Они были первыми

История далекая и близкая
№36 (646)

Есть в Америке, в штате Коннектикут, одно интересное место – не для американцев, не для иностранных туристов, а для нас с вами. Интересное, увы, не настоящим своим, а прошлым. Это русская деревня Чураевка, задуманная светлыми умами эмигрантов первой волны как оплот русской творческой интеллигенции в Америке, поселение для “россиян в рассеянии сущих”, основателем которого был знаменитый писатель и философ Георгий Гребенщиков.
История села вкратце такова. Сын Л.Н.Толстого – Илья, граф и крупный литератор, с 1923 года прозябал в нищете, в глухих лесах Коннектикута, в крошечном дачном поселке у слияния двух речек – Помпераг и Хусатоник. Его дом стоял (да и сейчас стоит) на краю глубокого оврага, над рекой, под дубами и вязами, с тощенькой, но все же березкой у крыльца.
Все разом изменилось с появлением Гребенщикова, покинувшего Родину после революции 17-го года и поселившегося в том же штате США. Очарованный дивной природой, напоминавшей ему Россию, он построил рядом с домиком Толстого “избушку смешную, кукольную, но такую милую среди берез, дубов и кипарисов”. А потом загорелся идеей основать колонию для русских писателей, художников и ученых, таких же изгнанников, как и он сам, и начал строить дома, назвав выкупленный кусочек американской земли Чураевкой – в память о далекой деревне на Алтае, где он родился.
Средства для осуществления этой затеи помогали собирать великий русский композитор и пианист Сергей Рахманинов и известный ученый-авиаконструктор, киевлянин Игорь Сикорский, эмигрировавший в США в 1919 году. Оба приезжали в гости к Илье Львовичу – отдохнуть, покататься по реке на лодке и оба с энтузиазмом поддержали идею Гребенщикова.
Сикорский занялся планировкой поселка: разбил территорию на участки для домов – 30 усадеб на 150 акрах земли, наметил улицы: Tolstoy Lane, Kiev Road. Первые русские поселенцы, купившие еще не построенные дома, жили тут же, в палатках, и, не теряя времени даром, копали котлован под пруд, сажали вдоль будущих улиц сосны и ели – сотни молодых деревьев.
Архитектор и скульптор В. Успенский изваял статую былинного богатыря Святогора и установил ее перед своим домом. А ровную площадку посреди деревни окрестили Ясной Поляной. Через некоторое время здесь уже кипела жизнь. Заработали издательство и типография “Алатас” в доме Гребенщикова, где печатались книги Н.К. Рериха, Ю.Н. Рериха, К. Д. Бальмонта, многих русских классиков и самого Гребенщикова. В Чураевке он закончил и издал главный труд своей жизни, многотомную эпопею “Чураевы”. Открыли библиотеку из собранных Гребенщиковым книг. Появилась даже своя механизированная птицеферма.
В Чураевке побывали многие выдающиеся российские деятели науки и искусства, оказавшиеся по воле судьбы в эмиграции – помимо Рахманинова и Сикорского, скульптор Сергей Конёнков (еще до революции его называли “русским Роденом”), певец Шаляпин, художник и философ Николай Рерих, артист Михаил Чехов, изобретатель Леонид Дунаев, хореограф Михаил Фокин, морской биолог Виктор Лузанов, писатель барон Лео фон Нолде и многие другие. Приезжала и Александра Толстая ухаживать за смертельно больным братом. (Илья Толстой умер в 1933 году.)
На настоящую церковь американские чураевцы, видно, не потянули, но что-то среднее между церковью и часовней общими усилиями построили, сложив стены из необработанного камня – небольшое квадратное помещение человек на 7-10 с покатой крышей, увенчанной маленькой позолоченной луковкой. Причем Николай Рерих был не только автором проекта, в основу которого легла каноническая схема небольшого крестово-купольного храма, но и самолично расписал во всю стену часовни иконостас в стиле средневековой церковной живописи. А это уже серьезная реликвия для потомков. Святое место было освящено, как часовня Сергия Радонежского. Здесь монах отец Дмитрий служил молебен, проводил венчания и крестины.
Случалось, на установленном перед часовней фортепьяно, под сенью столетнего вяза Рахманинов вдохновенно исполнял для членов колонии свои произведения. На импровизированные концерты, устраиваемые прямо на природе, посреди Чураевки, съезжалось много русских эмигрантов. Где-то там, за лесами и долами, время бежало вперед, жизнь менялась, а для этих людей она осталась неизменной – такой же, как в год их бегства из России. И ярче всего это проявлялось в их образе жизни, в стихах и в песнях, которые они слушали. К ним, в частности, приезжала Плевицкая (та самая, чей образ увековечил в дереве Конёнков в своей нью-йоркской студии) и пела всем до боли знакомые романсы.
Планы в голове Гребенщикова зрели грандиозные – уже была открыта Чураевская школа в соседнем Бриджпорте, планировалось создание Школы искусств, дома отдыха. Известный русский архитектор Н.Васильев разработал для Чураевки проект и план Художественной студии. Устраивались выставки, праздники, концерты, пикники на природе с русскими пирогами, читались лекции.
Но в 1941 году Гребенщиков получил звание доктора философии Оксфордского университета, а затем должность преподавателя во Флориде, и с болью в сердце покинул Чураевку. Он не порывал связи с ней до конца своей жизни. Но то была уже любовь на расстоянии. После смерти Гребенщикова (в 1964 году) его детище окончательно захирело, а деревня начала пустеть и вскоре полностью прекратила свое существование.
Рахманинов умер значительно раньше – в 1943-м, в Беверли-Хиллз, в Калифорнии, но похоронен был недалеко от Чураевки, в городке Валхалла, на крупнейшем кладбище штата Нью-Йорк – Кенсико.
Ныне поселок вместе с часовней Сергия Радонежского, домами И.Толстого и Гребенщикова (занятыми другими людьми) находится под контролем федеральной службы охраны исторических объектов как одна из достопримечательностей штата Коннектикут. На средства этой службы были отреставрированы иконостас и интерьер часовни, собраны пожертвования для обновления позолоты ее купола. Дверь в часовню открыта, но загорожена запертой на ключ решеткой, через которую можно достать отпечатанный на глянцевой бумаге flyer и прочесть, что часовня действительно расписана Николаем Рерихом. И даже при хорошем освещении увидеть в полутьме сам иконостас.
Молодые деревца, любовно посаженные членами русской колонии, давно уже сравнялись ростом и мощью со старожилами окружающего леса. Дорожный указатель на подъезде гласит: “Деревня Чураевка, основана в США, штат Коннектикут, в 1923 году”. А на заросших тропинках, некогда выполнявших роль улиц, остались указатели: Tolstoy Lane, Kiev Road. “В 30-е годы здесь было 46 русских домов, сейчас больше живет поляков, украинцев. Слишком мало нас, русских, осталось”, – сокрушается старичок Кронид Элин, занимающий с семьей дом И.Л.Толстого. С ностальгической грустью вспоминает он, как весело им – босоногим пацанятам, жилось тут во времена Гребенщикова.


Комментарии (Всего: 2)

Замечательная трогательная история.Надо возродить деревеньку,бывать в ней и радоваться духовной силе соотечественников и черпать из сокровищницы любовь и мудрость,красоту... И оставаться одушевленными людьми,умеющими слушать себя и тех,кто рядом... Надо читать,смотреть,слушать то,что было здесь рождено талантом и вдохновением и страданием россиян. Шадрина Таня

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Уважаемая Элеонора! Подскажите как Вам удалось переговорить с Кронид Элином. В этом году были в Чураевке, а прошлом и Феклу Толстую не подпустили к усадьбе Ильи Толстого Спасибо

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *