Все стало вокруг “голубым” и “зеленым”

В мире
№44 (654)

Федеральный Конституционный суд Германии не усмотрел в пожизненном заключении убийцы-каннибала нарушений его конституционных прав.
В декабре 2002 года в городке Ротенбург федеральной земли Гессен полицией был арестован 42-летний банковский программист Армин Майвес. Когда в средства массовой информации просочились подробности совершенного им преступления, вся Германия содрогнулась от ужаса и омерзения. Фабула этого дела была такова.
В начале 2001 года гомосексуалист Майвес разместил в одном из немецких гей-чатов объявление следующего содержания: «Ищу тридцатилетнего мужчину нормального телосложения. Ты избранный. Хочу убить тебя и сладострастно насытиться твоей плотью». На призыв откликнулся его коллега (по профессии) - программист берлинского отделения концерна Siemens Бернд-Юрген Брандес. Ему, правда, на тот момент уже стукнуло 43 года, но Майвеса и это устроило. После двухнедельной переписки по электронной почте они в марте 2001 года встретились в доме Майвеса в Ротенбурге и обговорили все детали дальнейших событий этого дня.  Как следовало из видеозаписи, которую вели любовники и которая позже фигурировала в ходе следствия и суда, Майвес после очереднего сеанса секса по просьбе Брандеса кастрировал его, отрезанную плоть поджарил со специями и вместе с оскопленным съел. Затем Брандес на протяжении 10 часов умолял Майвеса «отрезать ему еще что-нибудь» и в конце концов убить. Последнюю волю гостя хозяин уважил: когда под воздействием большой дозы алкоголя и болеутоляющих средств, а также в результате сильной кровопотери Брандес впал в забытье, Майвес добил его четырьмя ударами в шею 18-сантиметровым кухонным ножом. Разделав тело на части, он хранил останки любовника в морозильной камере подвала своего дома, питаясь ими в течение нескольких месяцев, готовя из них разные «блюда» – например, поджаривая на барбекю ребра Брандеса (всего за это время каннибал съел около 20 кг мяса). Арестовали Майвеса в декабре 2002 года после того, как он начал размещать в интернете новые объявления о поиске жертв.
Следствие длилось почти год. Поскольку психиатрической экспертизой Майвес был признан полностью вменяемым, прокуратура квалифицировала его действия как умышленное убийство. Но суд первой инстанции, посчитав, что имело место убийство неумышленное (?), приговорил подсудимого к 8 с половиной годам лишения свободы. Однако даже такое наказание Майвес счел чрезмерно жестоким: «Ведь Брандес сам хотел быть съеденным!» – постоянно твердил он судьям. В ходе следствия коллеги Брандеса припомнили, что замечали за ним склонность к мазохизму. В суде фигурировало и письмо, отправленное Брандесом по e-mail Майвесу в ответ на призыв откликнуться желающего быть съеденным. В письме была такая фраза: «Надеюсь, Вы пишете это серьезно. Я действительно хочу этого». До приезда к Майвесу Брандес продал свою автомашину, а на работе оформил отпуск - «для решения личных проблем». Приводя все эти обстоятельства, защита Майвеса просила суд вообще переквалифицировать его действия на незаконное оказание помощи в эвтаназии, за что Уголовным кодексом Германии предусмотрено лишение свободы сроком до 5 лет (ответственность за каннибализм УК ФРГ не предусматривает). Однако суд не согласился с доводами защиты, и она подала апелляцию.
Земельный суд во Франкфурте, пересмотрев приговор, заменил 8,5-летнее заключение Майвеса на пожизненное. Но осужденный и его защитник продолжали настаивать на смягчении наказания. После того, как в январе 2007 г. в этом им отказал и Верховный суд, они обратились в Федеральный Конституционный. Аргументы были прежними – сместились лишь акценты: если раньше упор делался ими на несоразмерности наказания содеянному, то теперь -  на нарушении конституционных прав осужденного. Высшая судебная инстанция Германии своим решением от 24 октября с.г. отказала в удовлетворении этой жалобы, особо отметив, что приговор франкфуртского суда неоспорим как не противоречащий Конституции. Так что пожизненный приговор Майвесу остался в силе.
Но нельзя забывать, что в Германии осужденный пожизненно по истечении 15-летнего срока отбытия наказания вправе подать прошение об условно-досрочном освобождении. Не факт, конечно, что оно будет удовлетворено. Но и нет гарантии в обратном. Ведь суд в таких случаях исходит лишь из единственной оценки: опасен ли осужденный для общества. Ну а насколько субъективными могут быть оценки суда, видно хотя бы по первому приговору людоеду из Ротенбурга.
А людоед тем временем зарабатывает себе положительную характеристику. С этой целью он даже вступил в функционирующую в тюрьме ячейку партии «зеленых», члены которой – отбывающие свои сроки убийцы, насильники, педофилы,  наркодилеры и др. - уже избрали его своим лидером. Вот только сама партия, когда этот анекдотичный факт попал на страницы газет, начала открещиваться от зековской «первички». Уж лучше бы промолчала! А то ведь вообще цирк получился. Как заявил депутат от партии «зеленых» в гессенском Ландтаге Андреас Юргенс, «хотя такая группа в тюрьме существует уже 20 лет, ее участники никогда не состояли на учете в земельной парторганизации, а в районной учитывались как члены партии, не платящие взносов и без права голоса». А дальше последовала вообще восхитительная фраза: «Мы не спрашиваем этих людей об обстоятельствах, приведших их в тюрьму. Если бы мы начали их дифференцировать, группы не существовало бы. А это единственный вид политической деятельности в тюрьме. И деятельность эта должна быть открытой для заключенных, как и любое другое их занятие в свободное время - независимо от причины их осуждения и моральной оценки их действий».
Ну что на это сказать – пожалуй, одно: по Сеньке и шапка. Что в данном случае может звучать как «по партии и члены».
Postscriptum
В тюрьме Майвес занимается не только политическим самообразованием и политпросвещением сокамерников, но и активной борьбой за свои гражданские права. И в этом деле он уже немало преуспел. Еще в 2006 году суд Франкфурта (в ином составе, нежели тот, что приговорил каннибала к пожизненному заключению) , рассмотрев его очередную жалобу, принял решение отменить показ в немецких кинотеатрах голливудского фильма «Ротенбург».
В этом фильме режиссера Мартина Вайша показана история студентки одного из университетов Германии американки Кати Армстронг. В своей дипломной работе по судебной психологии она анализирует жизнь гомосексуалиста-каннибала. Отдельные элементы сюжета «Ротенбурга» действительно имеют некоторое сходство с делом Майвеса, и для судей этого оказалось достаточным, чтобы посчитать, что «фильм  своим содержанием грубо нарушает неприкосновенность частной жизни заявителя».
Все бы хорошо, вот только заявителем-то являлся настоящий, а не киношный людоед. Но это, наверное, лишь с обывательской точки зрения имеет значение. Потому что в правовом государстве Майвес выглядит омерзительным преступником только в рамках уголовного процесса. А в процессе гражданском защита  его законных прав и интересов гарантирована, как и любому другому индивидууму. Хотя, может быть, все объясняется тем, что слуги Закона, коими являются принявшие такое решение франкфуртские судьи, не удосужились ознакомиться у своих же коллег с уголовным делом Майвеса. А там есть прелюбопытнейшие откровения подсудимого: например, что на его призыв в гей-чате отозвался не один Брандес, а около 400 (!) гомосексуалистов. Но рассуждать на тему «возможный профилактический эффект от демонстрации в Германии фильма «Ротенбург» в среде секс-меньшинств» лично я не берусь – меня эта тема как-то совсем не волнует.