Каков поп, таков и приход

В мире
№52 (610)

События последних недель в России заставляют пожимать плечами не только сторонних наблюдателей, но и многих россиян. Странные происходят вещи, какие-то совершенно алогичные. Хотят оставить Владимира Путина на посту верховного властителя? Цель понятная, вполне объяснимая. Но для ее достижения почему-то используется набор вычурных, экстравагантных приемов, до предела усложненных безо всякой на то надобности. Создается впечатление, что перед нами чудаки, которые сначала застегивают пальто, а только потом изощренным способом натягивают его на себя. Зачем - понять трудно.
Зачем Путин возглавил избирательный список «Единой России», если и без того было ясно, что этой партии гарантировано абсолютное большинство в Думе? Зачем, уже приняв такое решение, он довольно резко раскритиковал «единороссов»? Какой смысл был в замене Председателя Совета министров, если заранее знали, что и новый – фигура временная? В голове не укладывается, зачем, вопреки всем канонам, президент и его вероятный преемник заранее открыто объявили на весь мир, что дни премьерства того же Зубкова сочтены? Путин не хочет, чтобы его, уходящего лидера, считали «хромой уткой». Разумно. Только стоило ли превращать в «хромую утку» правительство. Ведь это важнейший орган управления страной, а теперь, выходит, подчиняться этому органу вовсе не обязательно – там сидят временщики, не сегодня, так завтра им на смену придут другие начальники.
И уж совсем не понятна та истерия, в какую власть облекла думские выборы. Откровенно наглые препятствия чинились мелким политическим группам, которым и так на выборах ничего не светило. Засунули несчастного Каспарова в милицейский каземат, словно он и вправду мог рассчитывать на место в парламенте. Пугали колеблющихся? Ах, оставьте, народ российский, как и в недавнем прошлом, колеблется исключительно вместе с лидером. И в Кремле это знают не хуже нас с вами.
Убедительных, логически выверенных ответов на все эти «зачем» и «почему» пока найти не удалось, хотя версий хватает. Возможно, единственно правильным ответом будет неожиданный – президент забавляется. Не может быть? Еще как может! В забавах не отказывали себе ни абсолютные монархи, ни диктаторы. Как известно, власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Что побудило Сталина накануне ареста Бухарина позвонить ему по телефону и заверить: «Мы нашего Бухарчика никому не отдадим!»? Что заставило Путина на прошлых думских выборах поздравить Явлинского с успехом, хотя президент отлично знал, что партия «Яблоко» нужных пяти процентов голосов не собрала.
Путин любит загадывать загадки, создавать вокруг простых вещей ауру великой тайны, принимать неожиданные и необъяснимые решения, а порой намеренно подставлять сподвижников: договаривается с ними об одном, однако едва они начинают действовать «согласно договоренности», вдруг меняет свою точку зрения.
Не удивляюсь тому, что немалое число россиян восприняли выдвижение Дмитрия Медведева кандидатом в президенты как очередную шутку вождя. Смешки посыпались как из рога изобилия: «Лжедмитрий», «истинно русский медведь», «медвежья услуга». Вспоминают и щедринскую сказку «Медведь на воеводстве». Спохватились и в руководстве партии «Единая Россия» – спешно убрали со своей партийной эмблемы изображение косолапого. То-то потеха!.. Никто же не верит, что Владимир Путин в мае будущего года перестанет быть неоспоримым лидером страны. Сам не захочет - заставят. А коли так, какая разница, кто именно из президентской команды, этого «Политбюро без коммунистов», займет ту или иную высокую должность, пусть и президентскую. Можно было и Иванова назначить. Тоже смешно.
Нетрудно было заметить, как с годами безмерной власти Путин, что называется, матерел и взгляд его неопределенного цвета глаз становился все жестче. Ответа требует другой вопрос. Вечный. Почему современная Россия, пережившая и царизм, и большевизм, снова скатывается к безумной централизации власти, к авторитаризму, полностью свободному от какого-либо контроля со стороны.
Пару месяцев назад в Москве вышла книжка «На трибуне реакционера». Это сборники публицистических статей известного кинорежиссера Андрея Кончаловского и политолога Владимира Пастухова. Оба автора не без некоторого кокетства объявляют себя не просто консерваторами, а крайними реакционерами. С чего вдруг такая самооценка? О Пастухове ничего не знаю. Но с Андроном Михалковым-Кончаловским в свое время мне доводилось встречаться часто. Разговаривали больше как раз о политике, а не о кино, и в его высказываниях никогда и малейшего намека не проскальзывало на реакционность. Неужели он, человек эрудированный и широких взглядов, решил пойти по стопам своего младшего брата? Не верилось и подтвердилось только отчасти, причем весьма парадоксально...
В России в давние времена хватало просвещенных людей, подвергавших острейшей критике собственную отчизну. Боярский сын Ордын-Нащокин, вернувшись из-за границы, писал: «В Москве меня стошнило». Князь Курбский в письмах Ивану Грозному тоже рисовал Русь лишь черной краской. Сам Иван Грозный подданных своих презирал, людьми, достойными уважения, не считал и однажды в присутствии иностранных послов провозгласил: «Аз есмь зверь! И над зверьми царствую». Позже тему в том же духе развивали Новиков и Чаадаев, Пушкин и Лермонтов, Герцен, Щедрин, Бунин, Лесков... Множество имен можно назвать. Однако поверьте, нигде и никогда я не встречал такой эмоциональной критики «русской ментальности», как в сборнике статей Кончаловского и Пастухова.
Русский человек, по словам авторов, чудовищно ленив и необуздан, рабски покорен и завистлив, ему во все времена были и остаются чуждыми понятия свободы, законности, личной ответственности, рыночного построения хозяйства и прочие буржуазные, то есть западные ценности. Европа у русских вызывает причудливую смесь чувств: восхищение, зависть, презрение и ненависть. Цитата: «Самые негативные проявления русской натуры – это непоследовательность и отсутствие сознания собственного достоинства, жестокость, недоверие к себе, к своему будущему, равнодушие к настоящему, отсутствие интереса и уважения к собственности».
Что ж, примерно то же самое Кончаловский говорил и четверть века назад. Подтверждал и такими своими фильмами, как «История Аси Клячиной» и «Курочка Ряба». Потому и заметил в концовке одной из статей: «...уже слышу голоса: «Кончаловский опять оскорбляет великую нацию». Наверняка для многих слышать такое и вправду оскорбление. Оскорбленных не смягчат ссылки на суждения великих русских писателей и философов. Не поможет и перечисление исторических корней негатива, в общем-то хорошо известных: абсолютная монархия, крепостное право, общинное земледелие, отсутствие городского самоуправления, изоляционизм и ряд замшелых канонов Русской православной церкви...
Политолог вторит кинорежиссёру, похвальными оценками родину не балует: нет у русской массы стремления к порядку, опрятности, слишком легко мирится она с трудностями быта и всякого рода безобразиями. Зато, как это часто бывает с российскими наблюдателями, оба автора книги описывают многие стороны западной жизни в таких превосходных степенях, что для нас, живущих здесь, это выглядит явным преувеличением.
Отчего же Кончаловский и Пастухов называют себя реакционерами, что в их книжке реакционного? Вроде всё наоборот: режут горькую правду, безжалостно разоблачают многочисленные тёмные пятна в родном народе, неумехам во власти спуску не дают. Зовут, значит, к прогрессу, к светлому будущему. Ан нет! Вот ещё одна цитата, подлинней и поважней первой. Читайте и вдумывайтесь. «Завороженные Европой, мы убедили себя в том, что из нынешней ситуации есть только два выхода... Либо мы срочно перестроим Россию на европейский лад и враз изживём наши общественные хвори, либо Россия погибнет, рассыпавшись на части... Но есть и третий путь: были скифами, скифами и останемся. Сотни лет жила Россия в коррупции и беспределе и ещё не одну сотню лет может так прожить и простудиться на европейских похоронах».
Таков главный тезис книжки «На трибуне реакционера». Таков вывод из перечня безобразных сторон русской ментальности и российской жизни. Не надо пыжиться, не надо ничего трогать, всё равно ничего не получится. Реформы, перестройки, революции, политическая воля – всё впустую. Потому что не политика определяет культуру народа, а наоборот, культура – политику. Отсюда гимн авторов охранительному путинскому режиму. Отсюда громы и молнии, которые они с яростью обрушивают на оппозиционеров, на слои российской интеллигенции, недовольные нынешним режимом. Отсюда едкие упрёки в адрес Запада, который отказывается понимать вечность российских ценностей, не способен смириться с ними и всё пытается хоть как-то пристроить Россию в свои ряды.
Факт, конечно, остаётся фактом: краткие периоды либеральных реформ в России всегда сменялись жесткой реакцией и возвращением к единоначалию, к привычной административной иерархии. Это отнюдь не означает, что при каждой такой перемене следы либерализма полностью смывались. Они оставались и работали. Страна и народ шли вперёд. Могли бы идти гораздо быстрее, да политическое руководство притормаживало. Так приглушил и приостановил реформы император Александр III. Ту же стратегию избрал президент Путин. Он ведь не уничтожил, не стёр всех следов горбачёвской перестройки и ельцинских экономических преобразований. Во имя восстановления надёжного единства страны Путин в начальный период своего правления реформы остановил, а затем, пользуясь бесконтрольностью исполнительной власти, стал её безмерно укреплять. Такая власть не терпит открытой разноголосицы мнений, однако вполне допускает подковерные схватки отдельных группировок. Так удобнее править.
А народу деваться некуда. Не лезть же опять на баррикады. Авторы книжки зря чернят «русскую ментальность». Идеальных народов на свете не существует. Да и само понятие «народ» определённостью не отличается. Народ хочет, народ не хочет - это всего лишь штампы политической фразеологии. На выборах в демократических странах побеждает большинство, однако проигравшее меньшинство – тоже народ. И в российском населении существуют разные слои, с разными убеждениями и традициями.
Никто не спорит, вековая культура влияет на политику государства. Но командуют-то все-таки начальствующие политики. Они решают, в какой степени придерживаться традиций, а в какой - нет. Недаром на Руси исстари бытовала пословица: каков поп, таков и приход. Тоже, между прочим, традиция, завет отцов. К тому же не стоит забывать, что современный мир тесен, все друг с другом связаны множеством явных и тайных нитей. Ошибается тот, кто требует от соседей по планете: принимайте нас такими, какие мы есть. Существуют и правила общежития, которым так или иначе приходится подчиняться.
Книжка Андрея Кончаловского и Владимира Пастухова, как и другие такого же рода издания, не академический труд, не аналитическое исследование. Это вроде бы ни к чему не обязывающая публицистика, подголосок пропаганды, призванной любым способом оправдать путинский режим. Не потому, что он такой уж хороший, эффективный, добродетельный. А по той, якобы простой причине, что иного в современной России быть не может, что он фатален, неизбежен.
Помнится, еще совсем недавно Кремль клятвенно заверял весь мир, что «победа коммунизма неизбежна». Твердо, мрачно, однако не сбылось.