Великой Отечественной войны – это герои), то деятели культуры должны своё государство поддерживать. Когда дело касается каких-то хитросплетений политики – это одно. А когда речь идёт о попрании базовых ценностей и национальных святынь, то мне непонятно, как можно оставаться в стороне.
Я не навязываю свою точку зрения. Но говорю, что бывают моменты, когда мастера культуры должны выступить солидарно. И думаю, что некоторые прибалтийские политики, если бы в один прекрасный день все наши мастера культуры отказались приехать в их страну на фестиваль, мотивируя это их неуважительным отношением к исторической роли Второй мировой войны, может быть, призадумались бы и пересмотрели свой, в общем-то нечеловеческий взгляд на итоги великой войны. Ведь что поразительно: ими подвергается пересмотру весь опыт Второй мировой. А западное общественное мнение не то чтобы их в этом поддерживает, но уходит в сторону.  Двойной стандарт получается.
- Судя по тому, что иной раз «выдают» некоторые российские телеканалы, общественное мнение – вещь весьма управляемая.
- Согласен. Зачастую то, что говорят некоторые наши телекомментаторы, выдавая это за общественное мнение, абсолютно не соответствует реальному общественному мнению, отражая только мнение узкого московского слоя.
- Ну вот, например, передачи Николая Сванидзе: насколько широкое общественное мнение они отражают?
- Не думаю, что широкое. По поводу Сванидзе «Литературная газета» уже выступала, и сейчас у нас большой материал готовится. Я считаю, что его взгляд на советский период весьма однобокий и наносит серьёзный вред. Он не неправду говорит о том времени, он выдирает 10% правды,  а остальное замалчивает.
У нас вообще есть своего рода парадокс: картина советского периода истории, если опираться на научные и научно-популярные издания, - это одна история. А та история, которая возникает из фильмов и передач, идущих по телевидению, в т.ч. передач Сванидзе, - абсолютно другая. Но нельзя какие-то свои семейные комплексы преподносить в качестве единственно верной точки зрения, надо быть объективным. Мы не виноваты, что отец Сванидзе был заместителем главного редактора «Политиздата». Если ты решил сводить счёты с советской эпохой, то начинай со своей семьи. Но это обычная проблема людей из поколения потомков сталинских наркомов и более поздних членов политбюро: все были плохими при советской власти, исключая моего папу или дедушку. Их послушаешь – все были исключениями. Но кто ж тогда ответствен за всё то, что произошло? 
- Бездетные сироты?
- Наверное. Но дело не в Сванидзе. В России нет рычагов воздействия на нравственный и профессиональный уровень телепередач. «Литературная газета» недавно печатала целый цикл материалов о том, как в разных странах мира – в Америке, в Германии, во Франции, в Италии, в Англии - общество может влиять на политику телеканалов через общественные советы по СМИ. И на последнем заседании Совета при президенте Российской Федерации по культуре и искусству, членом которого я являюсь, мы как раз и говорили на эту тему. Выступили тележурналист Владимир Соловьёв, политологи Виталий Третьяков и Сергей Марков и я - люди разных взглядов, разных позиций. Нас поддержали и другие члены Совета. И наше мнение было выслушано президентом с достаточным пониманием. Надеюсь, что такой совет и в России возникнет.
- Насколько вы как член президентского общественного совета по делам культуры осведомлены о реализации государственной программы по репатриации российских соотечественников из-за рубежа?
- Только в общих чертах, но в планах «Литературной газеты» - в самое ближайшее время серьезно заняться этой темой. Тем более что мы хотим стать своего рода творческим посредником в программе «Русский мир», о которой говорил президент. К нам в редакцию часто приходят письма от живущих за рубежом литераторов, пишущих на русском языке. Таких людей в мире очень много, и много творческих союзов, объединяющих русскоязычных писателей. И мы хотим в дополнение к выпускаемому во Франкфурте и распространяемому в Европе и в США изданию «Литгазеты» создать специальное приложение, ориентированное именно на творческую поддержку таких писателей.
- В интервью, которое вы давали осенью 2005 года, вскоре после выхода романа «Грибной царь», вы сокрушались, что нередко незнакомые люди реагируют на вашу фамилию, только когда узнают, что перед ними автор «ЧП районного масштаба», «Ста дней до приказа» или «Апофегея». В связи с этим вы тогда - в шутку, конечно, - сказали: «Если бы у меня хотя бы имя было какое-нибудь типа Автандил или Дормедонт, а у меня всё – нейтральное». Вы до сих пор сожалеете, что вы не Дормедонт?
- Теперь уже нет. Выражаясь современным слэнгом, «Юрий Поляков» - это уже брэнд.
- И брэнд «Polyakov» будет представлен на открывающейся 11 октября Франкфуртской книжной ярмарке сборником «Возвращение блудного мужа» на немецком языке. Кстати, почему до сих пор в Германии, в отличие от ряда других европейских стран и даже Китая, ваши произведения не издавались?
- Да вот как-то не везло мне с Германией. Ещё во времена  ГДР хотели издать «Сто дней до приказа». Но ГДРовское начальство посчитало, что книга чересчур смелая, что народу её читать ещё рано. И то ли набор рассыпали, то ли перевод остановили – не знаю, всё шло через Всесоюзное агентство по охране авторских прав и было покрыто тайной – для меня, во всяком случае. Вторая попытка была лет пять назад: тогда мой роман «Замыслил я побег» захотело выпустить одно мюнхенское издательство. Была приглашена переводчица, был сделан перевод, но проект по воле издателя остановился. И теперь третью попытку я делаю с помощью одной очень славной пары живущих в Ганновере наших соотечественников – доктора Виктории Янке и её супруга. Они прониклись моими книжками и очень энергично взялись за дело. Надеюсь, что со сборника «Возвращение блудного мужа» (в него вошли также рассказ «Красный телефон» и повесть «Подземный художник») начнётся мой приход к немецкоязычному читателю.
- Успехов вам, Юрий Михайлович, во всех ваших творческих начинаниях!
- Спасибо.