Генсек, депутат, замминистра

В мире
№33 (904)
Говорить о том, что Фаина Киршенбаум, ставшая депутатом кнессета сначала 18-го, а затем текущего 19-го созыва, занявшая пост заместителя министра внутренних дел, стремительно вошла в большую политику, не приходится уже хотя бы потому, что в большой политике она достаточно давно и успешно: была генеральным директором партии “Наш дом Израиль” (НДИ), затем ее генеральным секретарем... 
 

Кстати, Фаина Киршенбаум стала первой женщиной в Израиле, занявшей пост генерального секретаря партии. Ее хорошо знают и на международной политической арене, поскольку она возглавляет межпарламентские ассоциации дружбы с Казахстаном и Беларусью, только что посетила с рабочим визитом Москву, где встречалась с российскими коллегами.
Стоит отметить, что МВД в Израиле - одно из ключевых министерств. Именно ему подчинены местные советы, а также Управление регистрации населения, в обязанности которого входит выдача виз, удостоверений личности, вопросы гражданства. 


“Русским” израильтянам и русскоязычным евреям, живущим за рубежом, а также россиянам и украинцам, посещающим Святую землю, в связи с этим всегда было важно, кто из “русских” политиков есть в МВД. В ближайшие несколько лет именно Фаине Киршенбаум придется отвечать на вопрос о том, что хорошего сделало МВД, которое вполне заслуженно считается одним из самых недружелюбных по отношению как к местным “русским”, так и к гостям из-за рубежа. И это при том что Киршенбаум четко расставляет акценты: 


“НДИ - не партия репатриантов, мы - общенациональная партия. Моя жизнь - это многообразие тех идеалов, за которые борется НДИ: репатриация, безопасность страны, поселенческое движение... Я сама живу в поселении, все мои трое детей служили в армии, я родилась в СССР, но своей родиной считаю Израиль”. 


- Соглашаясь на пост замминистра внутренних дел, вы, безусловно, определили для себя круг задач, которые намерены обязательно решить?

- Признаюсь, что соглашалась с некоторым опасением. Причина? У замминистра возможностей оперативно решить тот или иной вопрос гораздо меньше, чем у главы ведомства. 


Получив в начале политической карьеры солидный опыт работы в органах муниципальной власти, я сразу же внесла вопросы взаимодействия с органами местной власти в список своих обязанностей, поскольку эта проблематика, равно как и планирование строительства, мне хорошо знакома. 


Не было никаких сомнений в том, что под контроль нужно взять и деятельность Управления регистрации населения, работу которого я знаю по огромному количеству жалоб, поданных на действия его сотрудников. 


И первые полгода работы в министерстве подтвердили: жалоб на это Управление многие тысячи. 


На первой рабочей встрече с министром Гидеоном Сааром мы определили круг тем, которые я буду курировать. Некоторые из них оказались неожиданными для меня, но важными. Например, работа Управления по чрезвычайным ситуациям. 
Казалось бы, кому это нужно, слава Богу, все спокойно... Но наша страна всегда должна быть в полной готовности, и государство обязано в случае необходимости защитить своих граждан. 


Кроме того, я занимаюсь вопросами, связанными с приездом в Израиль на временную работу иностранных граждан, занимающихся уходом за больными и престарелыми. Делить всех иностранных рабочих по специальностям - строительство, уход, сельское хозяйство и пр. - мне показалось нецелесообразным, но министр решил начать пока с такого подхода. 


Одним из самых неожиданных, однако, крайне важных направлений стала биометрия - я говорю о введении в Израиле биометрических удостоверений личности, как внутренних, так и для выезда за рубеж. 


В кнессете в свое время я была против этой идеи. Позиция моя объяснялась просто: террористические атаки против нашей страны идут в киберпространстве тоже, и порой кибертеррористы наносят нам весьма ощутимый урон. 


А теперь представьте, что база данных обо всех израильских гражданах попадает в руки врагов. Два года обсуждался проект этого закона и в итоге он был принят. Причем в самой лучшей, самой правильной редакции. 


Главное - зашифрованная электронная база данных будет составляться и храниться автономно, вне Интернета. Любая информация, которая ее пополняет, уничтожается и нигде не остается. 


Мы не можем игнорировать состояние мирового рынка миграции, решения ряда государств и международных организаций, выступающих за переход на биометрию. 


Соответствующие ведомства ряда государств третьего мира уже давно выдают биометрические паспорта, а Израиль плетется чуть ли не позади планеты всей... 


Биометрия сведет на нет одно из распространенных в Израиле преступлений - кражу личности. Пока что в нашей стране несложно получить новый документ взамен утерянного - как загранпаспорт, так и внутреннее удостоверение личности, причем не только на свое имя. Потом все зависит лишь от фантазии преступника: можно пойти в банк и взять ссуду, можно продать чужую квартиру или машину, вступить в брак... 


Пока что с биометрией пойдем по минимуму, определенному OECD: фото и отпечатки двух пальцев. Анализ ДНК решено включить в биометрические документы, выдаваемые иностранным рабочим. 


- Каковы были цели вашей поездки в Москву?

- Во-первых, встречи с российскими коллегами: с возглавляющим Федеральную миграционную службу Константином Ромодановским и руководителем Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков Виктором Ивановым. 
У Израиля и у России много одинаковых проблем, нелегальная миграция в их числе. Что же касается борьбы с наркотиками, то в прошлом году представительная делегация россиян знакомилась с нашим опытом борьбы с этим явлением. 


Особенно их заинтересовал опыт работы реабилитационных центров, поскольку в России работа таких центров никак не стандартизируется и никем не регулируется. 


В Израиле же все реабилитационные центры для наркоманов работают по единой системе, их работу контролирует и регулирует минздрав. Сотрудничество будет продолжено - ждем в октябре россиян с ответным визитом. 


Я уже несколько лет курирую работу ведомства, которое ответственно за реабилитацию наркоманов. Так вот, раньше человек, который решил порвать с наркотиками и заявивший о своем желании попасть в такой центр, должен был ждать очереди 2-3 недели, а за это время много чего могло произойти. Сейчас мест в таких центрах больше и никаких очередей нет. 


Создали мы и постреабилитационные центры, роль которых огромна. 


Что происходило раньше после выписки? 


Человек возвращался домой, в свой район, в тот же круг общения, встречался с товарищами по несчастью, его моментально находили продавцы наркотиков...


А теперь у него есть возможность сменить обстановку полностью, уехав в другой населенный пункт, где есть такой центр, социально адаптироваться, получить рабочую специальность. 


В Москве я, помимо всего прочего, приняла участие в работе конференции гильдии адвокатов, в ходе которой был подписан договор о сотрудничестве российских адвокатов с их израильскими коллегами. Поскольку в составе делегации были и судьи арбитражных судов, разговор зашел о защите интересов иностранных инвесторов, работающих в России. 


- Израиль чуть ли не единственная страна в мире, в которой есть несколько типов загранпаспортов, включая два вида документа для граждан страны - “даркон” и “лессе-пассе”. Получается своего рода дискриминация: два человека являются гражданами Государства Израиль, но у одного полноценный даркон, а у другого - эрзац, не дающий права безвизового въезда в те страны, в которые израильтяне могут ездить без виз...

- Этот вопрос я уже задала соответствующему управлению министерства. 


Действительно странно, что ребенок, который родился в Израиле и, скажем, в возрасте двух лет был увезен родителями из страны, больше никогда в нее не приезжая, имеет даркон, а даркон репатрианта, который через несколько лет покидает страну и живет, например, в Москве, в определенный момент заменяют лессе-пассе, мотивируя это тем, что Израиль не является местом его постоянного жительства. 


В условиях глобализации мира человек может жить там, где он хочет. Сейчас жду ответа от управления. 


- Почему теперь на израильской границе не ставят штамп в паспорт, а выдают что-то вроде бумажного пропуска?

- Это разве неудобство? Экономится место в паспорте. Специальная система сканирует первую страницу паспорта, и если все в порядке - добро пожаловать в Израиль!


- Министр внутренних дел - член другой партии. Это усложняет работу?

- Как раз наоборот - облегчает. Будь мы членами одной партии, то наверняка конкурировали бы друг с другом. 
Повторюсь, своеобразная проблема заключается лишь в низкой оперативности заместителя. Ты можешь подготовить решение того или иного вопроса, а министр не утвердит проект. 


- Сегодня количество репатриантов, прибывающих в страну, несопоставимо с показателями 10-15-летней давности. Едут мало. Это начало конца?

- Естественный прирост населения Израиля без учета репатриации - один из самых высоких в мире, рождаемость высокая. 
Государство у нас молодое и в прямом, и в переносном смысле, поскольку основную часть населения составляет молодежь, а детей больше, чем взрослого населения. 


Но все это не отменяет важности репатриации для будущего и настоящего Израиля. И она, я уверена в этом, никогда не закончится.

Алексей Осипов
 “Новости недели”