ШАГ НАЗАД, И ВЫ В ПРОШЛОМ

Досуг
№5 (667)

Humboldt County лежит миль на 200 севернее Сан-Франциско, между Тихим океаном и реликтовыми лесами. Гигантские секвойядендроны или мамонтовы деревья, - самые массивные и самые высокие деревья в мире, покрывают узкую полосу западных склонов Сьерра-Невады. Иные из них по 18 м в обхвате, свыше 100 м в высоту и возрастом до трех тысяч лет. Секвойи росли на Земле более 160 миллионов лет назад, но с изменениями климата практически исчезли, и к настоящему времени осталось только три разновидности красного дерева: одна – в центральных районах Китая, вторая и третья – в США, в Северной Калифорнии.
Старожилы планеты с их ценнейшей древесиной безбожно вырубались, да и сейчас вырубаются, но отдельные участки объявлены национальными парками и взяты под охрану государства. На территории графства Хамболдт их два: Redwood Coast Overview и Redwood Park. В сказочных лесах этих парков, где вместе со струйками тумана в ветвях заблудилась вечность, человек невольно ощущает себя пигмеем у подножия безмолвных, величественных гигантов.
Туризм в графстве поставлен на хорошую основу – сплав на каяках, пешие, велосипедные и моторизованные прогулки по живописнейшим окрестностям, где на солнечных полянах разгуливают длинноногие лоси с ветвистыми рогами к озерам с огромным количеством птиц. Таким огромным, что когда с заболоченных вокруг залива Хамболдт земель тучами снимаются с места ржанки, все небо – от горизонта до горизонта, превращается в этакий гобелен, сотканный из птичьих крыльев.
Разнообразная и богатая флора и фауна не единственная ценность здешних мест. Под стать ей и очаровательные маленькие города-жизнелюбы. Их гостеприимным, хлебосольным жителям есть что показать, чем угостить и чем удивить гостя. Но сначала коснемся чуточку их истории, ведь города эти давно уже стали архитектурными историческими памятниками и гордостью Северной Калифорнии.
К 1800-му году графство Хамболдт было уже довольно густо (по тем временам) заселено, чему благоприятствовали его природные условия. Эмигранты из разных уголков земли привносили свои обычаи и традиции, находившие отражение и в архитектуре, и в укладе создаваемых ими поселений, при одном взгляде на которые можно безошибочно определить, кто их строил.
Основной городок графства – Ферндейл, зародившийся с середины XIX в, вошел во все литературные источники, как Victorian Village of Ferndale. Основателями городка-деревни принято считать двух братьев – Сета и Стивена Шоу. Летом 1852-го они поднялись вверх по реке Угорь на каноэ. Местность им очень понравилась, и они решили на ней осесть. Реки, смешанные леса – ольшанник, сандал, сосны, заросли папоротником небывалой высоты, пологие холмы, покрытые густыми сочными травами, – настоящий рай для будущего натурального хозяйства. Облюбовали братья в верховьях речки Франциска два участка в несколько акров земли, очистили их от леса и зарослей, проложили дорогу к реке и поставили первую времянку. К ним начали присоединяться другие колонисты, деля между собой участки, расчищая и застраивая их по примеру братьев Шоу. Только вот Стивен не захотел тут задерживаться и уехал в Сан-Франциско. А Сет через два года построил первый настоящий дом, открыл в нем почтовую контору, назвав ее Fern Dale (“Долина Папоротников”). Так оно и закрепилось за растущим вокруг городом – Ферндейл.
Лет 25 спустя в Ферндейле проживало уже более тысячи человек. Занимались они в основном сельским хозяйством и скотоводством. А потом сконцентрировали свое внимание на маслобойнях и по примеру сограждан-датчан, начали объединять их в кооперативы. Производимое ими масло не только находило спрос в соседних городах, но и стало считаться лучшим в штате. За городом маслобойщиков закрепилось прозвище: “Масляный город”, а за их нарядными разноцветными домами – “масляные дворцы”.
Маслоделы Ферндейла стали новаторами во многих технологиях производства и обработки масла в Америке, его упаковки и транспортировки. В том числе и производства сухого молока. Ферндейл превратился в важный транспортный центр и самый крупный город графства. У него стабильное и почетное место в экономике штата, собственный аэродром и портовая гавань на Соленой реке, с которой ежедневно отправляются грузовые суда с сельхозпродукцией в Eureka.
Eureka – приморский портовый город, не уступающий в популярности Ферндейлу: очаровательный, вычурно-затейливый и к тому же один из старейших в штате. Поскольку стройматериал у него под боком (красное дерево, которое не по челюстям термитам и из которого построены все каркасы домов в сейсмоопасной Калифорнии), жители здешних мест в основном специализировались на деревообрабатывающей промышленности.
Городок возник еще раньше, чем Ферндейл, – в 1800 году. Свое название – “Эврика” -  получил во времена Золотой лихорадки. По-английски Eureka звучит, как “Юэрика”. (Кстати, Eureka – девиз Калифорнии, запечатленный на ее Большой печати с 1849 года, в память об открытии в штате месторождений золота.)
“Гуляя по улицам Юэрики, абсолютно теряешь чувство реальности, – делится впечатлениями одна русская туристка. – Кованые огромные часы, старинные фонари, кондитерские и шоколадницы, благоухающие ванилью и корицей. Да и вообще весь город будто какое-то сладкое кондитерское лакомство – сказочное, утягивающее в детство”.
Время шло, а Victorian Village нисколько не менялся, оставаясь лубочным городком с “масляными дворцами”. В наши дни его считают эталоном деревянной архитектуры готического стиля на тихоокеанском побережье, этаким круглосуточно действующим историческим музеем под открытым небом. Более того, Ферндейл был официально объявлен одним из прекраснейших городов Америки. Его смело раскрашенные, непохожие друг на друга дома построены из незнающего сноса красного дерева. И хотя иным из них уже больше полутора сотен лет, они по-прежнему в прекрасном состоянии, будто их только вчера построили.
То первое здание почты, чье имя носит город, по-прежнему украшает его главную улицу, только теперь это не почта, а “постоялый двор” – Shaw House Bed & Breakfast Inn, оформленный, разумеется, в викторианском стиле, как и все прочие его гостиницы: антикварная мебель, кровати с пуховыми перинами, под балдахином, в каминах весело потрескивают поленья.
Но привлек мое внимание к этому масляному городу даже не его внешний вид, а удивительная способность его жителей не только с полной отдачей трудиться, но и необычайно насыщенно и изобретательно проводить свой досуг. Казалось бы, что можно придумать для саморазвлечения в маленьком, провинциальном затерянном в исполинских лесах городишке. Оказывается, еще как можно! Перечислить все их ежегодно планируемые культурные мероприятия, занимающие несколько страниц, не представляется возможным. Но об основных я все же вкратце расскажу.
 Ежегодно с 13 по 23 августа вот уже 113 лет в Ферндейле проводится традиционная ярмарка графства – Humboldt County Fair с неукоснительным соблюдением ярмарочных правил времен колониальной Америки. Это самая старая в Калифорнии ярмарка такого масштаба и размаха, к тому же ни разу не нарушившая своих традиций с 1896 года. Ярмарка, на которой, как в добрые старые времена, помимо торговых мероприятий, проводятся конные бега, гонки на мулах, состязания крупного рогатого скота, демонстрации лучших пород собак, овец и других животных, выставки цветов, выставки-продажи произведений прикладного искусства и кустарных изделий, аттракционы, уникальные гонки движущейся скульптуры, о которой чуть позже. Традиционная ярмарка в Ферндейле – веселый, красочный и долгожданный праздник для жителей графства, на который гостеприимные хозяева радушно приглашают всех, желающих принять в нем участие.
Фантазия и энергия этих людей поистине неистощима. У них даже Рождество особое – викторианское. Поверни вместе с нами время вспять, призывают они, ощути тепло и прелесть старомодного Victorian Christmas. Расслабься и отдохни от суеты. Для этого нужно, чтобы хозяева магазинов и магазинчиков, сами горожане и их гости были одеты по моде тех лет. Стань на день сборщиком винограда, брадобреем, конюхом, фермером, советуют они, или придумай и сшей свой собственный костюм – все что угодно, но чтобы это было оригинально, смешно и старомодно. А уж местные музыканты и кулинары постараются, чтобы вам было хорошо и весело. О соответствующем декоре города все заботятся сообща.
Появилась с недавних пор в Ферндейле и еще одна занятная традиция – гонки на кинетических, то бишь движущихся скульптурах (Kinetic Sculpture Race). Каждый год на Mother’s Day собираются на центральной улице доморощенные конструкторы-оригиналы и отправляются в 45-мильное странствие по дорогам и бездорожью, по суше и воде, через вспаханные поля, песчаные пляжи и болота на своих самодельных транспортных средствах, движущихся за счет не лошадиной, а человеческой силы – с помощью педалей. И каждое транспортное средство – причудливое и нелепое произведение искусства.
Основателем и зачинщиком этого забавнейшего вида творчества был Hobart Brown, скульптор по металлу и хозяин местной художественной галереи. В 1968 году в порыве тврческого вдохновения он использовал старые велосипеды сына и, добавив к ним листовое кованое железо, создал нечто невообразимое – красное, двуликое, многоглазое и зубастое, управляемое штурвалом и способное перемещаться на пяти колесах.
Приятель Хобарта, Джек Мэйс, долго смеялся над выдумкой скульптора-фантазера, а потом, загоревшись, заявил, что может сотворить и не такое. И поставил на колеса с педалями 12-метровый армейский то ли бензобак, то ли трубу. Но дело тем не кончилось. И год спустя, на Mother’s Day, оба приятеля и примкнувшие к ним еще 9 чудаков гордо крутили педали на созданных ими движущихся монстрах по центральной улице города на удивление и потеху высыпавшим из своих домов горожан. Один соорудил железную чешуйчатую рыбину 10-метровой длины, другой – 5-метровые колеса, способные гулять по топям.
Дурной пример, как известно, заразителен. Чудаков становилось все больше. Все свободное от работы время трудились энтузиасты на задних дворах своих домов, готовясь к следующему рейсу. Хобарт Браун, носивший пышные усы, надев котелок, бабочку и фрак, усаживался в свое очередное творение, возглавляя процессию. Так зародился ныне широко известный ежегодный фестиваль Championship Kinetic Sculpture Race, который американская пресса окрестила “одной из самых идиотских гонок нации”. Однако кинетические чемпионаты начали распространяться по всей стране, а потом и вышли за ее пределы, появившись, в частности, в Польше и в Австралии.
“Только в графстве Хамболдт мог возникнуть подобный вид развлечений, процветающий вот уже более 30 лет! – с удивлением и ребяческим восторгом восклицает поприсутствовавший на гонках журналист лос-анджелесской газеты. – Дурацкое поведение, нелепые правила соревнований и общее безудержное веселье делают их незабываемыми.”