СТАРИК АЛЬЦГЕЙМЕР нас заметил? • Оптимистический психотерапевтический этюд

Юмор
№1 (663)

Блюз - это не только музыкальный жанр. Blues - это еще и омерзительная характеристика декабря: перепады настроения, вызванные сезонными изменениями, снижение работоспособности как раз тогда, когда надо разобрать все и всяческие завалы уходящего года, наконец, ощущение невозможности нормально планировать свои дела наперед и справляться с нагрузкой, которая раньше казалась приемлемой. Кого это не касается, дальше не читайте... Продолжаете? Welcome to the Сlub!

Когда начинаются приступы зимней хандры, человеку кажется, что он совершенно реально поглупел: начинает хуже соображать, память превращается в дырявое решето, концентрация внимания падает до полного нуля. Ну разве что попытаться перечесть «Золотого теленка»: тут через фразу улетать мыслями неведомо куда явно не будешь. Но если б вся наша жизнь была, как надвигающийся год в подростковом варианте, этим самым теленком...
Искренне желая помочь мне справиться с «блюзами» (что лечим - то, как известно, имеем, спасибо, что не глюки...), знакомый доктор, большой шутник,  прислал по электронной почте неврологический тест, позволяющий узнать возраст мозга тестируемого и степень риска для данного пациента заболеть болезнью Альцгеймера. К тесту  прилагалась инструкция по-японски, заботливо переведенная на корявый, но понятный русский.
Задание показалось несложным:  три числа, возникающих на экране, следовало быстро расположить в порядке возрастания в пустых кружочках, нарисованных рядом. Меньшее, большее, самое большое - и громкий звук, похожий на бульканье: все, следующий экран!  Времени на операцию отводилось невероятно мало - и после трех попыток я с ужасом обнаружила, что пролетаю как фанера над известной столицей... Окончательный результат заставил вспомнить классику: «Яду мне, яду...» Сто двадцать лет равнялось моему несчастному мозгу по критерям жизнерадостных японцев! Сто двадцать: прощайте, родные и близкие... К чему тогда самонадеянные попытки сохранить молодость - какой же каргой, каким ископаемым приду я к своему еще держащемуся на некоторой дистанции полтиннику?
Вспомнив, чьей матерью является повторение,  дала себе еще одну попытку - и оптимизма вроде как прибавилось: библейский возраст сто двадцать уменьшился до пятидесяти восьми. Правда, часть цифровых комбинаций я уже запомнила, так что считать эксперимент безупречно чистым было нельзя. Кроме того, календарному возрасту новый результат соответствовал тоже не вполне - и появилась мысль разбить экран «компа» или рассориться с любителем поэкзаменовать. А он не успокаивался и в тот же вечер прислал новый, более легкий тест - легкий хотя бы потому, что не предполагось гонки.
В туре первом, комфортно расслабившись, следовало отыскать одну-единственную букву C в одиннадцати строчках сплошных нулей. Я, правда, не торопилась, но проклятой решительно С не было... Тур второй - отыскать цифру 6 в нескольких рядах сплошных девяток - завершился так же бесславно: гадкой шестерки не было нигде, чем хотите клянусь...
А враги-составители невинно спрашивали: «Нашли?» Последний проверочный тур предлагал отыскание буквы N среди сплошных издевательских М, напоминающих архитектуру кремлевской стены... И - о чудо: симпатичная  N объявилась практически сразу, такая непохожая на своих товарок! Но общий-то результат сезонное настроение только усугубил...
А простодушные авторы теста, словно продолжая издеваться, успокаивали в конце: «Если вы справились со всеми заданиями, отложите свой визит к невропатологу минимум на год: Альцгеймер к вам долго не подступится!» По всему было ясно, что мне тоже не следует напрягать невропатолога: визит должен был состояться минимум десяток лет назад. А теперь поздно пить не только боржом, но и водку: такого горя не залить никакими ее морями...
Стало быть, прибыли: старик Альцгеймер нас заметил и, в гроб сходя... К слову сказать, стариком немецкий психиатр и невропатолог Алоиз Альцгеймер (1864-1915) так и не стал. Славно потрудившись на ниве медицины в нескольких клиниках Германии и первым описав клиническое и анатомическое заболевание мозга, которое еще при жизни было названо его именем, он скончался в возрасте пятидесяти одного года - судя по всему, не испытав тягостного недуга лично.
А вот мы, странное дело, куда как часто и даже с большой охотой примеряем данный диагноз на себя! Забыли имя нового знакомого - привет, не сразу восстановили в памяти фамилию когда-то любимого актера - второй привет, а уж не можем вспомнить, куда девались чертовы ножницы (почему-то именно ножницы чаще всего бесследно пропадают в хозяйстве) - привет от немецкого доктора полный и окончательный! Что же это за эпидемия такая: живем все лучше, а стареем быстрее? А может,  дело в поверхностности знаний? Каждый ли может четко и определенно перечислить диагностические критерии болезни, поминаемой всуе? Может, просто понравилась кому-то звучная фамилия - и пошло-поехало: у меня Альцгеймер, у вас Альцгеймер. Кстати, пациенты с настоящей болезнью Альцгеймера не больно-то ею козыряют: иди запомни, как называется...
Но это из старого анекдота - а вот новая реальность. Жизнь берет за борта пиджаков и мощно встряхивает: в сегодняшней нелегкой для всех ситуации нам приходится заметно напрягать свои бедные головы, поскольку служебной синекуры в Америке остается все меньше. Повседневная нагрузка безжалостно растет: возникает необходимость  пополнить мозговую кладовую новыми знаниями - например, не изученным ранее  языком программирования, который более нужен на сегодняшнем рынке, чем иной устаревший. И относительно молодой человек впадает в отчаяние: какой там (условно) «Си-плас-плас» или «Джава», интеллект полностью умер, не могу, не осилю!
Иные начинают жаловаться на потерю памяти и мыслительных способностей даже в сорок с небольшим. Но попробуем вдуматься, покуда старческое слабоумие - или воспаленное о нем представление... - не превратило в окончательные овощи: приходит ли нам в голову стенать и плакать оттого, что в сорок мы лет не выглядим так, как в двадцать? Нет-нет да и всхлипнешь конечно, но по зрелому размышлению начнешь думать о здоровом образе жизни, а там и жить в чуть большей зависимости от фрейдовского Сверх-Я, нежели от бесконтрольных импульсов вроде неодолимой потребности слопать сковороду жареной картошки здесь и сейчас... В молодости за этот грех не было бы ничего, мощный метаболизм все бы перемолол бесследно, а теперь - увы: сразу лишние фунты, а то и килограммчики, не тот организм, не тот... Мозг тоже стареет - как мышцы, суставы, кожа. Возрастная забывчивость - вещь огорчительная, но нормальная. Как же не потерять драгоценный интеллект? Нет ничего проще: тренировать его, как тренируем ставшие дряблыми мышцы. Читать, думать, делиться мыслями с теми, кто способен их воспринимать, - ничего конструктивнее не придумать. (Когда в молодости мне выпало нелегкое испытание - почти полная потеря памяти после тяжелого вирусного воспаления легких,  я заставляла себя учить труднопостижимые и трудно выговариваемые строки Мандельштама вроде «Сохрани мою речь...» Зрелый возраст совершенно не препятствует нагрузкам на любимый головной мозг - была бы охота сохранить его потенциал!) 
Вы справедливо спросите: но как же все-таки быть, если проблемы памяти и каждодневного функционирования становятся не эпизодическими, а систематическими?  Сохранять ли бодрость духа, делать ли вид, что все у вас «в пределах возрастной нормы», если граница этого самого предела явно пересечена? Ни в коем случае: как можно скорее обращайтесь к специалисту - невропатологу или психиатру.
Вот вы уже и обиделись из-за психиатра - между прочим, зря: если забывчивость, медленное соображение, ухудшение результатов работы - результат не диагностированной ранее депрессии или невроза, то заниматься лечением этих недугов следует именно психиатру. А если речь идет об органических изменениях головного мозга - это, что называется, бизнес невропатолога.
...Неугомонный приятель, так и не оставивший надежды излечить меня от сезонных перепадов настроения и сопутствующего снижения когнитивных способностей, прислал по электронной почте еще один тест. «Хотите узнать свой биологический возраст?» - нахально вопрошали его составители. С истерическим: «Не хочу!» и энергией, мало характерной для пораженных «блюзами», я ринулась к шкафу, рванула на себя спортивную сумку и стала лихорадочно упаковывать экипировку для гимнастического зала.
С Новым годом!


Комментарии (Всего: 1)

Хорошо, что хоть не Паркинсон.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *