BОRО-графия Нью-Йорка: Чайнатаун

История далекая и близкая
№31 (641)

Своему рождению один из самых знаменитых районов Манхэттена обязан массовой китайской иммиграции 1750– 1760-х годов. Тогда около 80 тысяч уроженцев Поднебесной перебрались в Соединённые Штаты в поисках лучшей жизни. Несмотря на то, что на восточном побережье дискриминация жителей азиатского происхождения была привычным для тех лет явлением, тысячи китайцев не побоялись остановиться именно в Нью-Йорке.
Считается, что основателями Чайнатауна стали 130 моряков с торгового судна «Бэйцзин», занимавшегося транспортировкой риса и сахарного тростника. В 1754 году они выкупили два десятка расположенных в районе двухэтажных домов и объявили о создании  этнической комьюнити для иммигрантов из Китая. Жители Нью-Йорка, особенно белые ирландцы и голландцы, настороженно восприняли эту новость. Большинство населения относилось к азиатам с таким же презрением, как и к чернокожим рабам. Существовали стереотипы, что из-за недостатка ума китайцы не могут в совершенстве освоить английский язык и что у каждого азиата опасные заболевания. В 1759 году глава Нью-Йорка Джон Крюгер-младший публично заявил: «Я считаю разумным ограничить иммигрантов из Китая в правах. Они не должны работать там, где трудятся белые люди. В нашем городе для них найдется только тяжёлый физический труд, не требующий профессиональных навыков и контакта с коренными ньюйоркцами». 
Население Чайнатауна увеличивалось весьма медленными темпами. В 1760-х годах, после периода «золотой лихорадки», сюда переехало около сотни китайцев из Калифорнии. Поскольку большинство авантюристов-золотоискателей имело криминальное прошлое, в глазах белых американцев район моментально превращался в  рассадник преступности. Стычки на расовой почве происходили здесь регулярно и практически всегда заканчивались победой китайцев, которые всегда имели при себе бамбуковые дубинки для самообороны.
В 1835 году группа ирландской молодёжи спровоцировала массовую драку в Чайнатауне, что привело к гибели 17 местных жителей. Суд приговорил восьмерых китайцев, ввязавшихся в драку, к разным срокам тюремного заключения, но реальные убийцы так и не были наказаны.  
Наиболее распространённый бизнес Чайнатауна первой половины XIX века - прачечные, табачные лавки и магазины по продаже экзотических животных. Одним из самых богатых и авторитетных  людей района считался Сен Вонг – владелец небольшой лавки по изготовлению изящных деревянных пробок для бутылок. Его клиентами в основном были обеспеченные представители нью-йоркской богемы. Стоимость одной пробки, украшенной золотом и драгоценными камнями, равнялась годовому заработку среднестатистического жителя Нью-Йорка тех лет.
Вонг был не только прекрасным бизнесменом, но и активным сторонником расширения китайской комьюнити. Часть заработанных средств он тратил на обучение вновь прибывших иммигрантов востребованным специальностям. Благодаря Вонгу численность комьюнити достигла 600 человек к 1847 году.
В 1854 году китаец Хенг Мако открывает в Чайнатауне подпольный опиумный салон, расположенный в огромном подвале жилого трехэтажного дома. Обстановка «опиумного бейсмента» больше напоминала номер «люкс» в сверхдорогой гостинице. Посетитель ложился на усыпанную лепестками роз кровать, затягивался несколько раз из золотой трубки со свежим опием, после чего проваливался на несколько часов в наркотический сон. Посетителями салона были люди с хорошим заработком, открывшие для себя новый способ «снятия усталости».
За несколько лет Мако заработал сумму, эквивалентную сегодня $40 млн. На вырученные деньги он организовал наркотрафик опия из средней Азии в нью-йоркские порты. К 1860 году в Чайнатауне насчитывалось свыше пятидесяти опиумных салонов, а к 1890 году – более двухсот (!). Погрязшие в коррупции, стражи порядка закрывали глаза на подпольные заведения. Более того, Мако сумел договориться с полицейскими о том, чтобы они «избавлялись от тел людей, умерших от передозировки опия». В те времена было распространено выражение «растворился в китайском квартале», означавшее, что человек бесследно исчез.
В 1900 году власти принимают так называемый Закон об исключении (Exclusion Act), согласно которому выходцы из Китая мужского пола не могут привозить с собой жён, подружек и детей. Все китаянки, не являющиеся гражданками США, должны были незамедлительно высылаться на родину. Варварский закон привёл к тому, что из семитысячного населения Чайнатауна в 1902 году количество женщин сократилось до двухсот человек, что породило бурный рост борделей и проституток в районе.
«В 1910-х годах преступность в Чайнатауне выросла до такой степени, что городские власти приняли решение сократить количество патрульных на улицах района, - пишет историк Джозеф Грэй. – Любого стража порядка могли запросто убить даже средь бела дня. В итоге Чайнатаун превратился в место, где не соблюдаются никакие законы. Даже если здесь происходило убийство, то трупы сжигались в огромных печах для производства глиняных изделий».  
Нью-йоркские газеты призывали представительниц слабого пола воздержаться от посещения Чайнатауна, поскольку участились случаи похищения женщин и насильственного удержания их в качестве сексуальных рабынь. В 1916 году в полицию обратилась 23-летняя Кларисса Ойден, которую на протяжении пяти лет заставляли заниматься проституцией в одном из домов Чайнатауна. Ойден удалось чудом сбежать, убив одного из сутенёров.
В 1926 году мэр Нью-Йорка Джеймс Уокер приказывает провести в домах Чайнатауна обыски, чтобы вычислить все бордели и опиумные салоны. Хорошо подготовленные рейды помогли сократить количество злачных мест более чем в три раза. Однако самые влиятельные преступники смогли откупиться и продолжить подпольный бизнес.
Стоит сказать, что взаимоотношения внутри китайской комьюнити в первой половине XX века строились на изнурительном рабском труде. Ступивший на американскую землю китаец, желающий жить в Чайнатауне, должен был отработать 1000 часов бесплатно. Комьюнити снабжала его скромным питанием и кроватью в забитом до отказа иммигрантами бейсменте.
Несмотря на невыносимые условия «адаптации» в Америке, именно за счёт рабской силы поднялись многие китайские бизнесы. Особенно хорошо данная система проявила себя в период Великой депрессии. В то время как сотни тысяч ньюйоркцев сидели без работы, китайские иммигранты трудились по 16 – 18 часов в день. 
Ещё одной особенностью Чайнатауна стала система совместной покупки квартир иммигрантами из Поднебесной. Действует она, например, так: сто человек скидываются по $1000 и покупают апартаменты. Методом лотереи определяется, кто в ней будет жить. Через какое-то время люди снова скидываются на квартиру и определяют ещё одного счастливчика. Так происходит до тех пор, пока каждый человек не обзаведётся своей жилплощадью. Примечательно, что по официальным документам каждый из китайцев владеет не одной, а целой сотней квартир. Таким образом китайцы скупили почти всю недвижимость в Чайнатауне.
На сегодняшний день, Чайнатаун является одним из самых густонаселённых районов всего Нью-Йорка. По неофициальной статистике здесь проживает более 200 тысяч жителей, треть их которых – нелегальные иммигранты. В китайском квартале трудно снять квартиру (слишком большой спрос), но зато очень легко найти место в комнате. К примеру, в одной маленькой студии лендлорды умудряются селить до 40 – 50 человек. Трёхъярусные кровати – типичное явление для здешних маленьких квартир.
Бытует мнение, что полиция очень редко заезжает в Чайнатаун. Это действительно так. Местные торговцы без всякого страха выкладывают на тротуары поддельную парфюмерию, одежду, часы и пиратские DVD-диски. Вероятность того, что продавец будет задержан полицией, ничтожно мала, однако стоит ему развернуть товар в близлежащем Боувэри, как стражи порядка нагрянут через считанные минуты.
Это объясняется тем, что Чайнатаун удерживает лидерство по продаже фальшивых вещей, которые пользуются огромной популярностью у жителей Большого Яблока. Следовательно, львиная доля налогов с продаж фальшивок отчисляется в городскую казну.
Помимо подделок на любой вкус и цвет, район славится овощными и фруктовыми магазинами и рыбными лавками. Именно от последних исходит малоприятный запах подпорченных морепродуктов.
Особо стоит остановиться на ресторанах Чайнатауна. У большинства жителей Нью-Йорка мнение о национальной кухне выходцев из Поднебесной сложилось по дешёвым бруклинским закусочным, где полноценный ланч можно купить за $4 - $5. Это большое заблуждение. Настоящую китайскую еду можно попробовать только в элитных ресторанах Чайнатауна (обед на двоих может обойтись в $150 - $200). Гарантирую, что изысканностью и вкусовыми качествами здешних блюд вы будете приятно удивлены.
Эксперты прогнозируют, что Чайнатаун будет постепенно расширяться, и к 2030 году количество проживающих здесь китайцев может увеличиться в два раза. Однако в последние годы в район начинают прибывать иммигранты из Филиппин и Марокко, которые немного «разбавили» сплочённую китайскую комьюнити.
Напоследок перефразирую известное высказывание о том, что Нью-Йорк – это не Америка, и скажу, что Чайнатаун – это не Нью-Йорк. Район поражает количеством туристов, малых бизнесов и вывесок с непонятными иероглифами. Не откажите себе в удовольствии прогуляться по его улочкам, и вы поймёте, как выглядит типичный китайский мегаполис в масштабах двух квадратных миль.


Комментарии (Всего: 1)

Все бы ничего , но в статье смешано 2 Чайно-тауна , Нью-Йоркский и тот , что в Сан-Франциско ( Калифорния) . Именно расслаблялись золотоискатели. А массовая иммиграция китайцев в США началась в 1820 гг, а не в конце 18 века.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *