КАТАСТРОФА в заливе Сан-Франциско

Америка
№46 (604)

Утром 7 ноября контейнеровоз Cosco Busan, следуя на выход из бухты Сан-Франциско, наскочил на опору моста Бэй Бридж, соединяющего Сан-Франциско с Оклендом. Cтолкновение произошло в условиях густого тумана, хотя на борту был один из самых опытных лоцманов Сан-Франциско - Джон Кота. Сам мост не пострадал, повреждены только сваи фендера. А вот судно получило глубокую пробоину  размером 3 на 50 метров, на его счастье – выше ватерлинии, что позволило ему остаться на плаву. Зато, к несчастью жителей Залива, через эту длинную щель в левом борту из топливных баков вытекло   500 литров мазута. Именно такое сообщение было официально сделано через СМИ в тот же день. Однако, как выяснилось позже, в воды Залива вытекло вовсе не 500 литров, а порядка 250 тонн (58 000 галлонов) нефтепродуктов. А следовательно, речь идет уже не о топливных баках, а о транспортировочной емкости – танке.
“Хотя, по общепринятым стандартам, это разлив средней величины, – говорит начальник порта Сан-Франциско, капитан Уильям Уберти, – но с учетом специфики региона это очень масштабная катастрофа. Крупнейшая в Заливе за последние 20 лет.”
По словам Уберти, район Залива Сан-Франциско в силу своего географического положения чрезвычайно чувствителен к любым нарушениям экологического баланса. По сути это изолированная водная среда, соединяющаяся с океаном лишь узким горлышком-проливом, через который перекинут всемирно известный мост “Золотые Ворота” (Golden Gate). А следовательно, любые загрязнения надолго остаются в Заливе, отравляя и заражая окружающую среду.
Район Залива сейчас похож на растревоженный муравейник – работа кипит круглосуточно. Береговая охрана, экологи и добровольцы от населения не покладая рук пытаются ликвидировать последствия аварии – здоровенное нефтяное пятно, протянувшееся почти на 24 километра вдоль побережья. Экологи опасаются, что трагедия может нанести непоправимый ущерб морской флоре и фауне региона. Спасатели уже достают из воды задохнувшихся птиц и рыб. По прогнозам специалистов, полностью ликвидировать последствия катастрофы не удастся, они будут негативно воздействовать на экосистему Залива на протяжении многих лет.
“Мы делаем все, что в наших силах, и привлекаем всех желающих нам помочь”, – говорит Уберти, проинформировав население, что к ночи пятницы ими было собрано около 40 тысяч литров нефтепродуктов, представляющих собой отходы от нефтепереработки, в смеси с разнообразными загрязняющими веществами. По его словам, речь-таки идет о бункеровочном топливе – тяжелых фракциях мазута, содержащих наибольшее количество отравляющих веществ. Жирное пятно, образовавшееся близ острова Алкатраз (Alcatraz), плотной пленкой окружило остров и распространяется на север от Сан-Франциско, достигнув пляжной зоны. В данный момент закрыты, по крайней мере, восемь пляжей  – в Сан-Франциско и графстве Марин.
Местные береговые службы при поддержке экологов соорудили 5-метровые боновые заграждения для предотвращения дальнейшего распространения пятна. А еще через 12 часов такие заграждения протянулись на 6 км.
9 ноября губернатор Калифорнии Арнольд Шварценеггер ввел режим чрезвычайного положения в районе Залива Сан-Франциско, а это значит, что за ликвидацию последствий аварии будут бороться уже всем штатом. Утечка топлива угрожает экосистеме всего Тихоокеанского побережья Северной Калифорнии, отмечают специалисты. Добравшись до “Золотых Ворот”, пятно уже начало расползаться в водах Тихого океана. Вымазанные мазутом птицы были обнаружены на пляжах в 70 км к северу от Сан-Франциско. А вдоль тихоокеанского побережья в больших количествах обитают и стада калифорнийских морских львов – экзотическая достопримечательность штата.
Экологи и жители Залива обвиняют местные власти и Береговую охрану в том, что на протяжении первых 12 часов не было никаких сообщений о масштабах катастрофы. Тогда как представители Департамента здравоохранения Сан-Франциско выступили с заявлением, что нефтяные пары вызвали у людей, живущих на побережье, головные боли и тошноту, заверив однако, что это не повлечет за собой каких-либо серьезных последствий для здоровья. Надо полагать, что когда все уляжется, власти Залива и его жители потребуют законной компенсации за нанесенный ущерб от хозяев наделавшего бед судна. Только вот вопрос, когда они ее получат и получат ли вообще. Для подобных пессимистических выводов, увы, есть основания.
С контейнеровозом властям, похоже, разобраться будет не просто. Cosco Busan принадлежит китайскому пароходству Regal Stone Ltd (по другим источникам – China Ocean Shipping Group). На время рейса судно было арендовано южнокорейской компанией Hanjin Shipping, именно это название начертано на его борту. Но последняя не взяла на себя ответственность за происшествие, заявив, что она всего лишь арендует часть слотов на судне. А теперь еще выплыли и греки, якобы имеющие к контейнеровозу прямое отношение. Даже экипаж на Cosco Busan (он же Hanjin Shipping) – греческий. Судно простояло у причала в Окленде 17 часов. Загрузившись контейнерами, оно взяло курс на Корею, в Пусан. Но конечным пунктом оказался Бэй Бридж. Его оставили на приколе в Заливе до выяснения всех обстоятельств аварии. Да и с такой пробоиной все равно далеко не уйдешь. Имя капитана корабля и прочие данные выясняет полиция, уже допрашивавшая команду. Капитану, который отказался назваться, грозит лишение мореходной лицензии, если его вина будет доказана.
Соединенные Штаты, практически возлежащие на сплошной нефтяной подушке – как под материком, так и в океане (но благоразумно сдерживающие ее добычу), уже имеют немалый опыт в такого рода катастрофах и следующих за ними конфликтах и тяжбах. Самой масштабной за всю историю использования промышленной нефти аварией, в результате которой был нанесен серьезный ущерб всему континентальному побережью Северной Америки, стал разлив нефти с супертанкера Exxon Valdez, принадлежащего крупнейшей нефтяной корпорации США Exxon Mobil.
Супертанкер, выполнявший свой обычный коммерческий рейс, сел на мель в проливе Принца Уильяма у берегов Аляски в марте 1989 г. Из-за того, что вовремя не были приняты меры по локализации аварии, в воду излилось около 11 миллионов галлонов сырой нефти, распространившейся вдоль береговой линии на 2 тысячи километров. В результате, по оценкам биологов, погибли 250 тысяч морских птиц, 2800 каланов, 300 тюленей, 250 орлов, 22 касатки и огромное количество лосося и сельди. На ликвидацию последствий ущерба, нанесенного флоре и фауне Аляски, ушло долгих четыре года. Но и по сей день в зоне бедствия невозможен рыбный промысел.
С тех пор с компанией Exxon Mobil судятся не только пострадавшие жители региона – около 32 тысяч рыбаков, коренных жителей Аляски, владельцев недвижимости и прочих, но и муниципалитеты, требуя компенсации за нанесенный ущерб. Судятся вот уже 18 лет, но компания всеми правдами и неправдами отказывается платить.
В 1994 г. федеральное жюри присяжных на Аляске вынесло решение о штрафных санкциях в отношении Exxon Mobil, обязав компанию выплатить в качестве компенсации $5 млрд. Федеральный судья снизил размер штрафа до $4,5 млрд, а Апелляционный суд США – до $2,5 млрд. Но компания снова подала апелляцию, добиваясь снижения и этой суммы. Ее адвокаты отмечают, что штрафные санкции против Exxon Mobil превосходят совокупный размер штрафов, назначенных федеральными апелляционными судами за всю историю США. 29 октября сего года Верховный суд США объявил, что рассмотрит и эту апелляционную жалобу самой богатой нефтяной компании Америки.
Так что, учитывая безразмерность во времени и сговорчивость американских судов, думается, и пострадавшим в Заливе долго еще придется ждать законных компенсаций за понесенный ущерб.
А вот что говорят о нефтяных проблемах в океане и морях серьезные специалисты: В 1980-х годах в мире было около 4 тысяч танкеров, которые перевезли по морю примерно 1700 млн. тонн нефти. В настоящее время 15% мировой добычи нефти поступает из месторождений, находящихся под морским дном. Таким путем за год добывается и перевозится по воде более 2 млрд. тонн нефти. По оценкам Национальной академии наук США, из них в море попадает 1,6 млн. тонн. Но эти 1,6 млн. составляют всего 26 % от всех нефтепродуктов, попадающих за год в океан. Остальные 74%, примерно 3/4 общего загрязнения океана, приходятся на суда, природные источники и города, особенно если предприятия последних расположены на побережье или на реках, впадающих в море.
Когда вблизи берега терпит аварию танкер, больше всего страдают птицы: нефть склеивает их оперение, оно утрачивает теплоизолирующие свойства, и, кроме того, такие птицы не могут плавать. Они замерзают и тонут. Даже чистка перьев растворителями спасает далеко не всех пострадавших. Остальным обитателям моря достается сравнительно меньше.
Многочисленные исследования показали, что нефть, попавшая в море, не создаёт ни постоянной, ни долговременной опасности для живущих в воде организмов и не накапливается в них, так что её попадание в человека по пищевой цепочке исключено.
Самый большой ущерб разлившаяся нефть наносит прибрежной зоне, ее флоре и фауне, а также пляжам. Песок и скалы покрываются трудно удаляемым слоем вязкого мазута, а жирная пленка прибоя расцвечивается всеми цветами радуги. Если же нефть вытекает в открытом океане, последствия бывают совершенно иными. Значительная ее часть исчезает, не добравшись до берега.
В Калифорнийских горах и долинах местами самопроизвольно выходит на поверхность нефть. Одно такое, всемирно известное место находится в самом центре Лос-Анджелеса, на Вилшер бульваре, которое так и называется “Смоляные ямы” (их около сотни). Ученые извлекают из них кости и целые скелеты доисторических животных типа мамонта и саблезубого тигра, по неосторожности угодивших в коварную ловушку тысячелетия назад. Загустевавшей, как битум или асфальт, нефтью пользовались в быту еще в доколумбовы времена индейцы.
В районе Санта-Барбары нефть просачивается из трещин и расселин в океанском дне – до 3000 тонн в год, однако загрязнения у берегов не наблюдается. Объясняется это несколькими причинами. Во-первых, нефть имеет свойство испаряться. Бензин полностью испаряется с поверхности воды за шесть часов. За сутки испаряется 10 % сырой нефти, за 20 дней – 50 %. Сильное волнение моря способствует образованию эмульсии нефти в воде и воды в нефти. При этом ее сплошная пленка разрывается, превращаясь в мелкие капельки, плавающие в толще воды. Остатки нефти частично растворяются. И не последнюю роль в данном процессе играют бактерии, грибки, водоросли и губки. Так, благодаря “мудрому” океану легкие фракции углеводородов распадаются за несколько месяцев. Комки битума тоже исчезают, правда, через несколько не месяцев, а лет.
Но птичек все равно жалко.