Ядерное оружие против террора?

Спецслужбы
№39 (335)

По мнению американских стратегов, ядерное оружие может найти применение и в борьбе с террором. При этом оно должно иметь сравнительно невысокую мощность и его целями должны быть не крупные военные базы и города с большим гражданским населением, как в «большой» войне, а упрятанные глубоко под землю командные пункты террористических организаций и их лаборатории, пытающиеся разработать новые виды биологического и химического оружия.
Высокую точность наведения на цель размером в считанные дюймы может обеспечить развернутая в космосе и уже испытанная в боевых условиях спутниковая глобальная навигационная система GPS. А для разрушения спрятанных в горных скальных массивах и неприступных для обычной бомбардировочной авиации бункеров террористов должны использоваться, считают военные, специальные ракеты или бомбы с ядерным зарядом малой мощности.
В настоящее время в ядерном арсенале военно-воздушных сил Соединенных Штатов уже имеется 1200-фунтовая бомба В61-11подобного назначения. Как показали испытания на ложе высохшего озера, она способна уйти под землю почти на 20 футов. Препятствием для более глубокого проникновения стала недостаточная мощность взрывного устройства.
Чтобы усилить это оружие, конструкторы решили использовать апробированный столетиями артиллерийский принцип – разгон снаряда в стволе, или «трубе», как его издавна называют старые пушкари. Именно эту идею буквально и в переносном смысле взяли на вооружение ученые из Министерства энергетики (Department of Energy – DOE) и Национальной лаборатории Сандия в Альбукерке в штате Нью-Мексико, которые совместно разработали проект новой бомбы против террористов.
Испытания его первого образца прошли успешно, но выявили весьма серьезную техническую проблему. По мере того как снаряд врезается в скальный грунт, на него действует огромное давление, которое оказывается достаточным для того, чтобы даже самые прочные артиллерийские сплавы размягчились и «потекли» подобно расплавленному пластику. Это чревато тем, что основной заряд бомбы не взорвется, и, таким образом, готовое к употреблению ядерное оружие может оказаться в руках врага.
Через некоторое время выход был найден. Избежать деформации «трубы» смогли с помощью охватывающей ее оболочки, выполненной из высокопрочного материала на основе углерода. Недавно две национальные лаборатории - Сандия и известная «кузница» атомного оружия в Лос-Аламосе - организовали центр для совместных исследований, целью которых является поиск технологий создания таких материалов для следующего поколения ядерных «взломщиков».
Как сообщает один из участников этой работы, бывший сотрудник Лос-Аламосской лаборатории Стефан Янгер, высокая точность попадания позволит использовать в них минимальное количество ядерной взрывчатки. Однако прежде разработчикам предстоит решить еще две проблемы – физическую и правовую. Физическая заключается в том, что с уменьшением массы ядерного заряда надежность бомбы заметно снижается. Иначе говоря, для того чтобы инициировать рождающую взрыв ядерную цепную реакцию, в ней должно содержаться определенное количество расщепляющегося материала.
За прошедшие годы атомная физика продвинулась вперед, и в настоящее время создание надежного ядерного оружия ультрамалой мощности считается вполне возможным, если бы это не было запрещено американским законодательством. В 1994 году, опасаясь распространения портативных атомных бомб «кейсовских» размеров, которыми, в частности, могли бы воспользоваться и террористы, Конгресс Соединенных Штатов запретил лабораториям Министерства энергетики проводить «исследования и разработки, которые могли бы привести к производству нового маломощного ядерного оружия, включая и маломощные боеголовки». Из-за этого запрета военные конструкторы оказываются ограниченными в своих поисках и часто вынуждены использовать для своих разработок базовые узлы из уже существующего термоядерного оружия.
Как объясняет Янгер, работающий сейчас в Министерстве обороны, после попадания в подземный бункер маломощная атомная бомба взорвется, расплавив при этом окружающие скальные стены. Охладившись и застыв сразу после взрыва, они заключат бывший бункер в почти герметичную и непроницаемую для радиоактивных частиц капсулу. Тем самым обезопасив окружающее население от радиоактивного заражения.
Однако далеко не все специалисты уверены, что все произойдет именно так. Например, известный физик Роб Нельсон из Принстонского университета, являющийся экспертом по разработке новых видов ядерного оружия, рассмотрел зависимость вероятных геологических разрушений от глубины ядерного взрыва. По мнению Нельсона, действительно большая часть расщепляющихся материалов останется в границах площади взрыва, однако облако радиоактивных газов, вырвавшееся из образованного при этом кратера может облучить множество находящихся поблизости людей. Нельсон рассчитал, что оружие мощностью около 0,1 килотонны, освобождающее при взрыве менее одной двухсотой части энергии бомбы, сброшенной на Хиросиму, должно достичь глубины в 230 футов. Но если бы оно было использовано вблизи такого крупного города, как Багдад, количество невинных жертв исчислялось бы сотнями тысяч.
Предупреждение Нельсона никого не должно удивлять. Угроза выпадения радиоактивных осадков от самых маломощных подземных ядерных взрывов была отмечена Комиссией по атомной энергии еще в начале 60-х годов. Тогда на Национальном испытательном полигоне, в 75 милях севернее Лас-Вегаса, проводились испытания с целью изучения возможности использования малых ядерных боеголовок для гражданских проектов. В частности рассматривалось перемещение больших масс земли, необходимое при прокладке таких больших каналов, как Панамский.
18 декабря 1964 года крошечная 0,1-килотонная боеголовка была взорвана на глубине 89 футов. Наружные разрушения от взрыва были весьма ограниченными, но, как выяснилось через несколько лет после публикации секретных материалов, в атмосфере образовалось облако летучих частиц радиоактивного йода. Радиация, возникшая при этом взрыве, отмечалась потом в штатах Аризона, Калифорния, Колорадо, Айдахо, Иллинойс, Невада, Нью-Мексико, Юта и Вайоминг. И хотя интесивность ее была совсем незначительной, память об этом должна заставить не раз задуматься современных политиков и военных, собирающихся применить на практике новое мощное оружие.