Право говорить о правах

В мире
№17 (627)

Грузинская оппозиция делает немало громких заявлений, с которыми согласны не все и не всегда. Но когда было объявлено, что жизни Народного защитника Грузии может угрожать опасность, многие посчитали это вполне реальным. Омбудсмен представил общественности шокирующий отчет под нестандартным названием «Анатомия нарушений прав человека в Грузии». И оценивать этот документ можно только как обвинительное заключение, вынесенное власти. Которая не привыкла прощать и менее беспощадную критику.
Когда невозмутимый на вид горец-сван Созар Субари стал омбудсменом, казалось, что с ним у властей проблем не будет: он из одной колыбели с творцами «розовой революции» - из «Института свободы», поддерживаемого американцами. Побывав и журналистом, и правозащитником, и религиозным деятелем, на посту омбудсмена он рьяно принялся защищать национальные и религиозные меньшинства. Поэтому именно к нему потянулись тысячи людей, обиженных властью. Именно его целенаправленно избивали полицейские при разгоне мирной демонстрации 7 ноября. Именно он заявил, что президентские выборы в значительной степени фальсифицированы, и дерзнул оштрафовать главу Центризбиркома за отказ выдать для проверки избирательные списки. А еще он написал только что переизбранному Михаилу Саакашвили открытое письмо: «Какое время говорить о правах человека? Мы строим государство!» - таков девиз правительственного «бомонда», объявившего монополию на истину и непогрешимость. Несогласные с ним объявляются врагами государства. Думаю, сегодня уже ясно всем, что такой «бомонд» оказывает медвежьи услуги стране, Вам и самому себе». При всем этом омбудсмен подчиняется парламенту и по закону должен раз в полгода отчитываться перед депутатами о том, как обстоят дела с правами человека. Но слуги народа отнюдь не торопятся выслушать его. В 2006 году отчеты за оба полугодия объединили, и заслушивать их начали в половине седьмого вечера, за полтора часа до конца заседания. Естественно, на обсуждение времени не хватило, и парламент ограничился ни к чему не обязывающим постановлением о том, что отчет будет принят во внимание. Еще более трагикомическая ситуация создалась с отчетом за 2007 год. Его заслушивание перенесли с осени на февраль, с февраля - на март, а потом и вовсе объявили: у депутатов нет времени, чтобы ознакомиться с обширным документом, и он будет... передан на рассмотрение парламенту нового созыва. И тогда Субари пошел на отчаянный шаг - собрал в центральной гостинице Тбилиси журналистов, иностранных дипломатов, представителей международных правозащитных организаций, общественности. И представил им 1.300 страниц доклада, заявив: «Тревожно уже то, что я представляю свой отчет здесь, а не в парламенте. Там отказались его заслушать именно потому, что хорошо знакомы с его содержанием - сотни приведенных нами фактов осуществлялись открыто, на глазах парламента, с его содействия и нередко подстрекательства».
Свой отчет, охватывающий все 4 года после «революции роз», Субари начинает с того, что эта революция – отнюдь не исключение среди остальных, порождавших репрессивные системы, которые, прикрываясь защитой государственных интересов, ни во что не ставили законы. И в Грузии, утверждает он, такую систему совершенно не интересуют высокие идеалы, ее цель - неприкосновенность собственной власти. В стране, цель которой – интеграция в Евросоюз и НАТО, нет главенства закона, и пренебрежение правами человека носит не случайный характер, а стало принципом государственного управления. В обществе целенаправленно насаждается синдром страха, и об этом первым громко заявил великий театральный режиссер Роберт Стуруа.
В отчете приводится масса примеров того, как МВД незаконно прослушивает оппонентов власти, чтобы дискредитировать их, запугать, предъявить надуманные обвинения. Обычным делом стали предупреждения: «Замолчи, не то арестуем родственников», «Финансовая полиция нагрянет»... И у всех перед глазами - конкретные примеры того, как жестоко были наказаны не прислушавшиеся к угрозам.
«Из-за рубежа это сложно увидеть, - говорит омбудсмен, - но все мы знаем, как многие отключают свои мобильные телефоны, достают из них батарейку и лишь после этого шепотом разговаривают между собой». Люди боятся: если их причислят к «нежелательным личностям», то уволят с работы, подкинут наркотики, задержат близкого...
Субари подтверждает, что в Грузии обычным делом стало незаконное и циничное посягательство на частную собственность. «Не имеющие жизненного опыта государственные служащие едва ли не состязались друг с другом, кто сильнее обидит людей. Насилие и самовольство стали средством проявить себя. Один выливал вино, другой сносил гаражи и лоджии, третий отбирал дома и землю, четвертый закрывал предприятие. Происходило это под угрозой или через суд – по сфальсифицированным документам, с помощью процессуальных сделок или конфискации. Новым владельцем в некоторых случаях оказывалось государство или должностные лица, создавшие репрессивную систему», - говорится в отчете.
В практику вошли «ночные подарки», когда вызванные ночью в прокуратуру или к нотариусу граждане «дарили» государству свое имущество. Омбудсмен отправил тысячи писем по этому поводу в соответствующие ведомства и парламент, но подобное «расценивалось не как ошибка, а как героизм, чиновники делали карьеру на людских слезах и несчастьях». В пример Субари приводит работников службы надзора Тбилисской мэрии, которые в частных разговорах признавали, что незаконно сносят строения, но подчеркивали: приказы «сверху» для них важнее закона.
Ну а сотрудники МВД не только охотятся за дорогими автомашинами, отбирая их у владельцев, чтобы пользоваться самим. В своих интересах они могут запросто использовать и машину власти. Так, трем молодым людям, дерзнувшим позвонить подруге начальника одного из департаментов МВД, подбросили гранаты, подложили и вкололи наркотики, а потом по ложным показаниям полицейских предъявили обвинение в создании преступной группировки.
В отчете анализируется незаконное закрытие телеканала «Имеди», подчеркивается, что для разгона демонстрации 7 ноября власть вопреки закону использовала резиновые пули, тюремный спецназ и воинские части. Особой жестокостью при этом разгоне отличились гражданские люди в масках, что дает основание заподозрить существование незаконных военизированных формирований. Ведь точно такие же люди в масках средь бела дня избивали и лидера оппозиции, и парламентария, посмевшего оскорбить президента.
Не забыл омбудсмен рассказать и о высокой смертности и пытках в тюрьмах. И о том, что прокуратура «превратилась в карательный инструмент по выполнению политических решений власти, в монстра, перед которым гражданин совершенно беззащитен». Даже государственные деятели не принимают решений, не согласовав их с прокуратурой, - она в значительной степени управляет всей страной.
И конечно же речь шла о невозможности проводить справедливые выборы: «Партия большинства и исполнительная власть слились воедино... Фактически выборы проводит политико-административная репрессивная система». Правда, омбудсмен признает, что после осенней вспышки народного недовольства политический фон в стране изменился, президент объявил «эти процессы» ошибкой и предложил создать комиссию по защите собственности под руководством Народного защитника. Тот подготовил соответствующий закон, но и его оставили на рассмотрение будущему парламенту. Поэтому Субари считает, что у власти на самом деле нет желания что-либо исправлять и наказывать виновных.
Прямо скажем, в его отчете нет ничего нового для жителей Грузии. Но собранные воедино и проанализированные факты беззаконий создают настолько страшную картину, что в шоке оказались даже сторонники власти. А тут еще аппарат грузинского омбудсмена приняли в Международный координационный комитет национальных институтов по правам человека ООН, и Субари повез свой доклад в Женеву.
Как отреагирует международное сообщество, услышав все, о чем здесь рассказано, пока не известно. Но в самой Грузии боятся, что, победив на парламентских выборах в мае, команда Саакашвили перестанет «признавать ошибки» и вернется к испытанным методам управления страной.
Каковы основания для такого опасения? Что ж, позволю себе еще одну цитату из отчета омбудсмена: «Существующая система и в будущем представляет серьезную опасность для общества. Если политический фон изменится, она не моргнув глазом продолжит снос, отбирание собственности и так далее. К сожалению, политическая воля власти направлена на защиту этой преступной системы, а не на ущемленных в своих правах граждан. Людям остается успокаиваться тем, что власть признала ошибки. Но авторы этих, мягко говоря, ошибок неизвестны, как неизвестно и то, собирается ли кто-нибудь их исправлять».