Американский вариант

Филантропия
№36 (332)

Согласно прогнозам, выполненным в Бостон-колледже под руководством профессора P. Schervish, масштабы накопленного частного богатства, циркулирующего между поколениями в Америке в течение следующих 50 лет, составят от 40 до 136 трлн. долл. (финансовые активы, земля, недвижимость, имущество и пр.). Поражающие воображение цифры, если учесть, что валовой национальный продукт страны – около 9 трлн. долл., а доходы ее госбюджета – около 2 трлн. долл! Еще более поразительно то, что весьма значительная доля этого богатства (от 19,2 до 50,2 трлн. долл.) может поступить благотворительным организациям страны. Таковы уникальные масштабы филантропии в Америке, считающейся образцовой во всем мире.
Конечно, начавшееся в 2000 году падение биржевых индексов, особенно их провал в середине 2002 года, существенно ограничит ее ресурсы, и это, кстати, учтено в названном прогнозе. Отметим, что этот прогноз основан не только на специально разработанной математической модели, но и на опыте благотворительной деятельности «новых богачей» последнего десятилетия. В эти годы биржевой бум, особенно в высокотехнологическом секторе, обеспечил им неожиданные и нередко огромные состояния. Их возраст в среднем 40 лет, многие из них отошли от дел, они достаточно благоразумны и отзывчивы, чтобы не только уменьшить свои налоги, но и поддержать полезные благотворительные проекты, в подготовке и проведении которых они желают сами активно участвовать. Именно поэтому «новые богачи» создают многочисленные семейные фонды вместо того, чтобы отдать свои вклады на сторону - старым крупным фондам.
В свою очередь давно существующие фонды быстро среагировали на запросы нового поколения филантропов и разработали специальные модели сбора пожертвований. Фонд Форда, например, организовал новый проект под названием GrantCraft, т.е. «грант, сделанный по заказу», который предлагает новым филантропам консультации по организации новых фондов, исправлению ошибок действующих и т. п. За то же взялись инвестиционные банки, консалтинговые фирмы, а также бизнес-школы, предложившие новым филантропам спецкурсы по экономике, управлению и стратегическому планированию в бесприбыльном секторе и филантропии. По данным Foundation Center, в 2000 году насчитывалось около 25 тыс. семейных фондов, или половина всех частных филантропических фондов.
Скептики могут сказать: конечно, шальные деньги ( в один день торгов на бирже в конце 90-х можно было стать миллионером, а продажа восходящей «интернетовской компании» приносила ее владельцам десятки и сотни млн. долл.) и желание загладить вину перед «ограбленными» инвесторами толкают новых богачей на благотворительные акции. Но фондовая биржа – это один из важнейших финансовых механизмов рыночной экономики и, как показывают данные ежегодника Giving USA, издаваемого AAFRC (Американская ассоциация фандрайзеров) из всех финансовых источников филантропии именно биржевые доходы являются базой наиболее крупных пожертвований.
Один из главных мотивов филантропии - стремление сократить налоги на сумму пожертвований. В среднем по стране благотворительные пожертвования уже несколько десятилетий держатся на уровне всего лишь 2%, так что альтруизм вполне уживается с выгодой. Однако на индивидуальном уровне размеры, мотивы и механизм пожертвований все же производят сильное впечатление.
Университет Джона Гопкинса получил от выпускника его инженерной школы и нынешнего мэра Нью-Йорка М.Блумберга - создателя и владельца одной из крупнейших в мире компаний финансовой информации - 55 млн. долл. (ранее он дал 8 млн.). Являясь лидером в 800-миллионной кампании этого университета по сбору пожертвований на его развитие, М.Блумберг становится в год дарения председателем Совета попечителей университета.
Если же отвлечься от конкретных примеров филантропической деятельности в США и взглянуть на нее в целом, то масштабы и повсеместность этого исключительного явления американской национальной жизни, я полагаю, поразят воображение каждого, кто сталкивается с ней как гость, новый житель или внимательный наблюдатель издалека.
С одной стороны, бесконечно повторяющиеся сборы пожертвований – на телевидении и в печати, по почте и телефону, на радио, балах, собраниях, концертах и т.д и т.п., а с другой - огромное число организаций и частных лиц, оказывающих благотворительную помощь многим миллионам нуждающихся в них и многим сферам общественной жизни, как в стране, так и за ее пределами.
Филантропия в США – это самостоятельная сфера экономики в рамках так называемого сектора бесприбыльных организаций (его еще называют независимым или третьим сектором экономики в отличие от двух основных - делового и государственного). Объем «продукции» филантропии, т.е. общая сумма пожертвованных средств, составлял, по данным ежегодника Giving USA, в 2000 году 203,5 млрд. долл. или 2% валового национального продукта. Для наглядности: это - 558 млн. долл. в день, или 720 долл. в расчете на каждого жителя США ( в Канаде сбор пожертвований на 1 жителя в 5 раз, в Англии - в 9 раз ниже).
Для сравнения: с указанным уровнем филантропии сопоставима валовая продукция таких производственных отраслей, как электронные коммуникации (телефон, телевидение, радио), коммунальный сектор (газ, электроэнергия, санитарные услуги); ниже этого уровня – объем продукции каждой из таких отраслей, как промышленное машиностроение, энергетическое оборудование и химическая индустрия, а выше его – лишь строительство и транспортные перевозки. По общему мнению специалистов, ни одна страна мира не может сравниться по масштабам благотворительности со США, и опыт ее организации изучается во всем мире.
Посмотрим, однако, какова ее роль в рамках всех источников финансирования бесприбыльного или независимого сектора экономики. И здесь мы встретимся с рядом неожиданностей, демонстрирующих меняющуюся в последние десятилетия роль филантропии. Как оказалось, она обеспечивает в настоящее время лишь одну треть всех доходов этого сектора, хотя в прошлом – вплоть до Второй мировой войны – она была в Америке основным финансовым источником деятельности организаций бесприбыльного сектора. Сейчас же государственный бюджет и доходы от платных услуг, представляемых этими организациями, составляют решающую - две трети - часть их финансирования. У альтруизма, даже в его исключительно развитом американском варианте, есть свои естественные границы. Поэтому, начиная с 60-х годов, когда резко выросли потребности населения в услугах независимого сектора, прежде всего образования и медицины, в игру вынуждено было включиться государство, однако и его средств стало не хватать, особенно в периоды резких бюджетных сокращений. В этих условиях сами бесприбыльные организации вынуждены были ввести плату на многие свои услуги, вообще искать новые источники доходов, вступая нередко в конкуренцию со сходными организациями рыночного сектора.
Происходящие в последние 20 лет структурные изменения независимого сектора в США вызывают у его исследователей и социальных критиков вопрос о будущем филантропии в этой стране, ответы на который выражают порой резко контрастирующие мнения. Так, известный британский экономист и деятель лейбористской партии Гарольд Ласки, обосновавший в конце 40-х годов прошлого века создание в Англии и других странах Запада государств социального благосостояния, утверждал, что социальные проблемы следует решать «без участия милостливых леди, благожелательных хлопотунов или биржевых маклеров, для которых госпиталь просто хобби, или снобов, которые смотрят на благотворительность как способ знакомства с неведомым им миром". Однако, по мнению других, особенно в плюралистической Америки, филантропия неизбежна и будет существовать в той или иной форме еще очень долго.
Во-первых, она отражает как природное, так и воспитанное религией, семьей и обществом желание щедрых и сильных, богатых и рассудительных оказать помощь всем тем, кто нуждается в ней, пока за это не возьмется государство, причем всегда останутся сферы, где помощь государства исключена. Когда же склонность к благотворительности сочетается с получаемыми при этом личными выгодами и преимуществами, она приносит высокие результаты.
Во-вторых, филантропия – неизбежный спутник общества, где господствуют частная собственность и рыночная экономика, порождающие неизбежное социальное и экономическое неравенство. Она играет здесь важную компенсаторную роль как добровольный канал перераспределения богатства.
Вместе с тем в филантропии США давно назрела необходимость в серьезных реформах. Как считают многие специалисты, нужно усилить государственное регулирование благотворительной сферы, как и всего бесприбыльного сектора, по некоторой аналогии с тем, как это делается в сфере бизнеса и в государственном секторе. Этого требуют масштабы ресурсов, обращающихся в независимом секторе, низкая эффективность, а иногда просто преступный характер деятельности многих его организаций и отсутствие у них «прозрачности», т.е. информации о финансовом состоянии и операциях, содержании и результатах проводимых программ и т.п. Филантропический сектор крайне нуждается в усилении доверия к себе, поскольку его периодически сотрясают крупные финансовые скандалы, подобные тому, что происходит нынче с американским Красным Крестом. По данным расследования, проводимого телекомпанией Си-Би-Эс, он собрал в Liberty Fund на волне патриотизма после теракта 11 сентября более 540 млн. долл. пожертвований, предназначенных непосредственно жертвам теракта и семьям погибших, но решил распределить их вопреки воле дарителей по-своему, отложив более половины этой суммы на другие программы. Это расследование выявило также другие крупные финансовые нарушения, включая бухгалтерские мошенничества и просто присвоение денежных средств в десятках местных отделений этой старой и в общем-то уважаемой благотворительной организации.
Некоторые исследователи и особенно социальные критики вообще полагают, что существование бесприбыльных, в том числе филантропических, организаций состоит, главным образом, в том, что они, обладая правом не платить налоги государству, так сказать, изобретают различные общественно полезные программы, чтобы иметь право собирать даровые деньги из различных источников и расходовать их по своему усмотрению. Однако по мнению объективных наблюдателей частота и доля преступлений в этом секторе не выше, если не ниже, чем в двух других.
В секторе филантропии очевиден острый недостаток более жесткого контроля, с которым уже не справляются самодеятельные организации-наблюдатели этой сферы, и законодательного регулирования, подобных тем, которые издавна существуют, а теперь ужесточаются Конгрессом и Администрацией для корпоративного сектора США.
Основные из давно назревших реформ в этой сфере - это, во-первых, создание единого федерального закона, регулирующего деятельность организаций бесприбыльного сектора, включая филантропические, как общая модель для замены многочисленных, противоречащих нередко друг другу и слабых правовых актов штатов и местных властей; во-вторых, введение в этом законе стандартного порядка отчетности о финансовой и программной деятельности. Наконец, в-третьих, специалисты уже давно ведут речь о создании независимого (под эгидой Конгресса) федерального регулирующего органа для третьего сектора по типу Комиссии по ценным бумагам и биржам или Комиссии по торговле, надзирающих за деятельностью и отчетностью корпораций частного сектора.
Филантропия – неотъемлемая и жизненно важная как для дарителей, так и для получателей ее благ сфера национальной жизни в Америке – раньше или позже будет реформирована, и сохранит свой статус важного компенсаторного механизма в смягчении социального неравенства, а также источника повышения качества жизни всего американского общества.


Комментарии (Всего: 1)

«желание щедрых и сильных, богатых и рассудительных оказать помощь всем тем, кто нуждается в ней, пока за это не возьмется государство» - отличное желание! Хорошая статья. <br><br>В свете вышесказанного хочу предложить международный инновационный благотворительный проект: «Свой дом российскому ученому». <br><br>Цель проекта: развитие демократии, дружбы и взаимопонимания между российским и американским народами.<br><br>Задачи проекта: Оказание прямой материальной помощи российским ученым в приобретении жилья.<br><br>Обоснование: Не секрет, что российские ученые являются самой низкооплачиваемой категорией и вынуждены жить в общежитиях. Им обещают платить 1000 долларов в месяц, а реальный оклад составляет 100-200 долларов. При такой зарплате ученый не может не только приобрести дом или квартиру, он даже не может получить ипотечный кредит, а потому оказывается обреченным на прозябание в общежитиях или скитание по съемным квартирам. <br><br>Помощи от государства ждать не приходится, поэтому многие нуждающиеся ученые были бы счастливы получить такую помощь из США. Будучи интеллектуальной элитой страны, они, в свою очередь, смогли бы внести большой вклад в развитие отношений между странами, заметно ухудшившихся в последнее время.<br><br>В качестве первого опыта могу предложить свою кандидатуру. Я работаю доцентом в одном из российских вузов и имею государственный оклад менее 100 долларов. С надбавками получается чуть более 200 долларов. В свои 42 года живу с семьей в общежитии. Возможности иметь собственное жилье нет. С уважением отношусь к вашей стране, которая уважает и соблюдает права человека. <br><br>Со своей стороны могу предложить помощь в детальной разработке проекта и подборе кандидатов на получение помощи.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *