Трудный выбор

Америка
№26 (636)

Предстоящий ноябрь готовит для американского избирателя труднейшую проблему выбора. Такой трудной никогда прежде, пожалуй, не было.

Обычно сторонники одной из главных политических партий, и активные, и пассивные, без особых раздумий голосовали за «своего» кандидата в президенты. Эти люди отнюдь не составляли подавляющей части всего электората. Основная масса, если и голосовала, определяла свой выбор, исходя из простых, поверхностных соображений. Поскольку оба претендента на Белый дом, как правило, обещали золотые горы примерно одинаковой ценности и никаких кардинальных перемен не предлагали, наиболее привлекательным представлялось соблюдение определенной очередности: был президент-демократ, пусть теперь его заменит республиканец. Или наоборот. Чаще всего результат оказывался неплохим или, по меньшей мере, терпимым. Случались и грубейшие ошибки.
На этот раз решение большинства наверняка будет судьбоносным. И это ощущают даже не очень активные граждане, хотя многие из них по-прежнему слабо разбираются в хитросплетениях внешней и внутренней политики – может быть, слабее, чем избиратели ряда других развитых государств. Недавние социологические исследования показали, например, что только двое из пяти американцев знают о трех ветвях власти в стране, примерно половина уверена, что президент вправе менять статьи конституции по собственному усмотрению, немалое число жителей срединных штатов смутно представляют себе, что произошло 11 сентября 2001 года. В тонкости этот слой электората, может, и не вникает, однако отчетливо видит, насколько отличны друг от друга два нынешних основных кандидата, один из которых обязательно станет президентом самой мощной в мире страны.
Республиканца Джона Маккейна и демократа Барака Обаму как политиков роднит в сущности лишь одна черта, причем отрицательного свойства – ни тот, ни другой не имеют ровным счетом никакого административного опыта. Заседать в законодательном собрании, обсуждать разного рода проекты, открыто высказывать свое личное мнение, а потом принимать коллегиальные решения – все это важно, значительно, поучительно, однако лишь в определенной мере ответственно. Мэр, губернатор и тем более президент, какой бы ограниченной ни была их власть, сколько бы советников ни толпилось вокруг, окончательное решение по самым разным проблемам вынуждены брать на себя. Маккейн и Обама такой школы не прошли.
Конечно, обращает на себя внимание и некоторая экзотичность обоих главных кандидатов. Маккейну в августе стукнет 72 года. Рекордный возраст для начала президентства, если он выиграет выборы. Что касается Обамы, то в случае успеха он с оглушительным грохотом прервет веками остававшуюся незыблемой традицию, согласно которой главой Соединенных Штатов должны становиться политики исключительно англо-ирландского происхождения. А он еще и чернокожий, совсем невиданное дело.
Наш выбор невелик. Не принимать же всерьез экстравагантных претендентов партии «зеленых» или либертарианцев с их по-детски наивными прожектами, не имеющими ничего общего с реальностью. А как решить, кому из двух главных кандидатов отдать предпочтение? Убежден, что прежде всего следует отбросить в сторону хотя бы часть шелухи, в которую облекают обоих кандидатов неутомимые пропагандисты. Ведь пропагандисты ловят каждую неудачно построенную фразу нелюбимого ими претендента, чтобы тут же замазать его черной краской. Порой и сами претенденты на Белый дом не очень осторожны в своих высказываниях. Примеров тому достаточно. На них не следовало бы обращать особого внимания, мало ли что вырывается из уст в горячке политической полемики.
Однажды Маккейн чуть ли не поклялся убрать Россию из состава «восьмерки», в другой раз пригрозил еще долгие годы вести войну в Ираке «до победного конца», в третий уверенно обещал «поймать бен Ладена». И все это, конечно, при том обязательном условии, что его, Маккейна, изберут президентом. Нетрудно сообразить, что это всего лишь слова, не имеющие под собой ничего солидного. «Восьмерка» - не воинское подразделение и Америка там не командир. Объявить победу в Ираке можно хоть завтра, тем более что ее уже раза два объявляли, но подписать акт о полной капитуляции противника там невозможно. И уж если Джон Маккейн знает, как поймать бен Ладена, нехорошо с его стороны, непатриотично скрывать свое знание от нынешней администрации.
Все всё понимают. Тем не менее за произнесенное оппоненты-демократы тут же обозвали республиканского кандидата «Мистер Всё или Ничего». Вспомнили и его отца, знаменитого адмирала. В период вьетнамской войны тот настойчиво предлагал заминировать бухты на побережье Северного Вьетнама, а на суше применить неконвенциональное оружие. Припомнили и громогласные сетования Маккейна-папы после войны: одержать победу помешали проклятые «штафирки», не знакомые со строевой подготовкой.
Вдумайтесь: разве подобные пустые словопрения должны определять голосование за или против кандидата? По-моему, не должны.
То же самое с Обамой. Ну сказал он, что, став президентом, не откажется от встречи с Ахмадинеджадом. Зачем сказал? Ведь не хуже других знает, что не Ахмадинеджад определяет сегодня политику Ирана, он всего лишь говорящая кукла шиитских религиозных лидеров. Личные встречи и беседы с ним бессмысленны. Но какой шум поднялся вокруг неосторожных слов Обамы. Позор! Измена! Одна здешняя русскоязычная газета безапелляционно объявила: «Обама – враг Америки!». Сильно припечатано. Правда, не совсем ясно, как следует воспринимать этот выкрик – то ли как панический вопль, то ли как зов на баррикады. И сколько раз ни повторяет теперь Обама, что вовсе не собирается встречаться с голосистым иранским провокатором, ничего не помогает – враг, и точка!
Слово, конечно, не воробей, однако в устах прожженных политиков оно тоже немногого стоит. Заметим между прочим, что весьма ответственные официальные лица шести ведущих государств мира не считают для себя зазорным то и дело общаться с представителями того же Ирана. Ручки пожимают, здороваются, разговаривают, внимательно выслушивают собеседников. Это нормально. Современный политик не имеет права вести себя как чванливый мелкопоместный шляхтич. Компромиссы неизбежны, высокомерие успеху не способствует.
Выбирая в президенты одного из двух кандидатов, мы, избиратели, понятно, наматываем себе на ус все, что они произносят. Но лучше не обращать слишком большого внимания на второстепенное, сосредоточиться на главном, стержневом. В стране скопилось немало сложных, весьма запутанных проблем. Ждать, что избранный нами лидер решит их одним махом, - было бы верхом наивности. Пусть кто-то и родился с задатками Александра Македонского, Бонапарта или превращенного ныне в легендарную фигуру Черчилля, все равно в современном мире действовать он не в состоянии, а попробует - тут же пропадет ни за понюшку табаку.
Проблем много, способы их решения неясны, предлагаемые варианты недостаточно убедительны и потому постоянно подвергаются сомнению. Известно, например, насколько остра в стране проблема энергетики. Вроде бы без атомных электростанций не обойтись. Однако собственники земельных участков и люди, на этих участках проживающие, категорически против, и закон на их стороне. Стремительно дорожает нефть, усугубляя безудержную инфляцию. Предлагается немедленно приступить к разработке наших собственных месторождений нефти и нефтеносных сланцев. Разумно? Кто его знает. Оппоненты тоже не пустословы: пострадает окружающая природная среда, нефть не подешевеет, добыча обойдется в ту же цену, что и покупка на стороне. Может, правильнее сократить потребление горючего? Было бы неплохо. Америка забирает себе больше четверти всей добываемой в мире нефти. Пора бы и честь знать. Но как добиться нужного результата, если огромное число американцев просто физически не могут существовать без автомобиля и дальних поездок, если сеть железных дорог унаследована чуть ли не с первой половины прошлого века и до многих мест в стране «только самолетом можно долететь»? Притормозить рост потребления энергии еще как-то удается, сократить – нет.
А что делать с общенациональным долгом в 10 триллионов долларов, почти равным годовому ВВП государства? Каким образом остановить беспрецедентное падение американской валюты? Есть ли смысл в наши дни столь настойчиво подпитывать в населении пресловутую «американскую мечту» о собственном доме? Коммуникации нормального жизнеобеспечения и так безмерно разрослись, требуя все более высоких затрат.
Перечень вопросов, на которые нет однозначных ответов, легко продолжить. Нет таких ответов ни у ведущих кандидатов в президенты, ни у избирателей. Общество разделено, хотя недовольных нынешним положением дел полным-полно – согласно опросам, больше 80 процентов населения. Вместе с тем многие полагают, что неприятности как-нибудь рассосутся сами собой, свободный рынок расставит все по своим местам и высокий уровень американского благоденствия бессмертен. Доказать этой категории избирателей, что впереди вырисовываются несколько иные перспективы, - задача нерешаемая. Никто и слушать не станет.
Другая часть общества, главным образом молодежь, придерживается противоположной точки зрения: нужны коренные перемены, и безотлагательно. Пришло, мол, время хотя бы приступить к решению острых актуальных проблем, чего бы это ни стоило. В противном случае проблемы станут еще сложнее, а их решение еще более болезненным. Традиции традициями, однако новое рвется в окна и двери, его не остановишь. Попробуйте убедить этот слой избирателей, что их доводы могут оказаться ошибочными. Только время потеряете и нервы себе издергаете.
Джон Маккейн безусловно милее сердцу тех, кто твердо верит в незыблемость политической и экономической мощи США и сегодня сетует лишь на то, что колоссальный потенциал страны используется не полностью, а порой не так, как следует. Нет никаких оснований предполагать, что, став хозяином Белого дома, Маккейн примется что-то менять кардинально. Вероятность того, что реформатором проявит себя Барак Обама, чуть выше. Если сможет, это придется по душе тем, кто жаждет перемен.
Разделительная черта выглядит вполне определенной. Не так уж важно, какую политическую партию представляет кандидат, каково его происхождение, что именно он сказал в пылу полемики с оппонентами и в стремлении понравиться максимальному числу избирателей. Куда важнее другое: отдадут американские граждане предпочтение стабильности или существенным переменам?
Что и говорить, выбор трудный, риски остаются при любом исходе голосования. Затянувшаяся сверх меры стабильность способна переродиться в застой, скоропалительные нововведения могут оказаться слишком болезненными. Только не надо придавать таким рискам крайние формы. Америке не угрожает даже подобие катастрофы. Из этого вовсе не следует, что впереди нас ждет манна небесная, и страна обязательно обретет прежний авторитет в мире и прежнее могущество. Не обязательно. Будем жить в соответствии с обстоятельствами.