О кассе - ни слова!

В мире
№52 (610)

Почему Наталью Морарь выдворили из России?
Она возвращалась из зарубежной журналистской командировки. Ее остановили в аэропорту и сказали: "На Вас пришла бумага из ФСБ. Вам въезд в Россию запрещен. Отправляйтесь в свою Молдавию. Со всеми вопросами обращайтесь в молдавское посольство".
Да, она не российская гражданка, а молдавская. Но миграционная карта, все документы-регистрации в порядке. К тому же между нашими государствами безвизовый режим. На каждой стройке – рабочие-молдаване, на каждом углу – торговки-молдаванки. А Наталья Морарь давно в России живет, постоянно. Закончила МГУ, работает в маленьком еженедельном журнале The New Times. Раньше он назывался "Новое Время", был изданием АПН. Потом выходил как частный еженедельник, но сохранял прежнее заглавие. Год назад его за 1 миллион долларов купили Ирена и Дмитрий Лесневские, создатели телекомпании Рен-ТВ.
Естественно, они возмутились, послали запросы во все инстанции. Обратилась в свое посольство и Наталья Морарь. Но никто ничего не знает, никто ничего не объясняет.
"Единственной реальной причиной запрета могла быть только ее профессиональная деятельность, - считает генеральный секретарь Союза журналистов России Игорь Яковенко.- Но сказать об этом вслух спецслужбы не могут, это стало бы вопиющим нарушением законов. Когда человек, который живет в Москве, работает в московском издании и является профессиональным журналистом, высылается из России на основе каких-то непонятных распоряжений с Лубянки, это политическая расправа".
"Безусловно, это ответ на расследования Натальи Морарь и работу журнала в целом, - поддерживает его заместитель главного редактора Евгения Альбац. – Это попытка властей надавить на издание".
Как раз в это время в Москву на ежегодный день поминовения журналистов, погибших при исполнении служебного долга, приехал глава Международной федерации журналистов Эйдан Уайт. "Этот шаг является шокирующим наступлением на свободу слова и очевидным предупреждением остальным не пытаться высветить темные стороны политики в современной России", - сказал он.
Международная федерация обратилась в Совет Европы и ОБСЕ с призывом расследовать инцидент и потребовать объяснений от российских властей.
Реакция западных людей понятна: у них малейшее ущемление прав прессы – ЧП. А вот несоразмерные действия наших властей необъяснимы: депортация рядовой сотрудницы малозаметного журнала. Что такого они, корреспондентка и редакция, могли сделать?
10 декабря в The New Times вышла статья Натальи Морарь "Черная касса Кремля". О том, что все деньги всех партий на избирательную кампанию находились в президентской администрации и контролировались президентской администрацией. Разумеется, никаких конкретных счетов, банковских проводок в статье нет – описывается общая схема. Со ссылкой на анонимные источники.
В общем-то все знали, что ни один бизнесмен-спонсор не осмелится финансировать ту или иную партию без ведома главного начальства. Так что Наталья Морарь открыла секрет полишинеля. Но она его подала уже как единую систему не только политики, но и оборота черного нала.
"Выплаты по всем партиям, включая даже свои, шли с опозданием в две-три недели. Наутро 3 декабря все партии недополучили около 30% заложенных на них сумм и, скорее всего, уже не получат, — говорит источник, близкий к управлению по внутренней политике АП (администрации президента). — Можете называть это откатом. Но только в АП считают, что вообще все деньги, выделенные партиям, принадлежат им".
Тот же анонимный источник утверждал, что "общак" существует не только во время выборов. Как он используется, знают всего несколько лиц в государстве. Какие там суммы - неизвестно, они нигде не учтены, и соответственно их можно переправлять куда угодно.
Наверно, такое можно пропустить мимо ушей. Во-первых, описывается некая общая схема. Бездоказательно. Во-вторых, без обиды для коллег повторю: журнал на периферии читательского внимания, мало кто эту статью заметил.
Чего только не пишут в интернете о прошедших парламентских выборах. О подделанных, переписанных, переправленных протоколах избирательных комиссий. И – никакой реакции. А тут – автора депортировали! Может, потому, что на политику основной массе населения начхать, а деньги – они застревают в памяти. Может, это особый рефлекс на упоминание денег вообще и тем более на "черную кассу"? На это у нас – табу. Вроде игры "да" и "нет" не говорить, "черное" и "белое" не называть. Недавно премьер-министр Зубков, человек еще старой закалки и старых привычек, вдруг сказал вслух, обращаясь к министру финансов Кудрину: "Там где-то, Алексей Леонидович, миллиард потерялся по дороге".
Он говорил о деньгах на восстановление сахалинского города Невельска, пострадавшего от землетрясения в августе 2007 года.
В Минфине обиделись и тотчас представили выкладки, что миллиард вовсе не потерялся, а, наоборот, в связи с инфляцией и еще чем-то его как раз и не хватает для полного восстановления Сахалина и надо бы, дескать, выделить...
Давно известно, что восстановление разрушенного хозяйства – большая черная касса. Что в Чечне, что на Сахалине. Или большая черная дыра.
Еще 12 лет назад, после землетрясения, стершего с лица земли город Нефтегорск (на том же Сахалине), президент Туркменистана Сапармурад Ниязов перечислил туда 1 миллион долларов. Написав в телеграмме, что туркмены помнят, как Ашхабаду, полностью разрушенному страшным землетрясением 1948 года, помогала вся советская страна. Но туркменский миллион пропал. Как нынче выразился премьер Зубков: "Потерялся по дороге". Нашелся через четыре месяца, после неоднократного выражения недоумения по дипломатическим каналам. Говорят, его "крутили" в банках. В 1995 году 1 миллион долларов – очень большие деньги, инфляция тогда была бешеная, и на туркменском миллионе ушлые люди немало "наварили".
Сейчас те времена, суммы, нравы и приемы представляются мило провинциальными по масштабу.
Намедни один депутат Госдумы по телевизору намекал, что всем известный олигарх с баснословными миллиардами долларов, яхтами и боингами – всего лишь ширма. Чуть ли не подставное лицо. С официально отмытыми, уже белыми деньгами. Можно сказать, держатель черной кассы. А кто вкладчик – мы не знаем. Но он ведь не один единственный олигарх в стране.
Из чего дополнительно следует предположение, что сейчас самая большая черная касса России находится за границей. Речь не о Стабилизационном фонде. Идет постоянный, нарастающий отток капиталов. Только за три месяца – июль-август-сентябрь – в западные банки российские граждане перевели почти 9 миллиардов долларов. В два раза больше, чем за предыдущие три месяца.
Больше всего денег отправляется в Венгрию и Швейцарию. Понятно, Швейцария – надежные банки. А вот о причинах вдруг возникшего интереса к стране мадьяров даже эксперты Центробанка ничего сказать не могут.
Москва