ГАСТРОСКОПИЯ

Юмор
№19 (681)

Юмор острее скальпеля. Врачи, как на подбор - хохмачи с серьёзными лицами.
Я тут на проверку ходил - кишку глотать. Нет, доложу вам, процедуры забавней!..
В зале ожидания язвенники, колитчики. Лица серые, атмосфера располагает...
Запускают по двое, как в разведку. Заходим с парнишкой, по виду мой ровесник.
Встречает медсестра - бабушка, ручки дрожат, в движении дребезжит, по всему - давно без смазки. Слепит очками, спрашивает:
- Через что?..
- В каком смысле? - смеюсь, - в смысле, казни?..
Шучу так.
- Не умничай, - шипит, - отвечай - верхом, низом?.. Где болит?..
- Желудок - отвечаю.
- Значит, ротом!.. - бормочет и что-то записывает. Буковки весёлые, закорючистые. Сижу, ухмыляюсь.
- Открывай! - велит она, откладывая ручку, и баллончиком в меня целит.
Открыл рот. Бабуся - “цвырк!..” какой-то гадостью на гланды. И соседу:
- Открывай!..
Тот послушно раззявился. Она и ему...
Сидим, морщимся, переглядываемся.
- Сплюнуть бы, - мычу бабке.
- Глотай!.. - шикает и глазами злобно - точь-в-точь вахтёрша общежития.
Чувствую - заморозило горло, не глотнуть. Сосед рядом слюну пускает: “Му-му-му...” - головой трясёт.
Она и ему сердито: “Глотай!..”
Он с полным ртом:
- Мне, - мычит, - с другого б конца заморозить!.. - а у самого пузыри.
Ну, умора!..
- Цыть!.. Тоже мне шутник выискался.
Сосед: “Я серьёзно! Мне в другую сторону!..”
Та отмахнулась и за ширму.
Вижу, парнишка погрустнел, озирается затравлено.
Из-за двери выплывает врач. Врач или санитар - не разберёшь. Все на одно лицо - в маске. Входит, руки потирает.
- Так-с, - говорит, - кто первый?
Мы, как на допросе, друг в друга пальцем.
Сосед мычит:
- Тут ошибка!.. Мне не в рот, а наоборот!..
Этот очки поднимает.
- Роза Дмитриевна, товарищ утверждает, что ему не в рот, а наоборот!..
Бабуся в листок подглядывает и змеёй: “С-с-с-с...”.
Я давлюсь, слюнями булькаю - смешно, ей богу!..
- Ладно, - говорит врач-санитар - разберёмся. Заходите, шутники.
Это мы-то!..
Заходим. А там, как на бойне. Завозят, вывозят... Все в белом, рукава закатаны. Занятость максимальная.
В кабинете всё парное - два телевизора, два врача, два ассистента. Кто есть кто - не разобрать. Бригадный подряд. С двух сторон прочищают население полуметровыми шлангами.
Вот, - думаю, - отчего очередь быстро. А я, идиот, радовался.
- Ложитесь, - говорят, - на левый бок!..
Схватили мы по каталке. Укладываемся.
Я ещё подумал - только б шланги не перепутали!.. И даже усмехнулся.
Мастеровые составляют каталки валетом, суетятся.
Лежу, нюхаю соседские ноги, вдруг голос за спиной:
- Снимай штаны!..
Толкаю соседа, мол, к тебе обращаются. И вдруг понимаю, что сосед-то ртом наружу, а я как раз, нет.
А сосед, притих, будто заяц в трамвае. Вроде ему в другую сторону ехать.
Неуютно мне стало. Заворочался. Мычу, что есть мочи. Уж больно не интересно кишку кишкой глотать. От перспективы даже пятки потом покрылись.
А заморозка уже в крайнюю фазу вошла. Слюнями затёк, сказать не могу, только трепыхаюсь, да руками за пояс - судорожно.
Слышу врач кому-то:
- Несите ремни, у нас сопротивление!..
Я соседа толкаю, мол, откликнись, сволочь - меня ж из-за тебя не с того ракурса инквизируют!.. А он студнем покачивается и как рыба...
Наваливаются на меня. Руки от пояса рвут, к каталке ремнями...
Я соседа коленками - прямо в поле исследования. Дёрнулся он. Голову ко мне воротит и через плечо, точно собака, смотрит. Слёзы по лицу ручьями. А во рту скоба... Взгляд его страдальческий мне говорит, мол - виноватых нет, не трепыхайся, отмучаемся, с меня бутылка.
От безысходности силы во мне взыграли.
- Му-му!.. - бьюсь, - му-му!.. - пинаю соседа, мол, поддержи, собрат!..
Тут и он взбунтовался. Дико так замычал. Шланг от телевизора хвать и мимо рта, к тылу... Движения тыкающие производить стал. Чуть глаз мне не высадил.
Ну, и на него навалились.
- Куда ж ты суёшь?!.. - кричат, шланг из рук рвут.
Время действовать, думаю - ситуация критическая. Сейчас или никогда!.. Изловчился, как пудель, поймал кончик шланга зубами. Зарычал, на себя потянул... Телевизор накренился.
На меня тела посыпались. За имущество, видать им обидно стало. Придавили.
- Фу!.. Фу!.. - кричат, - кака!.. Брось!..
А сосед ничего - молодец. Уловил момент, изловчился и рванул штаны к коленям, демонстрируя врачебную ошибку. Так отрылась обратная сторона его личности - геройская.
Слегка скособочив челюсть, шланг у меня всё же вырвали. Но справедливость восторжествовала.
Врачи зашептались, стали смотреть в бланки, читать фамилии. Мы победоносно мычали!..
- Извините за недоразумение! - говорят шлангомёты и, крутанув каталки, состыковывают нас по диагнозу. Возражений нет.
Шланг с отметинами моих зубов, светится жёлтым, смотрит испытующе. Хорошо, - думаю - что сосед не запользовал...
В рот вставили скобу.
- Глотай!.. - говорит доктор, подходя вплотную.
С разинутым ртом и замороженной глоткой - глотать?! - думаю, а шланг уже в пищеводе.
- Глотай! - приговаривает инквизитор, копошась в моих в потрохах, - глотай!..
Будто закоротило: “Глотай!.. Глотай!..”
Оказывается, я умею чревовещать!.. Желудок заговорил незнакомым мне басом и стал выводить такие деепричастные обороты, с пеной и матом, что если бы не острое желание умереть, я б собой возгордился. Сосед за спиной подпевает фальцетом, покусывая подушку и извиваясь ужом. Вообще, он оказался довольно прытким малым. Истину говорили древние: “Чтобы узнать человека - веди его в пыточную!..”
Заливаюсь слёзами, чувствую себя подвешенной на вертеле свиньёй. Мысленно даю обет: “Питаться кошерно”.
Шланг, натыкаясь на преграды, слепо ищет выхода, и меня окутывают сомнения.
“Может зря менялись!.. - думаю, взвешивая величину противоестественности обеих методов. - Нет. Определённо зря!.. Надо соседа спросить...”
Но спросить не удалось. Он всё ещё скулил, когда меня вывозили.
- У вас всё в порядке! - говорит мне Петросян в маске.
Заморозка отошла. Речь восстанавливалась.
- Вы уверены, доктор?!..
- Абсолютно! - он улыбается и его улыбка режет серпом.
- Так что ж вы?!.. Значит, всё зазря? Всё без толку?..
Эдуард РЕЗНИК,
Беэр-Шева