Помнить все

Культура
№26 (636)

Десятого июня в одной из германских клиник умер Чингиз Айтматов, великий киргизский писатель, общественный деятель, дипломат.
Начать с темы памяти меня заставил тот факт, что эта тема присутствует практически во всех его произведениях. Память, по Айтматову, - явление сложное, многослойное и многоплановое. Наиболее четко эта тема проработана в романе «И дольше века длится день», в котором писатель ввел в общественный оборот взятое из тюркских легенд понятие «манкурт» - человек-раб, потерявший память о своей предыдущей жизни. Потерять память - значит, перестать быть человеком в социальном смысле этого слова. Всегда находились люди, для которых это было удобным способом жизни, а вернее, существования. Айтматов не мог этого ни понять, ни принять.
В десять лет он потерял отца. В 1937 году Торекула Айтматова, одного из руководителей киргизской компартии, арестовали, а через год расстреляли. Именно тогда будущий писатель получил первый урок памяти – не стыдиться имени своего отца. Тавро «ЧСеИР», член семьи изменника родины, он носил на себе до 1956 года, до разоблачения культа личности Сталина. Лишь после этого он получил возможность поступить на Высшие литературные курсы в Москве. К этому времени Айтматов уже писал для газет. Но ему хотелось не описывать будни социалистического строительства в жестких рамках партийной журналистики, а сказать что-то свое. И он начал говорить.
Это было время, когда в литературу входили люди, для которых «социалистический реализм», единственный официально дозволенный художественный метод, был подобен путам, сковывающим руки. Хрущевская «оттепель» - временное ослабление идеологического надзора за искусством - позволила новичкам не только заявить о себе, но и найти своего читателя.
Писатели по-разному обходили идеологические препоны. Прежде всего все их герои были настоящими советскими людьми: молодые врачи и буровики в прозе Василия Аксенова, комиссары в пыльных шлемах и фронтовики в стихах и песнях Булата Окуджавы, труженики тыла в первой повести Айтматова «Джамиля». Однако эти герои отличались от традиционных литературных персонажей тех лет. Они не верили в догмы, пытались до всего дойти сами. Искали идеал среди бойцов гражданской войны. Совершали поступки, выходящие за рамки «здравого смысла».
Но не только новые герои объединяли молодых писателей и поэтов. И у Окуджавы, и у Аксенова, и у Айтматова отцы были партийными деятелями и погибли в великой сталинской чистке. До сих пор еще можно услышать мнение, что это наложило на творчество литераторов своеобразный отпечаток, что ими двигало лишь чувство мести. Это, конечно же, неверно. Трагические события юности лишь обожгли их души, заставив задуматься. Результаты этих раздумий сказались значительно позже. И по-разному.
Окуджава с самого начала перестройки занял четкую демократическую позицию. Он участвовал в политической жизни страны. Но с 1994 года практически постоянно жил в Германии.
Василий Аксенов вместе с группой известных литераторов в 1979 году участвовал в подготовке бесцензурного альманаха «Метрополь». На следующий год его лишили советского гражданства, и до 2004 года он жил в США.
Чингиз Айтматов был человеком другого склада. Мне кажется, он не очень верил в успех политических преобразований. Возможно, Айтматов считал, что никакая революция не даст человеку счастья до тех пор, пока он сам не изменится, не станет добрее к людям и к той планете, на которой он живет.
Наверное, поэтому книги Айтматова изобилуют мотивами, почерпнутыми из народного эпоса, легенд и мифов. Само творчество его мифологично. Автор рассматривает людей и животных как равноправных участников драмы, которая разворачивается на нашей планете. И люди не всегда выигрывают сравнение с животными.
Несомненный талант писателя, его гуманистическая позиция, принадлежность его, что особенно подчеркивалось, к одному из братских советских народов - все это, вместе взятое, определило отношение к нему со стороны власти. Он становится живым доказательством торжества ленинской национальной политики. Это определение сопровождало писателя все время, вплоть до распада СССР.
Став признанным советским писателем и лауреатом многих государственных и международных премий, Айтматов оградил этим себя от мелочной критики, обеспечив относительную свободу в творчестве. Ему прощалось даже то, что в своих произведениях писатель использовал религиозные сюжеты. Обращение к сюжетам, взятым из Библии, говорит о том, что Айтматов попробовал ступить на путь европейских писателей, поэтов, музыкантов и художников, которые искали образы своих героев среди библейских персонажей. Так в творчестве писателя появляется тема несения в мир истины как единственной возможности борьбы со злом.
Каждая книга Айтматова сразу же становилась заметным явлением культурной жизни. Они публиковались в толстых журналах, выходивших в то время огромными тиражами. За журналами с айтматовскими произведениями выстраивались очереди, их давали почитать на одну ночь. О прочитанном спорили.
Айтматов не критиковал коммунистическую партию. Но его книги объективно способствовали тому, что у людей раскрывались глаза. Люди читали книги Айтматова и оглядывались вокруг себя. Оставалось лишь сделать выводы, и эти выводы были не в пользу власти.
Пожалуй, Чингиза Айтматова с полным на то правом можно назвать одним из основоположников экологического мышления в самом широком смысле слова. Глобальный масштаб мышления требовал соответствующего инструмента, и Айтматов становится инициатором создания международного интеллектуального движения «Иссык-Кульский форум», обсуждающего вопросы  воспитания нового планетарного  мышления, которое могло бы помочь человечеству справиться с глобальными вызовами: военным, экологическим, экономическим, с проблемой продовольствия и другими, не менее важными проблемами.
Наступил момент, когда писателю показалось, что у него появилась возможность реализовать на практике некоторые из своих воззрений - Горбачев начал перестройку, и Айтматов стал его советником. Но через некоторое время писатель почувствовал, что ему нужно сконцентрироваться на писательской работе, и подумал «о дипломатическом посте в небольшой стране». Горбачев пошел навстречу, в результате чего вся последующая жизнь Чингиза Айтматова оказалась связанной с Европой, сначала в качестве посла СССР в Бельгии, а затем – посла Киргизстана в странах Бенилюкса. В жизни Айтматова наступил новый этап.
Впоследствии писателя часто упрекали за то, что с этого момента дипломат «перевесил» в нем писателя. Действительно, в период с начала девяностых годов и до конца своей жизни Айтматов издал лишь две книги - «Тавро Кассандры» и «Когда падают горы».
С одной стороны, читатель нашел в них то, что искал. С другой - к этому времени литература, за небольшим исключением, стала видом искусства облегченным, помогающим читателю не в поиске вечных истин, а в релаксации. Потребители этого вида печатной продукции сочли, что Айтматов застрял в прошлом, что он убоялся наступивших перемен.
Это, как мне кажется, не соответствует действительности. Чингиз Айтматов с начала девяностых жил в Европе. Как писатель он прекрасно представлял себе предысторию нынешнего европейского благополучия. Будучи дипломатом, Айтматов понимал механизмы, которые были задействованы для достижения этого состояния. Он считал, что Европейский союз «является высшим политическим достижением человечества».
Айтматов не отстал от жизни и не испугался перемен. Он являлся носителем идей «шестидесятников», близких по духу европейскому социализму, не отказавшемуся от примата частной собственности, но воплощающему в жизнь модель социально ориентированного государства. То, что сформировалось на территориях постсоветского пространства, Чингиз Айтматов воспринял как злую карикатуру на европейскую модель общества.
И, наконец, о книге «Тавро Кассандры». Сюжет построен на некоем гипотетическом открытии, согласно которому человеческие эмбрионы на ранних стадиях своего развития имеют возможность оценить степень исходящих от внешнего мира угроз. Если эти угрозы велики, эмбрионы сигнализируют о своем нежелании появляться на свет - на лбу будущей матери становится заметно маленькое коричневое пятнышко. Это – единственная фантастическая предпосылка в книге. Все остальное – жуткая реальность. Что может быть страшнее того, что ребенок не хочет рождаться? В этом и заключается конфликт, вокруг которого построено все повествование. Человечество не принимает обвинения на свой счет. Единицы, которые поняли суть происходящего и пытаются донести свое понимание до людей, гибнут.
Конечно, куда интереснее (да и спокойнее тоже), читая книгу, следить за перипетиями криминального расследования. Когда каждый случай является или частным, или нетипичным. А размышления о том, почему киты выбрасываются на берег и погибают, или о том, как деревья, не имевшие своего представителя в человеческом сообществе, вдруг обретают его лишь для того, чтобы вновь утратить, могут плохо отразиться на способности хорошо засыпать по вечерам.
Впрочем, что это я. Все жанры нужны - если они востребованы, все хороши - если в меру. Не будем ни на что смотреть свысока. Ведь те легенды и мифы, которые использовал в своих произведениях Чингиз Айтматов, тоже, казалось бы, являлись продуктами более примитивных эпох, нежели наша... Примитивных ли? Ведь и в те времена перед людьми стояли задачи прокормить себя, обеспечить свою безопасность, воспитать своих детей для того, чтобы они стали надежной опорой в старости. Давайте примерим эти допотопные понятия на задачи третьего тысячелетия, которые поставила перед собой ООН, и мы обнаружим, что все осталось по-прежнему. Мы сейчас лишь записываем наши, кажущиеся нам такими современными проблемы на привычном нам языке, но от этого они не перестают оставаться вечными, берущими истоки в тех временах, когда звери говорили, а люди понимали их.
Айтматов не придумал ничего нового. Он просто напомнил нам о том, как важно думать о будущем. Мы должны позаботиться о том, чтобы в реках всегда была чистая вода, чтобы киты не выбрасывались на берег, чтобы дети появлялись на свет, а у деревьев были среди нас свои представители.
Айтматов верил в то, что все это можно сделать. И помнил об этом всю жизнь.