не длЯ посторонних

Наука и жизнь
№7 (617)

Посмотрите на карту Соединенных Штатов Америки. На севере страны у границы с Канадой выделяются пять причудливо соединенных между собой реками больших голубых пятен. Это Великие озера – Верхнее (Superior), Гурон (Huron), Мичиган (Michigan), Эри (Erie) и Онтарио (Ontario), сосредоточившие в себе 18 процентов мировых запасов пресной воды. Озера содержат более 6000 триллионов галлонов воды, которой они снабжают около 24 миллионов человек из двух сопредельных стран.
По-настоящему питьевой эта вода стала сравнительно недавно. Многие годы в озера поступали промышленные, коммунальные и сельскохозяйственные стоки, убивавшие в них (озёрах) все живое. Особенно этот процесс затронул Эри, которое вообще стали называть “мертвым”.
В начале 1970-х годов Канада и Соединенные Штаты начали проводить систематическую работу по очистке своего богатства. Резко снизили сброс в Великие озера загрязняющих веществ, а в конце восьмидесятых приступили к снижению поступления их из атмосферы и реабилитации уже отравленных донных отложений.
Результаты не заставили себя ждать. Так, объявленное некогда “мертвым” озеро Эри теперь является крупнейшим в мире районом добычи пресноводного окуня.
Естественно, население, заводы, фермы и сельскохозяйственные предприятия, расположенные на окружающей огромные водные пространства территории бассейна Великих озер, постоянно используют их воду. И когда в прошлом году уровни озер упали до близких к рекордным, а юго-восточные районы страны поразила сильная засуха, это вызвало у “хозяев” приозерья серьезное беспокойство.
Возникшую неуверенность в стабильности водоснабжения этого региона усилили и прогнозы метеорологов, касающиеся предстоящих в скором будущем изменений климата. Глобальное потепление, по их подсчетам, может вызвать уже к середине текущего столетия понижение уровня озер еще на один метр, что угрожает серьезными экономическими, экологическими и социальными потрясениями.
Масла в огонь разгорающихся по этому поводу споров недавно подлил губернатор далекого от этих мест штата Нью-Мексико Билл Ричардсон. Выступая в Лас-Вегасе на очередном митинге в ходе кампании по выборам президента, он призвал к разработке государственной национальной  политики водопользования, отметив при этом явную, с его точки зрения, несправедливость – нехватку воды в таких штатах, как его собственный, тогда как штаты вроде Висконсина буквально купаются в воде. 
Конечно, губернатор не предлагал, чтобы выжженные западные штаты качали воду из Великих озер. И офис мистера Ричардсона вскоре подтвердил, что их увлекшийся шеф ничего подобного в виду не имел. Однако своим замечанием политик заставил ощетиниться власти приозерных штатов, которые в очередной раз ощутили срочную необходимость принятия региональных мер по защите своих водных ресурсов от посяганий на них не выдуманных, а реальных претендентов.
“В регионе сталкиваются многие экономические интересы, - говорит член палаты представителей от прилегающего к южным берегам Эри штата Огайо Мэтью Долан. - Мы же хотим, чтобы жаждущие двигались к воде, а не вода к ним”.
Тем временем изменения в народонаселении постепенно лишают регион его политической власти.
“Наиболее быстрый прирост населения наблюдается в бедных водой областях Юго-запада и Юго-востока Соединенных Штатов, - говорит Дэвид Нафтзгер, исполнительный директор Совета губернаторов Великих озер. – Поэтому мы нуждаемся в долгосрочных мерах защиты”.
Собственно говоря, такие меры уже предпринимаются. Например, федеральный закон требует согласия губернаторов всех штатов Великих озер на любой отвод вод из бассейна. Исключения делаются только в некоторых случаях для населения, проживающего у границ бассейна, и по отношению к Чикаго, который по постановлению Верховного Суда имеет право черпать из озера Мичиган свыше двух миллиардов галлонов воды в день – количества, достаточного для снабжения водой пригородов, расположенных вне территории бассейна.
Однако адвокаты и эксперты говорят, что федеральный закон сформулирован слишком неопределенно, чтобы можно было, опираясь на него, эффективно противостоять в суде искам нуждающихся в воде потенциальных “захватчиков”.
Два года назад губернаторы восьми приозерных штатов и двух канадских провинций подписали соглашение о запрете отвода воды из бассейна и совместно выработали более строгие правила её использования в пределах бассейна. Несмотря на широкую поддержку, отдельные детали договора оказались спорными.
В штате Огайо, например, оппоненты документа утверждали, что отвод вод посягает на права местной собственности. В Висконсине возражали против права любого штата накладывать вето на отвод воды населению, проживающему на краю бассейна. Этот запрет позволил бы делать исключения для общин, проживающих с внутренней стороны границы бассейна. Из-за этих разногласий соглашение не может вступить в силу, нуждаясь в ратификации законодательными органами шести из восьми штатов и одобрении Конгресса.
А между тем такие маленькие города, как Waukesha в штате Висконсин, несмотря на то, что они расположены частично или полностью вне бассейна, очень рассчитывают на воды Великих озер. Стремясь показать, насколько серьезны его нужды, город открыл в прошлом году программу, которая ограничивает полив зеленых насаждений, устанавливает нормы, препятствующие излишнему расходу воды, и предусматривает награждение призами за ее экономию.
Впрочем, защитники окружающей среды отнеслись к этим мерам без особого энтузиазма. “Waukesha уже давным-давно знал, что его ждут проблемы с водоснабжением, но до последней минуты тянул с принятием мер по регулированию потребления воды”, - говорит Камерон Дэвис, президент базирующейся в Чикаго экологической группы “Союз за Великие озера” (Alliance for the Great Lakes).
Пока же специалисты предполагают, что нехватка воды на территории Северной Америки может в конце концов поставить вопрос о необходимости переброски части стока рек или более интенсивном заборе воды из озер, что создаст угрозу устойчивому использованию поверхностных и подземных водных ресурсов страны.