Личности на наличности

В мире
№19 (890)

 

Когда страна в глубоком “минусе”, самое время начать менять деньги. Вокруг этой волнующей процедуры сразу образуется такая вселенская суета, что на некоторое время все забывают о том, что на купюрах не картинки главное, главное - цифры. Но наш эмоциональный народ воодушевился и взялся за обсуждение новых образов на новых шекелях


На самом деле не такие уж они и новые - уж тридцать годков минуло с тех пор, как их ввели в оборот, и вопрос об изменении названия на просто “израильский шекель” стоит на повестке дня. Но дело не в этом. Тут, насколько можно предположить, имеется редкостный консенсус, причем даже в отношении стиля (здесь наблюдается явное сходство с дизайном единой европейской валюты евро) особых проблем не возникло. Дело в другом: при публикации фотографий новых израильских купюр выяснилась ужасно скандальная деталь: на всех четырех новых купюрах, которые утверждены к запуску в оборот во второй половине 2013-го - первой половине 2014 годов, то есть на 20, 50, 100 и 200-шекелевых банкнотах - портреты знаменитых людей русского, в крайнем случае, российско-имперского происхождения. 


Вот те раз! Только этого нам и не хватало. И это на фоне очередного обвинения “русских” в расизме и неприятии всего израильского, с которым выступил на крупном арабском сайте небезызвестный представитель левой элиты писатель Ури Авнери. А тут честной израильский народ просто носом ткнули в недавнюю истории родной страны, из которой следует, что люди, говорившие на одном с нами языке, не только государственные институты власти на этой земле создавали, но еще и дорогую сердцу литературу. И вот теперь этими портретами будут травмировать население каждый день и каждый час, причем с всеобщим охватом. Куда денешься от этих изображений, если они в кошельке?! Это ж почти как у бессмертного Чехова: “И ейной мордой мне в харю тыкать”. Знал ведь, провидец, как сформулировать! К тому же заранее известно, сколько еще времени будут носом тыкать - целое десятилетие. Ведь деньги в нашей стране меняются не чаще чем раз в десять лет. 


Но давайте сначала разберемся, кому же повезло. Во-первых, феминисткам. До сих пор на израильских купюрах была запечатлена только одна женщина - великая Голда Меир, да еще на фоне московской синагоги, от стен которой она начала выводить советских евреев в свободную еврейскую землю. То была знаменитая 10-шекелевая купюра 1985 года выпуска, исчезнувшая уже из карманов граждан. С тех пор на купюрах сплошной патриархат - наглядное отставание от нормативов времени и мировых стандартов. И вот он, долгожданный рывок - сразу две женщины выносятся на банкноты. 20-шекелевую бумажку теперь украсит Рахель Блувштейн, которая при жизни просила называть ее просто Рахелью, как праматерь. Легкая пробежка по энциклопедиям позволяет установить, что наша знаменитая поэтесса, праматерь израильской поэзии, родилась в городе Саратове, а выросла в Полтаве, где училась в еврейской школе. Более того, по матери она еще и родственница семейства Мандельштам. Кстати, советую обратить внимание: новая “двадцатка” будет красного цвета, и хорошо бы не перепутать ее с 200-шекелевой купюрой. А 100-шекелевую банкноту отдадут Лее Гольдберг, которая родилась в Кенигсберге в семействе литовских евреев. То есть и тут просматриваются соответствующие корни. 


Феминистки, конечно, порадовались: из четырех новых купюр две - с женскими портретами. Равенство налицо. Харедим пока молчат, хотя в нашей нескучной стране всего можно ожидать… А вдруг откажутся использовать купюры, объявят забастовку, выступят, на худой конец, с альтернативной кандидатурой царицы Эстер. 


Но довольно про женщин, давайте поговорим о мужчинах. Как известно, Банк Израиля принял решение отказаться от использования на денежных купюрах портретов политических деятелей - Давида Бен-Гуриона, Биньямина-Зеэва Герцля, Менахема Бегина и Ицхака Рабина, которые, согласно первоначальному решению, намеревались отпечатать на новых банкнотах. В свою очередь, деньги с портретами Моше Шарета, Шая Агнона, Залмана Шазара и Бен-Цви будут полностью выведены из обращения.


В новой серии бумажных денег два мужских портрета - Шауль (он же Саул Гутманович) Черниховский будет отныне красоваться на 50-шекелевой купюре. Проверяем биографию - факты упрямая вещь. Родился в селе Михайловка Таврической губернии, получил медицинское образование, работал врачом. В 1931 году переехал в Эрец-Исраэль и занялся поэтическим творчеством, при этом в его произведениях явственно чувствуется влияние русской поэзии и русского символизма. 


Еще одна утвержденная кандидатура - Натан Альтерман - становится лицом 200-шекелевой купюры. Родился он в Варшаве, которая в то время входила в состав Российской империи. Хотя его родители пытались беседовать с детьми на иврите, договорившись с семьей друзей (Гальперины), Альтерман на всю жизнь сохранил любовь к русскому языку и много читал на нем. 


Да, вот это история! В такой переплет мы еще не попадали. Нам много чего простили за годы большой алии - повторное взятие кнессета, завоевание театров и больниц, открытие конкурса “Рокдим им кохавим” (“Танцуем со звездами”), который в народе давно переименовали в “Рокдим им русим” (“Танцуем с русскими”), но уж захват денег нам точно не простят! 
Первыми, конечно, возмутились представители сефардской общины. Они методично подсчитали, что за всю историю выпуска Израилем собственных денег из представителей их общины на купюры попал только один из величайших еврейских законодателей, философ и врач РАМБАМ. В 1986 году его изображение появилось на купюре достоинством в один шекель и исчезло в 90-е в связи с переходом на металлическую монету. 


Другой сефард, бизнесмен и филантроп, сэр Мозес Монтефиоре, удостоился денежного знака еще в 1980 году, и ему тоже достался 1 шекель. В общем, ситуация, мягко говоря, неутешительная. Русские, можно сказать, идут, сметая на пути израильские достижения другого общинного происхождения. 


Разгорелся скандал, к которому премьер-министр Биньямин Нетаниягу был явно готов, а иначе зачем бы он устраивал его именно сейчас, когда еще немного, еще чуть-чуть, и на страну обрушатся сокращения? Пусть лучше публика отвлечется, поспорит, пар выпустит… Будет легче воспринимать болезненные меры. 


Глава правительства немедленно пообещал напечатать новые сефардские деньги. “У меня уже есть прекрасная кандидатура, - с лукавой улыбкой сказал он. - В следующий раз мы изобразим на купюрах Иегуду Галеви, великого поэта и мыслителя, жившего в Испании и погибшего в Иерусалиме во время второго путешествия в Эрец-Исраэль в XII веке”. Но чаша народного гнева переполнилась и заполонила газеты. Руководство страны тут же уличили в невежестве. “Зачем ума искать и ездить так далеко?” - что в переводе на современную лексику означает: зачем нам средневековье, когда современная израильская история знает немало замечательных творцов восточного происхождения, которых тоже можно поместить на деньги, и последние при этом не потеряют своего достоинства. “От Шушаны до Нисима Алони! Этим что, деньги не положены? Деньги давай, деньги! - несется со всех сторон. – Даешь купюры для представителей восточных общин!”. 


Хотя... Хотя вопрос, чье изображение помещается на купюру, далеко не праздный. “Уберите Ленина с денег!” - патетически восклицал молодой Вознесенский на пике советской экзальтации, и в чем-то он был, конечно, прав. С учетом того, что на заре туманной коммунистической юности деньги едва не отменили, в разгаре соцреализма они работали не за, а против всяческой коммерции, Ильичу было явно не место на купюрах. Постперестроечные остряки добавили к этой фразе едкий комментарий: “Есть такие лица - их сколько ни печатай, денег больше не становится”. И Ленина сняли. Правда, по ходу воплощения идеи обнаружилось, что вынести вождя мирового пролетариата с рублевой поверхности проще, чем из Мавзолея, но это уже детали. 


Пока представители элит воют за личности на наличности, у определенной части населения возникает практическая озабоченность по поводу простого вопроса: а что будет с ныне действующими купюрами? Кое-кто из нас наверняка давно скопил себе на черный день некоторую сумму наличных, так как с ней теперь быть? Надо ли будет срочно бросаться менять деньги? И как при этом не привлечь к себе ненужного внимания Института национального страхования, который всегда готов лишить обладателей заначенных “капиталов” скромного пособия?! 


Не так давно произошел такой случай… Взрослая дочь решила сделать пожилой маме подарок - купила новую кровать с хорошим матрацем, а старый выбросила на помойку. Старушка-мать, увидев подарок, едва не потеряла сознание, потому что в матрац она зашила деньги, скопленные за последние двадцать лет, где-то с полмиллиона шекелей! Матрац так и не нашли, и старушке пришлось, погоревав, смириться. 


Ну а как быть тем, у кого не матрац, а, скажем, трехлитровая банка или чулок? С ним, что ли, теперь срочно бежать в обменный пункт? А на что менять? А может все-таки подождать? Как сообщил Банк Израиля, обмен денег будет проходить постепенно в течение как минимум трех лет, поэтому беспокоиться не о чем. 


В завершение добавлю пару слов о сохранности денег. На днях, выступая в Брюсселе, бывший президент Франции Валери Жискар д’Эстен сказал, что будущее принадлежит доллару, евро и иене. Поразмышляйте над этими словами. Впрочем, что нам личности, когда нет наличности?  

“Новости недели”