В МИРЕ ЖИВОТНЫХ

Культура
№48 (606)

Поздняя осень – любимая пора не только Пушкина, но и всех настоящих (true, как говорят подростки) американских киноманов. Ведь именно в это время года на экраны выходят самые серьёзные фильмы, которые впоследствии станут ведущими претендентами на самую главную кинопремию мира – «Оскара».
Среди этих картин непременно присутствуют не только новые опусы всех уважаемых критиками режиссёров, но и обязательные две, а то и три ленты, затрагивающие важные социальные и общественные проблемы. Таким образом Голливуд демонстрирует одуревшему от масс-культуры человечеству, что не одними боевиками и дегенеративными комедиями живо сегодняшнее киноискусство, что остался ещё набивший оскомину порох в прохудившихся  пороховницах и что надежда на возрождение действительно серьёзного кинематографа и вправду умрёт даже не после самого распоследнего человека на Земле, а после самого распоследнего пережившего ядерную зиму таракана.
В этом году играть роль такой «общественно значимой» картины поручили фильму Роберта Рэдфорда “Lions For Lambs”, что на русский переводится как «Львы за ягнят». Не ищите тут смысла. Его нет. Как нет его и в самой ленте, где вместо заявленных в названии благородных животных заняты совсем другие, гораздо менее привлекательные представители фауны. Короче говоря, вместо обещанных львов и ягнят зрителю самым бессовестным образом подсунули баранов и козлов.
Роберт Рэдфорд за свою уже достаточно долгую (в прошлом году ему исполнилось 70 лет) жизнь снялся в нескольких десятках фильмов, а сам поставил всего семь. Среди картин, в которых он играл главные роли, самые знаменитые – это “The Chase” («Погоня»), “Butch Cassidy and the Sundance Kid”, “The Way We Were” («Как молоды мы были»), “The Sting” («Афера»), “All the President’s Men” («Вся президентская рать»). В молодости ему отменно удавались роли отчаянных, бесшабашных парней, кутил, бретёров и, конечно же, любимцев женщин. С возрастом достоверно изображать на экране таких милых сердцу зрителя героев становится, естественно, всё труднее и труднее, поэтому Рэдфорд вовремя решил переключиться на режиссуру.
Первый же поставленный им фильм “Ordinary People” («Обыкновенные люди») завоёвывает «Оскара», причём «Оскара» же как лучший режиссёр года получает и сам новичок Рэдфорд.
Напомним, что дело происходило в 1981 году, когда на ту же награду претендовали один из величайших шедевров американского кинематографа «Рассвирепевший бык» Мартина Скорсезе, а также «Человек-слон» Дэвида Линча и «Тесс» Романа Полянского. (У этих же своих уже тогда именитых коллег, заметим в скобках, Рэдфорд отбил и звание лучшего режиссёра года.) Все эти три фильма давно стали классикой мирового кинематографа, однако не много, я думаю, найдётся людей, которые могли бы припомнить, что такого необыкновенного было в «Обыкновенных людях» - довольно заурядной, в точном соответствии со своим названием ленте из разряда тех, которые когда-то презрительно называли «бытовуха». Так что победа Рэдфорда свидетельствовала только об одном: Голливуд признал в нём своего и включил в обойму «неприкасаемых» - людей, которые при жизни причисляются к сонму бессмертных богов, малейшая критика которых в лучшем случае приравнивается к подлежащей анафеме ереси, а в худшем – к заслуживающему мучительной смертной казни богохульству.
После «Обыкновенных людей» Рэдфорд снял ещё несколько столь же маловыразительных картин, но каждая из них немедленно по выходу на экраны объявлялась «нетленкой» и осыпалась золотым дождём всевозможных премий и наград.
Так он постепенно добрался до «Львов за ягнят» - фильма амбициозного, снятого с несомненным «оскаровским» замахом и на несомненно социально значимую тему. То есть даже не просто на социально значимую тему, а на самую социально значимую тему, какую в наше время только можно придумать. Я уверен, что вы все с первого раза догадались, о чём идёт речь, но всё равно скажу на всякий случай: фильм о войне с террором. Тема, как говорится, всем темам тема. Как Песнь песней, только даже ещё круче, хотя подходит Рэдфорд к ней совсем не так, как некогда Соломон к своей возлюбленной – без всякого трепета, без какого бы то даже намёка на страсть, без тени влюблённости. Не как Ромео к Джульетте, но скорее как уставший от жизни мужчина средних лет, женившийся по расчёту на богатой вдове, которая к тому же и вдвое его старше. Скучный долг, который ему самому же невыносимо исполнять, но приходится ради очередного «Оскара», то есть, простите, ради пропитания и хлеба насущего.
Понятно, что при таком подходе фильм своим энергетическим зарядом может смело поспорить с лекцией о достижениях советских овцеводов времён пышного застоя. Рэдфорд взялся за картину, чтобы донести до зрителя невероятной глубины и свежести мысль: война – это очень плохо, а демократия и мир – это очень хорошо. С таким содержанием удержать внимание зрителя не намного легче, чем несчастных слушателей лекций про закрома Родины, и чтобы хоть как-то оживить картину Рэдфорд придумал мощнейший в кавычках и оригинальнейший тоже в кавычках ход. В фильме не одна история, а три, все они развиваются одновременно, но при этом, естественно, переплетаются не только сюжетно, но и идеологически – то есть дружно работают на всё ту же критику войны.
Линия первая: пожилая журналистка Джанина Рот (её играет Мэрил Стрип, у которой постоянно такой вид, как будто она вот-вот горько зарыдает) получает приглашение взять эксклюзивное интервью у сенатора-республиканца Джаспера Ирвинга (Том Круз, у которого, как всегда, вид человека, который тайком от своих близких посещает гей-бары). В ходе интервью проговариваются и по нескольку раз повторяются все клише о войне в Ираке и Афганистане, какие только можно себе представить, причём речь идёт о всевозможных клише, к которым прибегают как пламенные сторонники войны, так и её не менее пламенные противники. Новость, собственно говоря, только одна: сенатор собирается применить новую тактику в борьбе с талибами, которая состоит в том, чтобы маленькими отрядами захватывать горные вершины и перевалы, препятствуя таким образом просачиванию подкреплений, которые якобы прибывают в Афганистан из Ирака через территорию Ирана. (В скобках заметим, что это полный бред. В действительности скорее уж наоборот, оперативники полумифической «Аль-Каеды» из Афганистана отправляются в Ирак координировать действия местных партизан, но действительность Рэдфорда занимает мало. Как для всякого «серьёзного» режиссёра и претендента на «Оскара» для него важнее всего «идея».)
Вторая линия показывает как раз первый такой захват горного перевала в Афганистане. Поскольку Рэдфорду надо подвести зрителя к правильным выводам, эта военная операция заканчивается провалом: транспортный вертолёт, на котором везут спецназовцев, подвергается обстрелу, один из них, раненный в ногу, вываливается из вертолёта в снег, а его лучший друг прыгает следом за ним сам. Начинается снежная буря, и злобные талибы смыкают вокруг друзей смертельное кольцо.
Линия третья: тем временем в залитой солнечным светом Калифорнии весьма либерально настроенный преподаватель истории Стивен Молли (его играет сам Рэдфорд, который выглядит, как стареющий ловелас, изображающий либерально настроенного университетского профессора) пытается уговорить нерадивого, но не лишённого неких неопределённых способностей студента не бросать учёбу, не прожигать свою молодую жизнь с девочками, но посвятить её укреплению демократического общества и его ценностей. С нами, помнится, в институте тоже такие беседы вели, но только нас призывали коммунистическое общество крепить и моральному кодексу молодого строителя коммунизма соответствовать. Чем это кончилось – известно. (Правда, у нас иммунитет к такому развешиванию макаронных продуктов по ушам был посильнее, чем у куда как более внушаемых американцев, но это так, к слову.) К тому же по ходу дела выясняется, что Молли совершенно никудышный воспитатель молодёжи. Два его лучших студента с предыдущего курса, наслушавшись его лекций о том, как важно всем участвовать в укреплении демократических ценностей, восприняли его слова всерьёз и... пошли добровольцами в армию.
Вы не поверите, но по совершенно чудесному стечению обстоятельств именно их окружают талибы в афганских горах в тот самый момент, как уже однажды потерпевший столь сокрушительное поражение профессор промывает мозги следующему поколению студентов.
Я, естественно, не буду рассказывать, чем кончаются эти три истории, на тот случай, если кому-то из наших читателей всё же придётся смотреть фильм, но в принципе любой мало-мальски подкованный в законах американского кино (то есть посмотревший хотя бы пяток голливудских картин) человек легко догадается сам.
Что же касается названия ленты, то его я считаю нужным объяснить – хотя бы для того, чтобы меня не обвинили в том, что я его не понял.
Во время Первой мировой войны бытовала поговорка, оценивающая способности рядовых солдат и генералов. Звучала она так: «Ещё никогда в истории такое количество львов не шло в битву под командованием такого количества ягнят». Рэдфорд хочет сказать нам, что в этом смысле и в наши дни мало что изменилось. Вновь героические солдаты страдают, а порой даже и гибнут по вине тупых или прямо преступных политических деятелей, которые сами проливать кровь не хотят, но желают при этом на войне зарабатывать очки для продвижения своей карьеры. Но сегодня, в отличие от многих войн ХХ века, в том числе и Вьетнамской, с которой чаще всего сравнивают Афгано-Иракскую кампанию, в Америке нет обязательной воинской повинности, а все солдаты идут в армию добровольно. Естественно, подавляющее большинство делает это вовсе не потому, что кто-то проникся ультралиберальными идеями калифорнийских профессоров-демократов (такое даже смешно предположить), а чаще всего по абсолютно меркантильным соображениям. Армия сегодня – это либо бесплатное образование, либо единственное приличное занятие, которое может найти себе шпанистый двоечник из неблагополучной семьи, либо облегчение получения американского гражданства для не имеющих его иммигрантов. Сегодняшних солдат никто не заставляет ехать за тысячи километров от родного дома и убивать там людей, которые не сделали им ничего плохого. Они выбирают это сами. А вместе с этим выбирают и свою судьбу. Так что на львов они мало похожи. Да и те, кто посылает их в бой, тоже слабо напоминают ягнят.
Довольно противоречива и позиция самого Рэдфорда – уже как режиссёра этого фильма. Подобно всем сегодняшним либералам, он не может осудить Иракскую войну в принципе, но зато считает необходимым нападать на то, как она ведётся, и то и дело критиковать правительство за допущенные ошибки. Это занятие, как известно, самое лёгкое и самое безопасное. Говорю это с полной ответственностью – как профессиональный кинокритик.
Оценка «Львам за ягнят» по нашей традиционной десятибалльной шкале – двойка. Скучная агитка, ходульные герои, пошлые идеи, убогие сюжетные приёмы, двуличная позиция авторов. С точки зрения кино – полный ноль. Советские хроники про овцеводов смотрелись иногда более достоверно и убедительно.