Кто самые-самые?

Парадоксы Владимира Соловьева
№31 (327)

Помните классический детский вопрос: кто сильнее - кит или слон? В возрасте от трех до пяти этот вопрос мучил нас, потом наших детей и так далее - в неведомую даль поколений. После пяти ребенок взрослеет достаточно для того, чтобы больше не задавать таких гипотетических вопросов, на которые нет и не может быть ответа. Как сказал Маяковский в связи со спором между лошадью и верблюдом:

И знал только бог седобородый,
Что это животные разной породы.[!]
Тем не менее, став взрослыми, мы только и делаем, что играем в подобные игры.

Недавно вот мы узнали, какая самая лучшая книга написана за всю историю человечества. «Дон Кихот» Сервантеса. Это не так чтобы истина в последней инстанции, но так решили сто самых известных современных писателей из 54-х стран мира под эгидой Нобелевского института в Осло.
Или взять журнал «Тайм» с его постоянными конкурсами на человека года, человека десятилетия, человека столетия, человека тысячелетия. Разве не гадали мы полгода назад, кто станет человеком года - наш нью-йоркский мэр, наш американский президент или мировой террорист номер один, не к ночи будет помянут. Под мощный аккомпанемент общественного мнения, патриотический выбор пал на лучшего из лучших нью-йоркских мэров Джулиани, но и ежу понятно, кто окрасил время в зеленый колер пророка, кто сыграл поворотную роль в американской и мировой истории, кто повернул вспять время: Бен Ладен. К черту политкорректность! Зло разлито в мире ничуть не меньше и не менее влиятельно, чем добро. Соответственно: злодеи. Ницше сравнивал человечество с деревом: чем больше одна его часть стремится к свету, тем глубже другая уходит в землю, во тьму. Тем более были прецеденты: Гитлер, Сталин (дважды), аятолла Хомейни уже побывали на обложках последних в году номеров «Тайма» - так зачем было обижать Бен Ладена? Я уж не говорю о том, что они с Джулиани - разных весовых категорий: один фигура пусть даже национального, зато другой - несомненно мирового масштаба. При всем моем личном уважении к мэру Джулиани, через энное количество лет этот выбор будет казаться, мягко говоря, странным, субъективным. Каким сейчас, к примеру, кажется избрание Горбачева человеком десятелетия - тем же «Таймом» дюжину лет назад. Как говорится, было и быльем поросло. Вопрос «А судьи кто?» остается актуальным спустя 178 лет после сочинения Грибоедовым своей гениальной комедии.
Мы живем в условном мире, где оспариваемо всё, кроме зачатия, рождения и смерти. Куда далеко ходить: президентом у нас человек, который по числу набранных голосов проиграл своему сопернику. Что не мешает Бушу быть заслуженно популярным президентом, судя по последним рейтингам. Могу предсказать на полгода вперед вперед: если Бушу удастся отрубить одну из голов исламского дракона (Бен Ладена или Саддама Хусейна - без разницы), не миновать ему обложки предновогоднего номера «Тайма». Вы знаете более вероятных кандидатов, да?
Я люблю ссылаться на Нобелевские премии как один из самых ярких образчиков произвола в этом метафизическом мире. К примеру, восьмилетней давности Нобелевская премия мира Ясиру Арафату - в свете последних вспышек террора на Ближнем Востоке. А Нобелевка по литературе - не менее спорная и чуть ли не через раз оспариваемая? Вот несколько имен, которых нет ни у меня в памяти, ни у моих читателей. Я их выписываю и произношу по слогам. Сюлли-Прюдом, Эчегарай-и-Эйсагирре, Эйкен, Гейзе, Хейденстам, Гьеллеруп, Понтоппидан, Шпиттелер, Бенавенте-и-Мартинес, Реймонт, Деледда, Унсет. Карлфельдт, Бак, Силланпя, Йенсен... Стоп! Вы спросите, кто такие? Зачем я морочу вам голову этими именами? Представьте себе: знаменитости, литературные звезды. Пусть и павшие. То есть бывшие. Нобелевские лауреаты по литературе с 1901 по 1944 год.
А вот другие имена - всемирно знаменитые: Лев Толстой, Антон Павлович Чехов, Генрик Ибсен, Август Стриндберг, Генри Джеймс, Герберт Уэллс, Марсель Пруст, Франц Кафка, Бертольд Брехт, Джеймс Джойс, Федерико Гарсиа Лорка, Роберт Фрост, Вирджиния Вулф, Райнер Мария Рильке, Д.Г.Лоренс, Владимир Набоков, Борхес, Грэм Грин. Ни один из них так и не удостоился высшей литературной награды. Причем, оба списка легко продолжить - и тех, кто получил Нобелевскую премию незаслуженно, и тех, кто ее - опять-таки незаслуженно - не получил.
А теперь риторические вопросы. Кто больше заслужил Нобелевскую премию? Писатель Гейзе или писатель Толстой? Почему три титана мировой литературы ХХ века - Пруст, Кафка и Джойс - оказались обойденными литературными карликами? Почему не получили «Нобеля» величайшие поэты прошлого столетия - русские Осип Мандельштам и Марина Цветаева, американец Роберт Фрост, испанец Федерико Гарсия Лорка, австриец Райнер Мария Рильке? Зато эта высшая на земле премия досталась людям, которые вообще не имеют прямого отношения к литературе: историку Момзену, философу Расселу, политику Черчиллю? Почему так и умер непремированным писатель, который заслужил эту премию дважды - за то, что свершил в русской и в англоязычной литературе? Это само по себе уже литературный подвиг, не правда ли? Понятно, о ком речь: Владимир Набоков. Помните, как остроумно выразился по этому поводу один американский критик: Набоков не получил нобелевки не потому, что не заслуживает ее, а потому, что Нобелевская премия не заслуживает Набокова.
По слухам, нобелевское жюри смущала слава автора «Лолиты», а один из членов жюри и вовсе считал Набокова не писателем, а порнографом. А великому аргентинскому писателю Борхесу премия не досталась, потому что шведские академики придерживались левых политических взглядов, тогда как Борхес был антиперонистом и поддерживал военную хунту. Наконец, Грэм Грин, блистательный автор «Тихого американца», «Сути дела», «Комедиантов», «Нашего человека в Гаванне», наиболее вероятный кандидат на премию из англичан, не получил ее и вовсе по субъективной причине - его недолюбливал самый влиятельный член Нобелевского жюри шведский писатель Артур Лундквист. Только через мой труп, говорил принципиальный Лундквист. К сожалению, Грэм Грин умер раньше Артура Лундквиста. В результате - так как кого-то из англичан пора было премировать - нобелевскими лаврами был увенчан Уильям Голдинг, по всеобщему мнению, куда менее ее достойный, чем Грэм Грин и даже чем Айрис Мердок, автор таких прекрасных романов, как «Под сетью», «Дитя слова», «Черный принц», «Море, море...»
Вот именно: не боги горшки лепят. Все мы люди, все мы человеки...
Итак, время от времени, тот или иной известный институт или авторитетное издание решает, кто самый-самый. Или что - самое-самое. Вот сравнительно недавний список. Я буду называть имена и явления, а вы сами решайте - верно или неверно. Или подставляйте другие имена и явления. Речь пойдет о весьма авторитетной комиссии экспертов, которая под эгидой газеты «Вашингтон Пост» - тоже не без авторитета и влияния - обнародовала недавно свой список самых-самых за целое тысячелетие. К примеру, как вы думаете, кто объявлен человеком тысячелетия? Догадываюсь о читательских подсказках. Кто? Наполеон. Еще? Гитлер. Что это всё политики да политики! Толстой. Эйнштейн. Ни за что не отгадаете. Человеком тысячелетия означенный институт вместе с газетой «Вашингтон Пост» объявили ... Чингиз-хана. Верно, неверно - другой вопрос.
А кто самый влиятельный художник тысячелетия? Снова слышу подсказки. Пикассо. Нет. Сальвадор Дали. Ну, уж вы дали маху! Близко не лежал. Леонардо да Винчи. Горячо. Почти угадали. Хотя самый влиятельный художник тысячелетия в этом списке другой художник итальянского Ренессанса, а именно - Микеланджело. Может, это и так в самом деле. Кто знает.
А кто гений тысяелетия? Эйнштейн? Моцарт? Достоевский? Нет. Гением тысячелетия объявлен Шекспир. Конечно, и другие кандидаты вполне достойные персоны, но и с этим выбором спорить трудно.
Эйнштейн, кстати, тоже попал в список, но в качестве самого выдающегося ученого тысячелетия. Как и Моцарт - его «Свадьба Фигаро» признана самым представительным музыкальным произведением тысячелетия. А Гитлер числится в этом списке даже дважды: во-первых, фюрер назван «воплощением зла тысячелетия», с чем лично я согласен на все сто. А во-вторых, он прошел в категории «ошибка тысячелетия» - вместе с Наполеоном: оба роковым образом просчитались, совершив нападение на Россию.
Изобретение тычячелетия? Компьютер? Самолет? Телефон? Это всё двадцатый век, а речь как-никак о тысячелетии. Изобретением тысячелетия эксперты «Вашингтон Пост» признали печать. Как писатель, согласен целиком и полностью. Обеими руками «за», как говорили когда-то.
Певец тысячелетия? Нет, не Федор Шаляпин. И не Лучано Паваротти. Но его соотечественник: Энрико Карузо. Лучшая актриса - не Рашель и не Сара Бернар, а Грета Гарбо. Казус вышел с лучшим актером тысячелетия. Не знаю, как вы, а я бы выбрал Чарли Чаплина.
А кого выбрали спецы «Вашингтон Пост»? Ни за что не угадаете!
Мультипликационного зайца Багса Банни, созданного на студии «Уорнер Бразерс». По мнению авторитетов, Багс Банни в одном лице объединяет харизму Керри Гранта, бунтарство Джека Николсона и талантливость Хемфри Богарта. Что ж, сам по себе выбор оригинален, забавен, хотя - с моей точки зрения - весьма сомнителен.
А самая оригинальная категория в вопроснике «Вашингтон пост» - это «лучшее место для проживания тысячелетия». Я уже слышу с разных сторон: Париж, Лондон, Женева, Нью-Йорк, Сан-Франциско. Эти ответы недостаточны. Надо указать не только город, но и время. Хотя бы век. Скажем, Париж - что говорить, город хороший. Верно говорят: умереть в Париже. Но никогда там не было так легко умереть, как в конце 18-го века, после Французской революции. Столько тогда летело голов, что из гуманных соображений, а также для ускорения смертоубийства, некий французский врач профессор анатомии в Сорбонне предложил заменить топор и палача на специальный механизм - и тем самым обессмертил свое имя. Звали этого врача-гуманиста Гийотен Жозеф Игнас Гильотен, а механизм по его имени стали соответственно называть гильотина. Вот и представьте себе, что вы выбираете «жить и умереть в Париже» и умираете в нем под остро отточенным лезвием гильотины. Каково! Вот почему «Вашингтон пост», выбирая лучшее место для жизни за целое тысячелетие, указывает не только название этого места, но и время: Венеция, 16-ый век. Венеция до сих пор так хороша, что некоторые выбирают ее - нет, не в качестве места жительства - кому это по средставам? - но как последнее, посмертное пристанище. Недаром там на острове мертвых - Сан Микеле - покоятся останки Эзры Паунда, Сергея Дягилева, Игоря Стравинского. А теперь вот к ним присоединился и наш современник, лучший русский поэт современности, член нашего русско-американского землячества Иосиф Бродский. Не захотел быть похороненным ни в одной из двух стран, где прошли две его жизни: ни в Америке, ни в России, хоть и обещал когда-то в шутливом стишке:

Ни страны, ни погоста не хочу выбирать,
На Васильевский остров я приду умирать...

Однако в другом шутливом стихотворениии Бродский переписал свое завещательное указание - где ему быть похороненным:
Хотя бесчувственному телу
равно повсюду ислевать,
лишенное родимой глины,
оно в аллювии долины
ломбардской гнить не прочь. Понеже
свой континент и черви те же
Стравинский спит на Сан-Микеле...
А теперь вот и Бродский заснул вечным сном там же...
Конечно, все эти списки и опросы часто весьма субъективны и произвольны. Если слушатели Би-Би-Си большинством голосов поставили на первое место среди философов человечества Карла Маркса, то это вовсе не значит, что Маркс более великий философ, чем Платон, Аристотель, Кант или Шопенгауэр. Или выходит, к примеру, номер журнала «Тайм» с самыми влиятельными мыслителями и учеными ХХ века - 100 имен! Но это не значит, что не найдется 101-го имени и 102-го и 103-го и так далее. Кстати, среди этой влиятельной сотни всего один советский гражданин, да и тот среди влиятельных негодяев. Два негодяя - немец доктор Йозеф Менгеле и русский Трофим Лысенко. Еще не выветрилось у вас из памяти это имя?
Один из последних случаев субъективизма, претендующего на объективность - список Познера, мгновенно ставший притчей во языцех. В нем тоже сто имен - самых умных людей планеты. Отобранных, как утверждает федеральный судья Ричард Познер, по самому что ни на есть научному методу: через Интернет, на основании статистических данных, с помощью группы сотрудников Гарвардского университета. Сам по себе список - отстоявшийся вывод 400-страничного исследования под названием «Социально значимые интеллектуалы: анализ упадка». Как и следовало ожидать, сам по себе научный труд (один из многих на эту тему) привлек куда меньше внимания, чем «список мудрецов», который тут же попал под перекрестный обстрел. Начиная с человека, который этот почетный список возглавляет: Генри Киссинджер.
Надо же случиться такому хронологическому совпадению: одновременно со «списком Познера» была издана книга Кристофера Хитчинса против Киссинджера, которого автор обвиняет во всех «уклонах» (словечко самого Киссинджера) иностранной политики США. Точнее, во всех смертных грехах. По аналогии с «Анти-Дюрингом» Энгельса, эту книгу можно было переименовать в «Анти-Киссинджера», а эпиграфом к ней вынести первую строчку последнего стихотворения Бродского:

Меня упрекали во всем, окромя погоды...

Главное обвинение Киссинджеру - ни мало ни много в преступлениях против человечества. После такой «прокурорской» книжки ему место на скамье подсудимых, а еще лучше на электрическом стуле. А тут он оказывается главным мудрецом человечества. Потому что в неразменной сотне Познера оказались и Джордж Оруэлл (№11), и Бернард Шоу (№17), и Жан-Поль Сартр (№64), и Альберт Камю (№76), и даже наш Александр Исаевич Солженицын под зэковским - то есть познеровским - номером 72. Это ли не доказательство плюрализма американского общества: один человек объявляет Киссинджера мудрецом и гуру, а другой - исчадием ада и врагом человечества. Или одно другому не противопречит? Человеческий ум может служить равно добру и злу. Как та же, к примеру, атомная энергия. Как говорил преподобный старец Силуан: держи ум свой во аде...
Федеральный судья Ричард Познер отвергает упреки в пристрастности и произволе, ссылаясь на основной принцип составления «списка мудрецов»: число ссылок на социально-значимые высказывания писателей, ученых, политиков и общественных деятелей в мировой прессе. Другими словами, кого больше цитируют, тот, выходит, умнее других. Само собой, это не абсолютный критерий, но достаточно убедительный. Что же касается результатов, то если оспариваются даже результаты выборов (в том числе президентских), то тем более нет таких весов, на которых можно было взвесить человеческий ум. Из того же разряда «кит-слон».
Понятно, в этой «черной сотне» (ибо писана черным по белому) много имен, которые мало что говорят непосвященным. Я не знаю половины из них. Лично мне было приятно обнаружить в этом списке коллег-писателей. Пятерых я уже упомянул. Еще Вацлав Гавел (17 место) - редкий (если не единственный после Дизраэли) случай метаморфозы писателя не просто в политики, но в национальные лидеры. Помню, еще в России, восхищался его самиздатными пьесами «Циркуляр» и «Пиршество в саду», когда их автор был видным писателем восточноевропейского андеграунда.
Или Салман Рушди, которого аятолла Хомейни приговорил к смертной казни за антимусульманские высказывания, а он жив-здоров и даже вошел в первую десятку списка Познера. Допускаю, что отчасти по спекулятивным показателям: потому высказывания Салмана Рушди и актуальны, что они на самую злободневную, самую больную сейчас тему. С другой стороны, кто еще из мусульманских мыслителей так смело, так решительно и безоглядно говорит о необходимости деполитизировать ислам и перевести его в частную сферу?
Коли главный критерий списка Познера - цитируемость, то добавлю очередную цитацию из Салмана Рушди, чтобы в следующем выпуске этого списка он занял еще более почетное место:
«Мне напомнят о том, сколь малого добились в прошлом некоммунистические социалисты, которые отмежевывались от тоталитарного социализма Советов. Тем не менее, я убежден, что первые шаги в сторону Реформации кое-что все-таки значат. Если исламу суждено примириться с современностью, мы должны елико возможно поддерживать эти голоса, пока они не превратятся в гром... Единственный аспект современной цивилизации, который привлекает террористов, - это технология, которую они рассматривают как оружие против тех, кто ее создал. Если мы в самом деле хотим победить террор, мир ислама должен взять на вооружение те светско-гуманитарные принципы, на которых зиждется современная цивилизация и без которых свобода для мусульманских стран так и останется несбыточной мечтой».
Пусть это глас вопиющего в исламской пустыне - тем более он ценен. Легко отстаивать демократические ценности в мире, где они давно восторжествовали. Совсем иначе - в мире, где они под запретом и за их распространение грозит смерть.
Короче, при всей спорности и субъективности списка Познера, некоторые из упомянутых в нем интеллектуалов мне по душе - от Бернарда Шоу до Салмана Рушди. Включая самого Ричарда Познера, который в списке Познера числится под скромным номером 70, опережая, однако, Камю и Солженицына. Не так уж плохо, учитывая, что нобелевский лауреат по экономике Джордж Стиглер этот список замыкает, а многие вполне достойные люди и вовсе в него не попали. Как говорил маркиз де Кюстин: я скромен, когда говорю о себе, но горд, когда себя сравниваю.
Что еще остается добавить? Что сами эти понятия - мудрец, умник, интеллектуал, мыслитель - достаточно условны. Статую Родена «Мыслитель» помните? На самом деле французский скульптор имел в виду вовсе не мыслителя - philosophe, а думающего, задумавшегося, медицирующего человека - рenseur. Чувствуете разницу? По мне так, задуматься иногда важнее, чем мыслить. А кого имел в виду судья Познер, составляя свой сенсационный список?
И вот еще о чем я сейчас думаю и вас, моих читателей, приглашаю ко мне присоединиться. А почему бы нам самим, собственными усилиями, не составить, аналогичный список самых-самых? Чем мы хуже других? Конечно, наш список может оказаться довольно субъективным и произвольным, но давайте постараемся, не будем торопиться, отнесемся к поставленной задаче со всей ответственностью. Короче, я придумал одиннадцать вопросов, на которые прошу вас ответить - письменно, почтой, или устно, позвонив в редакцию. Наверно, мой вопросник тоже достаточно субъективен, с сознательным уклоном в русскую и советскую историю. Не обязательно отвечать на все вопросы, можно на несколько, но чем больше ответов, тем лучше, это и ежу понятно.
Итак, вопросы:

1. Самый выдающийся русский - писатель, ученый, политик, мыслитель - все равно кто? И все равно какой национальности. Паспорт предъявлять необязательно. Как говорил Бабель, хучь еврей, хучь всякий. Помните его рассказ «Иисусов грех»? Итак, самый выдающийся русский.
2. А сейчас вопрос наоборот: самый выдающийся еврей все равно из какой страны. За всю историю мирового еврейства. Начиная с прародителя Авраама и кончая Альбертом Эйнштейном. Адам с Евой не в счет - они не евреи. Как ни странно, евреев тогда еще не было.
3. Самый главный злодей в русской истории? Здесь у нас довольно большой выбор - от Ивана Грозного до Иосифа Сталина. Тоже независимо от национальности.
4. Главное событие в русско-советской истории ХХ века. Независимо от нашей оценки - положительной или отрицательной.
5. Самый красивый город на территории бывшего Советского Союза. Пожалуйста, не будьте патриотами своих городов - Москвы, Одессы, Ленинграда, Киева, Бухары, Харькова. Постарайтесь быть объективными.
6. Лучший русский актер или актриса театра или кино, или того и другого?
7. Лучший русский поэт 20-го века. К примеру, для меня это довольно трудный вопрос. Мне приходится выбирать между двумя.
8. Лучший русский прозаик 20-го века.
9. Лучшая книга последних десяти лет, написанная по-русски - все равно где. В Москве, Берлине, Нью-Йорке, Тьмутаракани. И все равно, в каком жанре - сборник стихов, роман, книга рассказов.
10. Самый выдающийся американец, все равно в какой области, который родился на территории бывшего СССР?
11. Самый интересный или самый выдающийся человек в нашей с вами русскоязычной американской общине. Родственников и друзей не называть.

Обещаю: я тоже буду думать. Вдобавок я еще подзаведу слушателей радио «Надежды» в авторской программе, которая называется, как и моя рубрика в «Русском базаре», - «Парадоксы Владимира Соловьева». А что, пораскинем мозгами, почему нет? Общими усилиями составим наш собственный список выдающихся представителей рода человеческого и наиболее знаменательных событий в русской истории.

Жду ваших ответов.