Призрах 70-х

Нью-Йорк
№3 (665)

В Нью-Йорке все больше сгущается атмосфера страха перед неопределенным будущим. Часть тех, кто еще помнит тяжелейшее положение в городе в 1970-е годы, склонна и ныне видеть признаки возникновения аналогичной ситуации. Но достаточно и уверенных в том, что 70-е Нью-Йорку не грозят, поскольку многое в городе изменилось неотвратимо.
Пессимисты видят много удручающих фактов: потеря работы, сокращение зарплат и премий, банкротство компаний, конфискация жилых домов, наметившийся рост преступности, увеличение числа людей, нуждающихся в помощи психиатров, возрастающий поток тех, кто покидает Нью-Йорк из-за превращения привычных условий жизни в недоступные. Стало очевидным, что сложившаяся за  30 лет экономическая мощь города на поверку оказалась весьма хрупкой.
Больше всего людей беспокоит опасность потери работы. По данным опроса, проведенного изданием Crain, это чувство испытывают 40% ньюйоркцев. До весны прошлого года в Нью-Йорке не наблюдалось таких проблем с трудоустройством, которые ощущали другие города страны.
Но ситуация мгновенно изменилась с банкротством Lehman’s Brothers Holdings Inc и последующим почти полным коллапсом Уолл-стрит. Только в ноябре город потерял 20900 рабочих мест в результате цепной реакции, когда увольнения в финансовом секторе повлекли за собой сокращение числа работников в обслуживающих этот сектор бизнесах.
В своем декабрьском отчете Fiscal Policy Institute предсказал, что город до конца 2009 года будет терять до 10 тысяч рабочих мест в месяц. А штатный ревизор Томас Динаполи прогнозирует потерю Нью-Йорком 175 тысяч рабочих мест за предстоящие два года, включая 38 тысяч – на Уолл-стрит.
При этом следует учесть, что прогноз Динаполи выглядит еще весьма оптимистичным на фоне данных о безработице не такого уж давнего прошлого.  Например, крах фондового рынка в 1987 году стоил Нью-Йорку потери 330300 рабочих мест. Лопнувший пузырь акций фирм, делавших бизнес на Интернете, и террористическая атака 11 сентября 2001 года привели к потере 222700 рабочих мест. Так что у нынешнего Нью-Йорка еще есть резерв.
В отчете Fiscal Policy Institute отмечается: «Беспрецедентный характер нынешнего экономического кризиса делает любые прогнозы весьма приближенными, оставляя лишь ощущение того, что он будет длительным и чреват значительным спадом на рынке труда».
Состояние умов хорошо иллюстрирует ситуация в Школе журналистики CUNY, где выпускникам остается месяц до выхода в трудовую жизнь. Любые разговоры у них начинаются с обсуждения тревожных перспектив на рынке СМИ. Говорит Джессика Фиргер,  безуспешно потратившая уже много времени на поиск полноценной работы: «Еще не успев поздороваться, моя подруга-однокурсница сразу  спрашивает: «Ты слышала о сокращениях на Viacom?». Люди просто не знают, что делать.»
Те, кто имеет работу, тоже чувствуют себя весьма неуютно. Фирмы отказываются компенсировать в зарплате рост инфляции, сокращают количество рабочих часов. По словам Динаполи, премии на Уолл-стрит за 2008 год будут вдвое ниже, чем в 2007 году, когда на них было израсходовано 33.2 млрд. долларов. Теперь многие сотрудники финансовых компаний подсчитывают, хватит ли им денег, чтобы продолжать занимать арендованное жилье или обеспечить детям возможность учиться в частных школах.
По данным ревизора Нью-Йорка Уильяма Томпсона, сокращение рынка труда грозит казне города потерей 4.3% доходов в 2009 финансовом году. Как следствие главы города и штата сообщают о планах все большего сокращения расходов.
По данным Wolters Kluwer Health, за два месяца – сентябрь и октябрь – прошлого года было выписано 366870 рецептов на лекарства от бессонницы, что на 7% больше аналогичного периода год назад. Успокаивающих средств - 317268, а рецептов на антидепрессанты – 926654, что соответственно больше на 5%, чем год назад. Говорит психиатр Джонатан Алперт: «После коллапса Lehman число моих пациентов выросло на 10%, причем люди рассказывают о строимых ими страшных сценариях, когда придется забрать детей из частных школ, продать свои кондоминиумы и вообще уехать из города. И это при том, что они еще не потеряли работу. Они просто в панике».
А есть и такой «выход» из положения. Тим Хилл, лишившийся работы в одном из хедж-фондов семь месяцев назад, решил тратить свое освободившееся время на визиты к бабушке и дедушке, на посещение спортивного зала, на поездку в Европу. И видя, как его сохранившие работу сослуживцы волнуются насчет потери денег своих клиентов и собственных, работы вообще, он пришел к выводу, что ему просто повезло. «Бывшие коллеги по работе говорят, что я – счастливчик, т.к. делаю все, что хочу. Они жалуются, что в последние три месяца работа стала непомерной моральной нагрузкой», - говорит Хилл. Он, правда, умалчивает, что для ведения такого образа жизни безработного нужно иметь приличный денежный запас.
Спад в уровне жизни заметен во многих местах. Так, например, сейчас забирают детей из детского сада чаще мамы, чем няни, т.к. первые лишились работы. Стали появляться там и папы, которых любопытствующие боятся даже спрашивать о причинах такого визита.
Многие психиатры, столкнувшись с ростом числа пациентов, приходят к выводу, что стресс – болезнь заразная. На человека действуют не только его собственные неприятные обстоятельства, но и плохие новости о делах у родственников, знакомых, друзей. Добавляет масла в огонь стресса различная негативная информация о фондовых рынках. Достаточно упомянуть об афере Медоффа.  Говорит Алперт: «Люди выглядят так, как будто их отключили от источника энергии».
Эксперты считают, что нынешний пессимизм ньюйоркцев превосходит возникший после 11 сентября. Тогда люди испытывали моральное оскорбление, пронизанное  духом сопротивления терроризму, которое подпитывала поддержка всей страны. Наблюдалось единство нации, чего нельзя сказать о сегодняшнем дне.
Коллективный психоз приводит к тому, что любой факт экономического провала воспринимается как начало конца. Например, новые пустые дома, приостановленные проекты застроек, активизация преступности, банкротства компаний, рост цен и т.п.
Возникающий у ньюйоркцев призрак 70-х приводит их к решению покинуть Нью-Йорк, что, в свою очередь, удручает тех, кто на такой поступок еще не решился. Интернетный бизнесмен Роберт Ловенхайм, решивший уехать с семьей в захолустье Пенсильвании, говорит: «Платить 6 тысяч долларов за рент еще год назад казалось мне вполне разумным, но не теперь, когда правила игры в экономике существенно изменились к худшему». Пугает Ловенхайма и рост преступности.
Думает о возвращении в Азию Крис Льюис, уволенный в декабре с должности брокера в банке Credit Suisse: «Я не знаю теперь, как мне оплачивать мортгидж и медицинскую страховку, и не вижу никаких перспектив в поиске работы в Нью-Йорке». Такие же мысли посещают и тех многочисленных выходцев из Индии, которые потеряли работу в городе.
Правда, эксперты отмечают, что отъезд из Нью-Йорка за период 1970-1980 годов 823 тысяч человек (люди переезжали в пригороды или следовали за их фирмами, покидавшими город) был с лихвой компенсирован появлением в городе почти 800 тысяч иммигрантов. Будет ли такая компенсация действовать сейчас – весьма сомнительно.
Также сомнительным становится сейчас лишь недавно выглядящий вполне осуществимым и план М.Блумберга добиться, чтобы к 2030 году в Нью-Йорке проживало 9 млн. человек. Сам он, заметив, что «у плана PlaNYC 2030 больше нет розового будущего», явно не разделяет оптимизма ответственного работника Управления городского планирования Джозефа Салво, который утверждает, что в истории Нью-Йорка за спадом всегда следовал подъем. Слишком необычным является нынешний кризис, чтобы гарантировать продолжение такой тенденции.
Многим напоминает 70-е годы и нынешняя статистика преступности. В декабре число убийств выросло на 6%, ограблений – на 2% по сравнению с годом назад. Ограбления банков увеличились на 54%. И действия полиции не кажутся людям достаточно активными, чтобы избавиться от чувства страха и ощущения надвигающегося хаоса. Кое-кто подумывает о покупке оружия для самозащиты.
Сейчас начальник полиции Нью-Йорка Рей Келли решает проблему сокращения штата полицейских. В 70-е годы число полицейских было сокращено с 31 до 22 тысяч человек. В результате преступность выросла на 16%, а ее раскрываемость – только на 5.5%.
Понятно, что предстоящее сокращение полицейских, которых сейчас в городе насчитывается 36 тысяч человек, не вернет город к уровню преступности 70-х. Но рост числа бездомных до рекордных 9720 семей в конце ноября, сокращение расходов на общественный транспорт, на библиотеки и послешкольные программы у многих вызывает видение Нью-Йорка тридцатилетней давности.
Страхи о возврате в 70-е годы особенно раздражают М.Блумберга: «Мы не собираемся возвращаться во времена бесконтрольности на наших улицах, когда мусор не убирался, люди покидали город, а дома сжигались или конфисковывались. Я не думаю, что нас ждут такие трудные времена. Я остаюсь оптимистом».
Стефен Бергер, который в 70-е годы отвечал за бюджет Нью-Йорка, утверждает, что «сейчас положение гораздо хуже, поскольку оно требует фундаментальной перестройки, а не чисто административных мер излечения». Он убежден, что необходимо не просто сокращать расходы, а самым тщательным образом проанализировать их структуру и объемы, особенно в сферах образования и здравоохранения. «Мы не знаем, сколь долго продлится нынешняя рецессия, - говорит Динаполи, - но ньюйоркцам должно быть ясно, что им предстоит пережить, возможно, самый худший кризис начиная с 70-х годов».
Между тем им также должно быть ясно, что нынешний Нью-Йорк имеет мало общего с Нью-Йорком 30-летней давности. Расцвет культуры, улучшение работы общественного транспорта, рост сферы услуг, сокращение преступности, которая даже сейчас на 70% ниже, чем 15 лет назад, - все это убеждает, что страхи некоторых малодушных ньюйоркцев малообоснованны. «Город с 70-х годов завернул за крутой угол, его привлекательные черты, возникшие в 90-х годах, никуда не исчезли», - говорит профессор истории Колумбийского университета Кеннет Джексон. Не стоит забывать о том, что рецессия создала положительный фактор – снижение цен на недвижимость, что способствует экономической устойчивости Нью-Йорка.
Эксперты отвергают пессимизм тех, кого беспокоит призрак  70-х. Они указывают на оптимизм Блумберга, на обещание президента Б.Обамы не оставить город в беде, на значительно меньшие показатели безработицы по сравнению с 70-ми годами, на рост числа домовладельцев и работающих женщин в семье, на достаточное количество полицейских, на растущую привлекательность города, на приток иммигрантов.