КАК ИЗВЛЕЧЬ сыр из мышеловки

Эксклюзив "РБ"
№33 (643)

Герой стартовавшего в 632 номере «РБ» детектива «Как извлечь сыр из мышеловки» стал невольным свидетелем погони за автомобилем «Мустанг», который, удирая от полиции, врезался в трак. Все пассажиры преследуемой машины погибли. Но перед роковым столкновением из окна была выброшена сумка, которую подобрал наш герой.

Эту завязку будущего детектива мы предложили продолжить нашим читателям.

Краткое содержание предыдущих Версий:
Версия «А» (автор «Мистер Х»)

Герой, подобравший сумку, обнаруживает в ней мобильный телефон, детскую электронную игру, образцы обивочной ткани, мешок с бижутерией и деньги в сумме около полумиллиона долларов. Понимая, что за сумкой начнется охота, герой втайне от жены, которую он не хочет посвящать во все произошедшее, снимает квартиру и переносит туда содержимое сумки. Спецслужбы Америки, России и Израиля, начавшие охоту как за самой сумкой, так и за нашим героем, потеряли его след.
Охота идет за некой вещицей, которую российские спецслужбы обозначили как S-5.
Герой выясняет, что «игрушка» - совсем не игрушка. А кое-что из «бижутерии» - совсем не бижутерия.  Предполагая, что два эти предмета взаимосвязаны, наш герой начинает носить их постоянно при себе.
В первый же день, когда обе «вещицы» находятся при нем,  герой становится свидетелем нескольких странных, ничем не объяснимых явлений.
Поначалу наш герой не придает всем этим «совпадениям» никакого значения.
Позднее, проанализировав все эти странные события, герой приходит к выводу, что приобрел некую способность влиять на окружающих и в какой-то мере подчинять их своему влиянию.
Герой продолжает экспериментировать с «вдруг приобретенными способностями» и каждый раз убеждаться в том, что имеет неоспоримое влияние на самых разных людей.
Причем не только словесно, но и мысленно... Он может влиять на людей одной силой мысли, транслировать им свои эмоции, причем на достаточном расстоянии.
И герой начинает пользоваться невесть откуда свалившимся на него «даром». Обезоруживает и до смерти пугает напавшего на него грабителя. Информация об этом попадает в газеты, в раздел «криминальная хроника». Видимо, эта «слава» еще выйдет герою боком.
Впрочем, все еще впереди...
Параллельно читатель продолжает знакомиться с загадочной историей полковника А.В.Грутова...

ВЕРСИЯ «С»

Свою версию Михаил Шалев начинает с прилета в Нью-Йорк двух познакомившихся в самолете женщин – двадцатилетней Оли и тридцатисемилетней Наташи. У девушек появились бойфренды. У Наташи – преуспевающий брокер испанец Саймон Дельгадо. У Ольги – молодой журналист Артем. В ресторан, в котором обедали  обе пары, нагрянули с проверкой агенты DEA (Департамент по борьбе с наркотиками). Саймон прячет в принадлежащую Наташе красную сумку с надписью «Marlboro» остатки кокаина и мешочек с бриллиантами. До того как агенты DEA успевают его проверить, Саймон скрывает сумку со всем содержимым в навесном потолке. Полиция арестовывает всех посетителей ресторана, в том числе и Саймона.
При попытке к побегу полицейские открывают огонь по Саймону и убивают его.  Свидетелем убийства Саймона оказывается журналист Артем – бойфренд Ольги. Он успевает сделать несколько фотографий изрешеченного пулями, окровавленного тела Саймона Дельгадо.
Артем принимает решение встретиться с друзьями Дельгадо. Во время этой встречи Артем получает от них интересное и весьма заманчивое предложение.
Наташа идет на огромный риск, и в результате ей удается незаметно вернуть себе сумку со всем содержимым. В этой сумке, помимо всего остального, Наташа обнаруживает мешочек с бриллиантами, который спрятал Дельгадо, до того как погиб...
В квартире, в которой живет Наташа, раньше проживал наркоторговец, хранивший  в тайнике часть своего «товара». В поисках этого тайника в дом проникает один из двух пуэрториканцев, давно следивших за этой квартирой... 
Проникновение оканчивается печально... 
Оба пуэрториканца, удирая от полиции, погибают в автомобильной катастрофе, врезавшись на своем красном «Мустанге» в огромный трак. Перед столкновением они выбрасывают сумку с наркотиком, который забрали из тайника, находящегося в квартире Наташи.
Таким образом, «завязка» детектива, в которой говорится о произошедшей аварии и выброшенной сумке, как бы «закольцована».
Артем и Наташа встречаются с известным адвокатом Горадо, который сообщает им потрясающую новость – Дельгадо незадолго до своей гибели назначил Наташу наследницей всего своего имущества... Правда, с одним условием... Наташа должна целый год ухаживать за могилой Саймона. Но, видимо, наследство того стоит, т.к. на время, необходимое для официального вступления во владение наследством, Наташа будет получать 20 тысяч баксов ежемесячно.
У ее друзей – Артема и Ольги намечается свадьба. Артем занят реализацией предложения друзей Дельгадо - создать и возглавить новую газету.

ВЕРСИЯ «Д»
(автор - Фаина Бенджаминова.)

В этой версии злополучную красную сумку подбирает мужчина по имени Лева. В сумке, по этой версии, оказались бумажник с кучей кредитных карточек и правами на имя какого-то Чена, блокнот, штук десять одинаковых дешевых женских пудрениц,  ключ, скорее всего, от банковской ячейки или почтового ящика.
Света – жена Левы, энергичная и деловая женщина, – обнаруживает, что в пудреницах находится сногсшибательный косметический препарат с моментальным омолаживающим эффектом и запахом, приводящим мужчину в состояние крайнего сексуального возбуждения.
Понимая, что вся охота пойдет за этой косметикой, Света решает вывести из-под удара своего мужа. Она решает отправить его на время в Кишинев и везет мужа в аэропорт.
Позднее выясняется, что уже в Кишиневе незадачливый муж Светы Лева погиб в автомобильной катастрофе.
Света вылетает в Кишинев, хоронит мужа и возвращается в Нью-Йорк. В аэропорту ее уже ждут.
Встречающие – глава службы безопасности одной из крупных компаний  и его помощник... 
Грег - так зовут главу службы безопасности, приглашает Светлану на приватную встречу и рассказывает ей, что в его компании был похищен тот самый препарат, который Светлана называет пудрой.
Этот препарат – побочный продукт одной секретной разработки компании, в которой служит Грег. Он же сообщает Светлане, что она невольно стала своеобразным «подопытным кроликом» в весьма опасном эксперименте...
В качестве своеобразной компенсации за возврат содержимого сумки Грег предлагает Светлане от имени своей компании сумму в 5 миллионов долларов. И помощь в ... сохранении жизни.
Но это не просто компенсация, это еще и некий аванс за постоянное наблюдение за Светланой...
Это обещание оказывается не пустыми словами... Уже на следующий день на ее счет приходит обещанная сумма.
Таким образом, почти Золушка вот-вот превратится в Принцессу...

Вот, уважаемые читатели, так выглядят версии нашего детектива. Как они будут развиваться дальше, зависит только от самих авторов и от вас - в том случае, если вы захотите дополнить и продолжить их.  Напоминаем, что вы, как и прежде, можете ввести новую версию или дополнить и продолжить существующие с любого места. Ваши варианты развития сюжета вы можете присылать нам по электронной почте: [email protected]. com или в обычном почтовом конверте по адресу:
224 Kings Highway, Brooklyn, NY, 11223

Версия А

 Продолжение. Начало версии “А” см. в № 632-642

«МИСТЕР Х»
Честное слово, все произошло непроизвольно. Ну... почти непроизвольно...
Я и не мыслил оказывать на нее никакого давления. Это я потом осознал, что  не могу не оказывать давления. Что это происходит как бы автоматически. Мои желания и эмоции «транслируются» либо адресно - тому, на кого эти эмоции направлены, либо просто «уходят в эфир», действуя на всех, кто подвернулся на пути. Может, и не совсем понятно, но точнее объяснить не могу. Сам еще не полностью разобрался с механизмом воздействия своих способностей на окружающих.
Когда я отбивался от того ублюдка, который напал на меня, я осмысленно хотел его напугать. И я его напугал.
Когда на пляже мне показалось, что вода холодная и меня охватил озноб, я НИКОМУ НИЧЕГО ОСМЫСЛЕННО не приказывал. Просто мои ощущения передались довольно большому количеству людей. Следовательно, впредь надо быть осторожнее и осмотрительней. Контролировать себя. Не поддаваться эмоциям.
Легко сказать: «контролировать и не поддаваться». Это на словах, умозрительно – легко, а на деле...
...Я выезжал, а она, заметив освобождающееся место для парковки, пристроилась чуть сзади, чтобы сразу же занять мое место. Я успел рассмотреть сосредоточенное лицо, смоляную челку почти до самых глаз и ободряюще улыбнулся ей. Сразу заметно, что умение парковаться не входит в число ее главных достоинств. 
Я немного отъехал и стал наблюдать, как она пытается засунуть свой длиннющий  Бьюик в дырку, в которую утром я с трудом втиснул свою Хонду. Естественно, у нее ничего не получилось... Потыкалась бампером туда-сюда, заглушила движок, вышла из машины и стала осматривать передок - сильно ли поцарапалась.
«А ножки у нее ничего - подумал я. -
Да и все остальное на месте. Я бы от такой не отказался... ».
Естественно, что подобные мысли вызвали и соответствующую реакцию... Я никогда не увлекался ни порнухой, ни соответствующей литературой. Поэтому ничего подробно описывать не стану.  А если не подробно, а самое основное, то она просто поехала за мной. Прямо к той квартире на Кингс хайвей, которую я снял. По дороге запарковалась на первом же свободном миттере и пересела ко мне.
Это был потрясающий вечер!
Но она – замужем и должна была обязательно вернуться домой. Это у меня жена уехала, и я на пару недель стал холостяком, а у нее муж приходит с работы в восьмом часу вечера...
Прощаясь, она сказала, что никогда не забудет ни меня, ни этого вечера, и оставила свой телефон.
Вот тут во мне запоздало проснулась совесть. Или нечто напоминающее совесть.
- Ты забудешь меня! Забудешь, как зовут, как я выгляжу, забудешь обо всем, что произошло... Останется только ощущение чего-то очень хорошего, поняла?
Я довез ее до того места, где она припарковала свою машину, и вернулся обратно.

Из отчета Владимира Шаевича.

(Шаевич Владимир Рувимович, резидент СВР в США. Полковник ВДВ В качестве «агента влияния» выполнял отдельные поручения и добился высоких результатов...)

«...По интересующей вас теме посылаю вырезку из нью-йоркской русскоязычной газеты «С миру по нитке». Прочтите заметку «На полицию надейся, но и сам не плошай!».
Я побеседовал с автором этого материала А.Гландовым. По его словам, вся информация исключительно из прикормленных полицейских источников.  С самим «героем» встретиться ему не удалось, т.к. полиция отказалась сообщить о нем какую-либо информацию. Мне удалось (не спрашивайте как, все равно не расколюсь) побеседовать с тем отморозком, который сейчас находится в тюрьме штата. По его словам, ему никогда в жизни не было так страшно. Причины страха не понимает. Внешности человека, которого пытался ограбить и который его напугал, не помнит. Убежден, что в момент, когда «потерпевший» ткнул ему в спину Узи, он «был под прицелом» еще нескольких человек.
Скорее всего, направленное внушение. «Потерпевший» либо сильный гипнотизер, либо... черт его знает кто...
Предпринимаю все усилия для установления его личности и по возможности личной встречи.
Все остальные события за прошедший период не вписываются в круг интересующей темы и не представляют для вас интереса...»
Тель-Авив.
Конец рабочего дня.


- Это может быть интересным... А может и очередной уткой. Что вы думаете по этому поводу, Моше?
- Видите ли, г-н Директор, информация пришла от Хуана. Ну, я вам о нем говорил - наш человек. Супер в одном из тех домов, которые нас интересуют. Так вот, этот случай, о котором написал Саша Гландов, таки да произошел недалеко от того самого места, где все и произошло...
- Моше, вы что, разучились говорить нормально? Что это значит – «произошло недалеко от того, где произошло»?! Вы не с женой на кухне, потрудитесь изъясняться четко и по существу!
- Виноват, господин Директор! Описанный в заметке инцидент произошел в радиусе двух кварталов от места исчезновения сумки с интересующим нас предметом. Следовательно....
- Следовательно, вылезьте из собственной шкуры, но мне нужно знать, кто такой этот «супермен»! От момента его зачатия и по сегодняшний день!
- Так точно, господин Директор! Разрешите вопрос?
- Валяйте, Моше, спрашивайте.
- Господин Директор, даже если мы его вычислим, что очень сомнительно... Если это тот, кто нам нужен, то значит эта штуковина находится у него и он умеет ею пользоваться. КТО и КАК будет на него выходить?!
- Слишком много «если», Моше... Сначала уточните, кто это... А уж потом... Ладно, идите, Моше, идите...
Дома меня ожидал приятный сюрприз...
Из нигде не опубликованных записок «хлебника» Грутова А.В. («Хлебник» - жарг. Человек, делящий хлеб, вместе питающийся в местах лишения свободы. Степень максимального доверия друг к другу.)

Прошло более трех суток с момента ареста, когда Грутова  вызвали вновь. С трудом поднявшись, ополоснул лицо и вышел из камеры. Идти было трудно, ломило все тело, поэтому и шел по коридору медленно, чуть сутулясь. Небритый, грязный и оборванный, он предстал перед незнакомым ему человеком.
     Я - ваш адвокат, - приветливо протянул ему руку незнакомец, - Александр Петрович Крутиков. И сразу спросил: «Вас что, били?»
- Да, и думаю, что будет продолжение!
- Нет, - возразил Александр Петрович. - У вас теперь есть я - ваш адвокат, и все виды бесед будут отныне проходить только в моем присутствии.
-  Кстати,  сколько вам лет?
-  Адвокат - это хорошо, - усмехнулся Грутов, - А лет мне - 58. Вы откуда? Кто вас пригласил ко мне?
- Меня направила к вам Лидия Ивановна, и я в полном вашем распоряжении... Да, видок у вас еще тот. На все семьдесят, - Крутиков достал из кармана «мобильник», набрал номер и, дождавшись ответа, передал трубку Грутову.
- Слушаю! Это ты, Семен? - Грутов узнал голос Лиды. Они вместе учились еще в школе и на протяжении более 40 лет поддерживали теплые, дружеские отношения.
Он знал, что Лида - адвокат. Часто и довольно успешно занималась очень сложными, тяжелостатейными делами. Именно поэтому он и дал ее телефон следователю при первом допросе.
- Да, Лида, это - я! Вот пришлось на старости лет обратиться к тебе по твоей, так сказать, профессиональной принадлежности.
- Слушай внимательно, Семен! Все, что ты сообщишь Александру Петровичу, я буду знать. Расскажи ему все, что сочтешь нужным и возможным. Сделаем все, чтобы тебя отпустили под подписку о невыезде. У меня, как ты знаешь, своя контора, целый штат опытных юристов. Думаю, что нам удастся кое-чего добиться. Надеюсь, что как мужик с мужиком вы быстрее найдете общий язык. Не вешай носа, все будет хорошо! На днях приеду сама, поговорим более детально.
- Спасибо, Александр Петрович, - Грутов передал трубку, внимательно посмотрел на адвоката и продолжил, - насколько мне известно - с адвокатом, как с врачом, или все, или ничего...
-А вы мне симпатичны, - улыбнулся Крутиков, -  я - полковник МВД, теперь в отставке, работаю вот у Лидии Ивановны. Насколько меня просветил Пак - это ваш следователь - на вас вешают целых два трупа. Это так?
- Любезнейший Александр Петрович! Если даже те трупы, о которых идет речь, действительно существуют, то, поверьте,  в этом нет моей «заслуги», - мрачно пошутил Грутов.
- Везет мне на полковников, - добавил он, - то юстиция, то МВД. Я ведь тоже полковник, правда, военный.
 -  А какие войска? - поинтересовался Крутиков.
- ГРУ Генштаба Вооруженных сил...
У Крутикова отвисла челюсть: «Главное разведывательное управление? - справившись с волнением, переспросил он. - И награды есть?»
- Есть немного, - отвечал Грутов и начал перечислять все, что помнил.
- Однако, - пробормотал Крутиков,- немногих я знаю генералов с таким «иконостасом».
 Обязательно понадобятся  орденские книжки. А теперь - к делу! Рассказывайте, что, в сущности, произошло.
- В сущности, - повторил Грутов, - и рассказывать-то  не о чем. Мне сообщили, что имеются какие-то два трупа, которые почему-то решили приписать мне. Где, кто, за что, когда - не знаю. Предполагаю, что за всем этим стоит некое заинтересованное лицо, для которого важно временно меня изолировать. Именно изолировать, а не элементарно убрать. Кто и почему - еще не знаю. Но узнаю! Подумаю, просчитаю кое-что и вычислю. По крайней мере, надеюсь, что вычислю.
- Чем вы занимались после выхода на пенсию?
- Да ничем особенным. Состоял в ДПА. Видимо, в этом направлении нужно искать причину. Сомневаюсь, что моя загородная дачно-огородная деятельность могла бы кого-то заинтересовать.
Проговорив так минут 40, они расстались, решив, что на очередном допросе по самой постановке вопросов поймут, что конкретно интересует следователя. А уже потом возьмут тайм-аут, чтобы обсудить, обдумать и выработать общую линию защиты.
 Уже под вечер Грутову передали из дому первую в его жизни передачу: вещи, продукты, курево, туалетные принадлежности и, главное, записку! Доча - цветоча! Она первой прилетела, узнав, в каком отделении милиции он находится. Привезла все, что необходимо, написала, чтобы особенно не переживал, что все уладится, что все это, скорее, недоразумение, что дома все нормально и они ни на секунду не верят тому, в чем его обвиняют, чтобы держался и берег здоровье. Конечно, будут приезжать, привозить все необходимое.
Грутов ответил  короткой лаконичной запиской, хотя, читая записку дочери, с трудом проглотил комок в горле. Он мог бы и прослезиться, если бы давно не забыл, как это делается.

Продолжение версии “A” в следующем номере

Версия С

Продолжение. Начало версии “C” см. в № 632-642

Михаил Шалев
Наташа решила положиться на судьбу и плыть по течению. Впрочем, ничего другого ей просто не оставалось. До времени, когда необходимо передать надежному человеку в военкомате 10 тысяч долларов в обмен на военный билет для сына, оставалось чуть больше месяца.
В принципе даже без бриллиантов, спрятанных в  недрах старенького кондиционера, того, что она заработала и переслала домой, денег на выкуп уже хватало.
Она рассчитывала, что сумеет каким-то образом перевезти камни в Россию, а там продать их – не проблема. Там никто не спрашивает откуда...
А сыну еще жениться надо, квартира нужна будет, внуки появятся. Вот Наташа и планировала, что свалившиеся ей на голову бриллианты обеспечат ей если не старость - до нее еще, слава Богу, еще нескоро, то человеческое существование на ближайшие несколько лет.
Теперь же, когда события стали развиваться с невероятной быстротой, Наташа несколько растерялась, что в принципе было ей не свойственно.    С детства она привыкла рассчитывать только на саму себя. Мужа – законченного алкаша, она выгнала из дому, когда сыну едва исполнился годик. С тех пор она одна тянула на себе дом, ребенка, работу. Пару раз судьба улыбалась ей, она встречала мужчин, которые ей нравились. Один даже прожил у нее около года.   Но жениться на женщине с ребенком, живущей в крохотной двухкомнатной «хрущевке»,  с совмещенными «удобствами», никто не хотел. А оставаться любовницей, без всяких гарантий на будущее, Наташа не хотела. 
Отсюда и все последующие события: когда сыну засветила повестка в военкомат, Наташа рванула на заработки в Америку. Остальное – известно.
Нельзя сказать, что Наташа до смерти была влюблена в Дельгадо. Но он прекрасно к ней относился, даже, как сам постоянно твердил, собирался на ней жениться. Если бы не его пристрастие к наркотикам, то Наташа форсировала бы развитие отношений. Но наркота...
Наркотик, вернее попытка от него избавиться, и побег от полиции положили конец всем этим сомнительным планам. Разумеется, ей было бесконечно жаль Саймона – он был единственным, кто относился к ней бескорыстно и искренне. Но его преждевременная и трагическая гибель, следует признать, помогла Наташе.
Ну, во-первых, бриллианты, которые она обнаружила в своей сумке, а во-вторых... Перспектива стать женой наркомана, пусть даже любящего наркомана – не самая радужная перспектива в ее возрасте.
А сейчас... Сейчас, когда ей ежемесячно обещаны 20 тысяч «на Pepsy» в месяц! Это почти в полтора раза больше ее годового заработка в России.
Поэтому пусть все идет, как идет!
На следующее утро в комнату Наташи вместе с Эллен пришел доктор. Кардиограмма, давление, еще один укол, и Наташе разрешили передвигаться по дому.
Не больше двух часов подряд с обязательным часовым отдыхом.
Завтракала Наташа вместе с Горадо. Вернее, это был уже не завтрак, а скорее, ланч. Горадо вставал очень рано, работал с документами и только в двенадцатом часу дня завтракал.
За завтраком и состоялся разговор, который определил судьбу Наташи.
- Видите ли, Наташа, - сказал Горадо, - Саймон был не только нашим общим другом, но и акционером формально не существующей компании, которую я позволю себе назвать... м-м-... «Лестер и К.». Каждый из нас – друзей Лестера, людей определенного круга - вложил когда-то в общее дело определенную сумму и принимал посильное участие в ряде операций компании. Не буду посвящать вас, Наташа, в детали - это неинтересно, скажу только, что доля Дельгадо в общем капитале достаточно велика. И вы, Наташа, теперь являетесь не только владелицей этой доли, но и ее распорядителем. В бизнесе, насколько я понимаю, вы ничего не смыслите. Участвовать в деятельности компании – не в состоянии, да это вам и не нужно.  Вам нужны безбедная жизнь, гарантированное обеспечение своего будущего, будущего вашего сына и потенциальных внуков. Так ведь?
- Дорогой Ричард, вы все-все правильно поняли и сказали то, о чем я сама сказать не могла. Конечно, я не бизнесмен, но... Можно совсем честно, Ричард?
- Разумеется...
- Мне никак не понять, почему вы вообще сообщили мне об этом наследстве? Я ведь ничегошеньки не подозревала и никогда бы ни о чем не узнала. Вы и ваши друзья могли бы спокойно разделить его между собой, а я... Я, надеюсь, получила бы небольшую  по вашим понятиям сумму и была бы вполне довольна...
- Справедливый вопрос, Наташа. Справедливый... для человека, не понимающего, что в серьезном бизнесе Слово и Доверие значат не меньше, чем деньги и прибыль. Предположим, мы поступили бы так, как вы предполагаете. Каждый из нас получил бы определенную сумму. Сумму, которая не намного увеличила бы наш капитал. Но в каждом из нас поселилось бы сомнение – а не поступят ли так же и со мной? Мы перестали бы доверять друг другу. Стоит ли из-за денег, к тому же не очень больших (если поделить на всех...), идти на потенциальное разрушение системы, построенной на взаимном доверии и уважении друг к другу? Поэтому ни перед кем даже не стоял вопрос о вашем праве на состояние Дельгадо. Понимаете?
- Теперь понимаю... Извините меня, Ричард, за нескромный вопрос - о каком состоянии идет речь?
- Если официально, то, что на счетах, это немного – около полумиллиона. Если то, что доверено компании в управление, то это требует более скрупулезного подсчета, но во всех случаях не менее 10 миллионов. Плюс определенная прибыль от еще не завершенных... м-м-...мероприятий...  Впрочем, не стоит пытаться влезать во все тонкости. Мы будем продолжать управлять капиталами Саймона с не меньшей эффективностью, но уже в ваших интересах. А вы - получать ежегодно от 10 до 12, 5 процента с основного капитала. Что составит чуть больше миллиона в год. Немного, но для жизни вполне хватит.
- Для меня, Ричард, это настолько астрономическая сумма, что я даже не могу себе представить... Как мне теперь жить, может, я смогу как-то переправить сюда сына?
- Нет, Наташа! По поводу вашего сына у нас другие планы. Он должен пойти в армию...  Не пугайтесь, Наташа, ему там будет неплохо и безопасно. Служить он будет под нашим контролем.

Версия D

Продолжение. Начало версии “D” см. в № 632-642

Честно признаюсь, что я до последнего момента не верила в реальность обещаний Грега. Во-первых, потому что это не только от него зависит, а, во-вторых...
Вы представляете, что это такое – 5 миллионов долларов?!! Самая большая сумма, которой мы с Левой когда-нибудь располагали – около 15 тысяч. Мы тогда копили на ремонт и новую мебель. И когда я отправляла Леву в эту проклятую поездку в Кишинев, я отдала ему наши последние деньги.
Он, этот день, таки да был черным...
Поэтому, когда Лилька, чуть не теряя сознания от возбуждения и любопытства, сообщила о подтверждении перевода на мой счет этой фантастической суммы, я почти не отреагировала. Я была, как эта, как ее... как сомнамбула... Заторможенная, какая-то...
- Светка, спросила Лилька, плюхаясь на наш продавленный диван, что происходит, за что такие деньги?! Ты теперь самый богатый наш кастомер! Наш банк никогда не получал таких денег на частный счет. Все наши там просто сошли с ума. Давай, рассказывай, за что и как...
- Лиля, я тебя умоляю, только не сейчас. У меня сейчас просто нет сил ничего объяснять... Только, не обижайся ради Бога, не дуйся! Я все-все расскажу и объясню. Это – действительно теперь мои бабки.
Лилька демонстративно поднялась с дивана и направилась к двери.
- Как знаешь... Не хочешь говорить, - не надо. Я считала тебя своей подругой, а ты...
- Ну вот, надулась... Только не уходи. Останься сегодня у меня. Я просто не в состоянии остаться сегодня одна. Я с ума сойду! Позвони домой, скажи Олегу, что мне не по себе, и ты останешься у меня до утра. А утром, прямо от меня – на работу. Ну, пожалуйста, Лилька, я очень-очень тебя прошу... (Олег – Юлькин муж, потрясный дядька! Мастер на все руки. Это он, с каким-то своим приятелем, практически даром сделал нам ремонт. Мы оплатили только материалы. Ну, и, понятно, потом закатили такой «обмывон», что мама моя! Но, ремонт того стоил! Да и Олег тоже...)
Короче говоря, Лилька осталась у меня, и мы проболтали всю ночь. Относительно денег, я ей наплела такую чушь, что, если бы я написала повесть с этим сюжетом, то книжка разлетелась бы с такой скоростью, что все Донцовы и Устиновы просто отдыхают...
Я наплела ей, что купила лотерейный билет и выиграла по нему около 4 миллионов. Понятно, что мы не хотели их здесь засвечивать и Лева специально полетел в Кишинев, - у него там родственник, большой бизнесмен, который торгует вином, чуть ли не со всем миром. Лева, якобы, должен был прозондировать, насколько реально вложить деньги в этот бизнес.
Но, Лева там трагически погиб - тут я очень натурально и почти не притворяясь, всплакнула.
Дальше фантазия разыгралась настолько, что меня, что называется, понесло. Я рассказала, что некая компания, - я назвала фирму Грега, которая перевела на меня бабки, каким-то образом узнала о моем выигрыше и вышла на меня с не очень легальным и законным, но весьма заманчивым предложением. Какой-то из ихних боссов, якобы, имея кучу кэша, решил эти бабки отмыть и предложил мне сделку. Я отдаю ему лотерейный билет, а он переводит на меня пять лимонов.
Таким образом, он, предъявляет мой билет как свой, легализует часть своего не совсем легального нала. А тратит на меня не свои деньги, а деньги компании. За мое участие, в каком-то их эксперименте, с большим риском за мое здоровье.
Как вам такой сюжет?!
Лилька слушала, открыв рот и поверила на все сто процентов!
Потом мы обсуждали, на что конкретно можно потратить такие деньги, причем таким образом, чтобы на счету осталась большая сумма. Настолько большая, чтобы я смогла безбедно жить на проценты.
Сколько мы не считали, получалось, что на самые извращенные фантазии, (типа покупки Мазератти), больше полутора лимонов не выходило. Причем, большая часть падала на подарки друзьям. Лильке я в эту же ночь, выписала свой первый чек на сто тысяч. После чего, мне пришлось отпаивать ее валерьянкой. Уснули мы только под утро.
Весь следующий день прошел как в тумане и абсолютно с идиотским результатом. Лилька уехала от меня где-то в первом часу дня. А, уже в два часа я встретилась с Грегом и еще одним плюгавеньким мужиком (мужик – это комплимент тому недомерку, которого Грег представил как адвоката их фирмы).
Я передала все, что у меня оставалось – ключ, бумажник со всем его содержимым. Взамен получила шикарную кожаную папку-кейс с акциями компании и кучей всяких бумаг подтверждающих мое право на эти акции. По идее, я должна сеять сейф в банке и хранить там эти документы. Владение ими, давало мне доход еще около трехсот тысяч в год...
«Плюгавенький» оказался остроумным и чрезвычайно интересным собеседником. Он объездил весь мир и обещал посоветовать всякие интересные маршруты, если я, вдруг, решу попутешествовать.
Потом они, на Мерседесе «плюгавенького», - я так и не запомнила его имени, подвезли меня к дому.
Свою-то машину я почти разбила, когда пыталась отвезти Леву в Аэропорт... Кстати, я так и не выяснила, куда ее пристроила полиция. Я ведь «напросилась» на арест сразу после столкновения. А потом, - срочный вылет на Левины похороны, потом – все так стремительно закружилось... Впрочем, я обо всем уже, как могла, рассказала.
Дома у меня безумно разболелась голова. Видимо, бессонная ночь, и события последних дней не прошли бесследно. Наглоталась таленола, напустила в ванну воды, набухала туда всяких ароматических солей и бездумно расслаблялась почти час. Расслаблялась, еще не значит расслабилась...
Расслабиться не получилось. В голову лезли всякие мысли и куча вопросов, на которые я не могла найти ответа.
Я вылезла из ванны, заварила смертельно крепкий кофе, взяла листок бумаги и записала все вопросы, которые меня мучили.
И, вот, что у меня получилось:
- За что они заплатили такие фантастические деньги? Ведь, о самом для меня главном – о пудре, они, практически даже не заикнулись. Весь этот гарбич – бумажник и ключ, я бы и так им вернула. На фиг мне все это нужно?
- О какой угрозе здоровью говорил Грег, почему они должны меня «наблюдать и помогать»? Мне, что-то угрожает?
- У меня нет детей и, практически, ни одного родственника. Наследников нет. Что мне делать с этими деньгами? Я понимаю, что, как говорится, «мне бы ваши заботы», но... Может, выйти замуж, или «купить» себе молодого мачо-любовника? Так, и тот, и другой, либо будут мечтать о моей смерти, либо просто убьют ради наследства.
- И, последнее... Надо купить себе приличный кондо, мебель, машину. И собаку. Всю жизнь мечтала о ротвейлере. Но, кто бы с ней гулял? Лева боялся собак как огня... Не мешало бы приодеться, сделать липоксацию – животик и бедра, вот-вот перейдут в категорию неприличных.
У меня все время оставалось ощущение, что забыло о самом главном. Все эти вопросы, разумеется, важны и требуют ответов, но...
Вот оно! Почему Лилька, которая замечает все на свете, НЕ ЗАМЕТИЛА ВО МНЕ НИКАКИХ ИЗМЕНЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С ПУДРОЙ?!!

Продолжение версии “D” в следующем номере