Еще один незаменимый

В мире
№27 (637)

Центральный избирком Зимбабве официально объявил о том, что во втором туре президентских выборов победил Роберт Габриэль Мугабе, набрав больше восьмидесяти пяти процентов голосов. Мугабе не с кем было соревноваться, его соперник после первого тура снял свою кандидатуру, сославшись на то, что с его сторонниками происходят нехорошие вещи. И еще один штрих к портрету победителя – ему восемьдесят четыре года, из которых двадцать восемь последних лет он бессменно руководит страной.
Прошедшие в Зимбабве выборы возмутили даже наблюдателей Сообщества развития юга Африки, заявивших, что «выборы не отражали волю народа», и представителей Панафриканского парламента, призвавших провести новые выборы, потому что голосование не было свободным и справедливым. Премьер-министр Кении назвал Мугабе «позором всей Африки» и предложил освободить народ Зимбабве вооруженным путем. Что касается остального мира, то США и Европейский союз не признали эти выборы. Английские и американские чиновники уже приступили к разработке проекта резолюции для передачи ее в ООН, в которой будет предложено ввести против режима Мугабе санкции, среди которых и эмбарго на поставку в Зимбабве оружия. В общем, все идет так, как это обычно делается, когда какой-нибудь правитель в очередной раз удивляет мир своим неистребимым желанием поработать на благо родины еще один срок и ради этого пускается во все тяжкие.
Самого Роберта Мугабе это мало волнует. Стойкий партизан, борец с белым засильем на черном континенте, а затем ловкий интриган, обошедший на поворотах своих бывших соратников и сосредоточивший в своих мозолистых руках все властные полномочия, какие только можно себе представить, Мугабе не стал даже делать из своей шестой по счету инаугурации театрального действа, а сразу же приступил к работе – улетел в командировку в далекий Египет, где в городе Шарм-аш-Шейхе открывался саммит Афросоюза.
Откуда у этого католика, у школьного учителя, то есть, казалось бы, человека, достаточно терпимого к окружающему его миру, который, согласно этим двум его характеристикам, надо не завоевывать, а воспитывать, воспитывать в любви к ближнему, в любви к знаниям, откуда у Роберта Мугабе такая стойкость в его пристрастии к самому высшему руководящему посту, какой только возможен в его стране?
Оттуда же, откуда черпали и черпают уверенность в своей исключительности люди, вышедшие из шинели, но не Гоголя, а, наверное, Дзержинского. Все руководители всех «национально-освободительных» движений того времени находились под сильным влиянием Советского Союза. Оно было настолько простым, что против него устоять было чрезвычайно трудно. Освободителям нужно оружие. Его могут получить лишь те, кто хотя бы на словах готов объявить себя марксистом или, на худой конец, просто прогрессивно (в марксистском опять же смысле этого слова) мыслящим деятелем. Бывший посол СССР в Замбии Василий Солодовников, например, в одном из интервью рассказывал о том, что у Союза африканского народа Зимбабве (ЗАПУ) были тренировочные лагеря на территории Замбии. «Мы не только поставляли им оружие. При ЗАПУ действовали два советских военных советника», - вспоминал Солодовников. На это могут возразить, Мугабе лишь два года возглавлял эту организацию, а затем вышел из нее и основал «Африканский национальный союз Зимбабве» (ЗАНУ). Но это происшествие никакого отношения к национально-освободительной борьбе не имело, а лишь отражало царившее в рядах борцов этническое противоборство, что, вероятно, и позволило в свое время Василию Аксенову придумать свою замечательную фразу о «марксистских племенах».
После всего сказанного совершенно не кажутся удивительными те приемы, которые Мугабе использовал для борьбы со своими соперниками, и не кажется невероятным, насколько эти приемы похожи на те, что некоторое время назад применялись на евроазиатских постсоветских пространствах.
Кто не помнит «войну компроматов», когда известнейшие и влиятельнейшие лица в России боялись стать фигурантами фото- и видеосъемок, изображавших в непотребном виде «людей, похожих на...»? Именно так поступил в прошлом году действующий президент Замбии Роберт Мугабе со своим политическим противником. И не просто с каким-то политиканом, а с католическим архиепископом. Мугабе распорядился опубликовать компрометирующие непослушного священнослужителя фотографии, что поставило крест на его церковной и политической карьерах. Просто удивительно, как за несколько тысяч километров друг от друга, с промежутком в несколько лет, но все же проявляются родовые признаки, присущие той популяции политических деятелей, которые отдали часть своей жизни чему-то общему, например, марксизму, и впитали, очевидно, нечто, предрасполагающее к столь своеобразному стилю политической борьбы.
Но мы отвлеклись от победы господин Мугабе. Последнее, что мы успели обсудить в этом плане, - это его отлет сразу же после инаугурации в Египет, на саммит Африканского союза. Там его ждало всеобщее осуждение. Но вот что интересно, несмотря на осуждение, открытой критики Мугабе не ожидается. Видимо, было решено не выносить сор из избы, не давать неафриканцам повода в очередной раз упрекнуть черный континент в пародировании самой идеи представительной демократии. Единственное, на что решились собравшиеся на саммит руководители стран, - это попытаться склонить Мугабе к созданию правительства национального единства совместно с представителями оппозиции.
Считается, что это очень мудрое предложение, которое уже было опробовано во время одного из политических кризисов в Кении, когда в похожей ситуации погибли полторы тысячи человек.
Трудно сказать, как отнесется сам Роберт Мугабе к коллективному разуму африканских руководителей. Чужая душа – потемки, особенно если эта душа вложена в тело шестикратного президента. Опыт показывает, что со временем у таких людей тяга к власти не угасает, а наоборот, принимает прямо-таки фантастические формы. Какой-то внутренний голос нашептывает этим людям, что они незаменимы, что уйти для них - означает бросить все на волю случая. И этот голос прав, если считать это «все» собственной судьбой. А, как известно, каждый творит свою судьбу своими руками.