Королева дураков

Литературная гостиная
№23 (946)

В деревянной залатанной лодке вполне сносно разместились трое. Трое настоящих мужчин, которые достаточно прилично сдали экзамены, чтобы вознаградить себя безмятежным путешествием по реке.

Солнце, купание, шахматы, футбол по транзисторному приемнику, костер, уха, свиная тушенка – и никаких девиц! Ни-ка-ких! Этот уговор был твердым. Две недели полной свободы, мужского товарищества и полного покоя...

И если бы девушка не плакала, они, конечно, прошли бы мимо. Она стояла на берегу и со слезами в голосе просила:

- Ребята подвезите. Ну, пожалуйста!

Они молча переглянулись, как бы спрашивая друг друга: можно ли оставить в беде беспомощное, хрупкое создание?

- Причаливай, - скомандовал Володя. В трудные моменты он всегда брал руководство на себя.

Девушку звали Лялей. Нрава она оказалась веселого, компанейского. Свою историю рассказала так забавно, что суровое решение ребят окончательно растаяло.

- Всему виной моя глупая гордость, - улыбнулась Ляля.  – Сначала все было хорошо. Подруга с мужем и еще одним – не то агрономом, не то инженером – привезли меня сюда на «Москвиче». Купались, загорали, играли в «подкидного дурака». И я всех обыграла! А потом вдруг ни с того ни с сего они решили заниматься профилактикой автомобиля. Ну, там чистить, смазывать, мыть... Представляете: я и профилактика машины! Достали инструменты, тряпки, щетки. Я измазала руки в каком-то солидоле, а бутылку с веретенным маслом опрокинула на траву...нечаянно. Муж подруги наорал на меня будто я его домработница. Представляете? В общем, мое терпение лопнуло. - Ляля застенчиво улыбнулась и добавила: - Нет, вы не думайте. Я голос не повышала. Я тихо-спокойно посоветовала в следующий раз брать не меня, а  слесаря-механика и мойщика со станции обслуживания.

– Молодец, – одобрил Коля. – Правильно сказала – кивнул Володя. – Нашли даровую силу, - проворчал Женя.

Ляля тряхнула головой.

– Ладно, не хочу о них думать. Такой чудесный день! Вода! Небо! Деревья! Кто-то из писателей сказал: « Очарование природы делает людей добрыми». Не всех, конечно. Вас, например, делает.

Ляля направила лучи серых глаз на Колю, потом на Женю, на Володю, и в ее мягком, баюкающем голосе зазвучали игривые нотки:

- Вдруг вы заставите меня шпаклевать и смолить ваш корабль?

Ребята засмеялись, давая понять, что они «вовсе не такие».

- Как славно! – думала вслух Ляля. – Мне с вами сразу стало легко и просто. А это бывает так редко. Слишком уж люди теперь практичные, грубые. Читаешь рыцарские романы – завидно: «На все готов ради прекрасной дамы!» А наш доцент-химик врезал мне тройку только за то, что я хорошенькая. Да, да! Если  хорошенькая, значит дурочка.

- Точно, некоторые так думают, - подтвердил  Володя. – Вон женькина Оля сдавала гидравлику. Губы накрасила, маникюр сделала, прическу, и ей с ходу трояк. А она в этой гидравлике сама почти профессор. Спроси Евгения.

Женя смутился, но немедленно «отомстил»:

- А Володина Тамара нарочно попроще оденется, причешется гладко, и – пятерка!

Теперь почему-то смутился Володя. А Коля, боясь как бы приятели не помянули его Наташу, торопливо сострил: 

- Итак, слушали: о вреде привлекательной внешности, постановили: осудить поверхностный взгляд на хорошеньких студенток!

Ляля подвела итог:

- Я уверена: настоящие мужчины не могут думать поверхностно.

- Не могут! – дружно замотали головами ребята, причисляя себя к «настоящим». И это они наперебой демонстрировали своей спутнице весь день. Коля рассказывал анекдоты. Он имел успех и был вознагражден заливчатым смехом. Володя под аплодисменты маленьких ладошек исполнял на расческе попурри из оперетт. А Женя во время этого концерта нервничал, у него не было артистических талантов. У него были способности к точным наука, но как их проявишь здесь, в лодке? Но он нашел выход: попросил на минуту причалить, соскочил на берег, сорвал большой красный мак и вручил его Ляле.

- От всех нас!

Этот маневр был понят, и Ляля бросила на Женю лукавый и  ободряющий взгляд: «Все понятно, спасибо»! Женя успокоился, повеселел. Достали колоду карт и, пустив лодку на произвол течения, сыграли в «подкидного дурака». Ляля играла умело, расчетливо. Ни разу не проиграла. Это также возвысило ее в глазах ребят.

- Ляля – королева дураков! - самокритично сострил Коля.

Снова взялись за весла. Двое гребли, двое отдыхали. В числе отдыхающих всегда была Ляля. Ее робкие попытки сменить кого-нибудь из гребцов единодушно отвергались -эта работа не для женщин.

Ляля отблагодарила своих рыцарей песенкой.  У нее  был приятный голосок и современная манера пения: полушепотом, с придыханием. За первой песенкой последовала вторая. А после бурных рукоплесканий – третья и четвертая.

Вдруг кто-то окликнул:

- Эй, филармония! Аккомпанемент не нужен?

Мимо скользила другая лодка, которую гнали вперед сильными рывками двое в очках и в одинаковых рубахах. На корме сидел парень и размахивал гитарой. Он заиграл мотив последней песенки, которую пела Ляля, и бросил вызов:

- Догоняйте!

- Обойдемся! – крикнул вслед Володя.

Но Ляля решила иначе:

- Неужели сдадимся? Мальчики, давайте поднажмем!

Гонка длилась долго и протекала с переменным успехом. В обеих лодках гребли втроем, гребли из последних сил. От судорожных движений весел иногда взлетал веер брызг и обдавал Лялю. Она смеялась, весело отряхивалась и подгоняла своих:

- Раз, два! Раз, два! Раз, два!

У Жени на спине взмокла безрукавка. Володино лицо заливал соленый пот. Коле не хватало дыхания. Однако они были готовы умереть, но не капитулировать!

Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы противники не выронили весло. Видимо, очкарикам и гитаристу надоело надрываться: весло они ловили подозрительно долго.

Ляля сияла, была возбуждена:

- Как мы их ловко! Жаль, что гонка неофициальная, а то мы получили бы какой-нибудь кубок!

Ребята устало улыбались. Опять лодка оказалась во власти реки. Вскоре ее прибило к берегу. Ляля прыгнула на траву:

 - Мальчики, а не пора ли нам закусить? Что-то я проголодалась.

Она вынула из маленькой изящной сумки банку консервов:

- Давайте уничтожим моих «бычков в томате». Я угощаю!

« До чего мила, до чего непосредственна эта Ляля! – подумал каждый из ребят. И, не сговариваясь, они начали выкладывать прямо на траву под деревом большой кусок ветчины, банки мясной тушенки, масло, помидоры, огурцы... Из туго набитой авоськи высыпали гору яблок. Появился толстый кулек с «раковыми шейками» и сливочными тянучками... Короче говоря, щедрое братство выложило для пира все, что было заготовлено на две недели путешествия. Все, кроме картошки, которая хранилась в носовой части лодки. Володя набрал в миску крупных картофелин и протянул ее Ляле:

- Ты будешь чистить. Женя соберет хворост. Я  –  шеф-повар, а Коля мой подручный. Все. Кто против?

Коля и Женя привычно отозвались:

 - Порядок!

Ляля промолчала. Она помялась немного и отдала миску Жене:

- Уменя  – маникюр, я пойду за хворостом.

Натюрморт на траве возбуждал аппетит, и работа спорилась. Женя старательно, но неумело чистил картошку. Коля гремел алюминиевыми тарелками. Володя топориком вбивал в землю рогатины для костра.

Ляля не появлялась долго, а когда вышла из лесу, ребята посмотрели на нее с недоумением: она волокла по земле одну тоненькую хворостинку...

- Ничего не нашла, - виновато улыбнулась Ляля.

- Николай, живо за топливом! – скомандовал Володя.  – А ты вымой эту штуку, - протянул он Ляле кастрюлю с остатками подгоревшей каши на дне.

Коля побежал в лес. Ляля скрылась в прибрежных кустах. Уже через 10 минут запылал костер.

– Ляля! Тащи посудину! – крикнул в сторону кустов Володя.

– Она утону-у-ла! - послышался оттуда голосок. Встревоженные ребята бросились к кустам. Ляля стояла босыми ногами в воде и беспомощно оглядывалась. – Выскочила из рук...А тут глубоко...И течение...

Женя сбросил безрукавку и прыгнул в реку. Коля с Володей тоже разделись. Три водолаза вели поиски кастрюли, а Ляля с берега давала советы:

 –  Дальше! Левее! Правее!

Неподалеку причалила лодка с очкариками и гитаристом. Гитарист подошел, усмехнулся:

 –  Тапочки утопили?

Ляля изящным движением откинула волосы и весело отозвалась:

 –  Клад ищем.

Подошли и очкарики. Один из них стал раздеваться:

 –  Что они там потеряли?

Ляля остановила его жестом, загадочно улыбнулась:

 – Ничего особенного.

Володя, высунув голову из воды, пристально наблюдал за Лялей покрасневшими от ныряния глазами  и вдруг спросил:

 –  Где кастрюля?

Женя и Коля тоже вынырнули. Володя повторил:

 – - Ляля, где кастрюля?

Девушка грациозно повернулась, исчезла в кустах и появилась с кастрюлей в руке.

– Ну, как? Ловко я вас разыграла?

Ее заливчатому смеху вторил смех гитариста и очкариков.

Володя молча забрал у Ляли кастрюлю   –  она была нечищеная. Не проронив ни слова, члены «братства» вернулись к костру, потушили его,  собрали продукты, сели в лодку и отплыли.

Ляля подняла оставленные на траве «бычки в томате», гордо дернула плечиками и разъяснила новым знакомым:

 –  Представляете? Они хотели сделать из меня домработницу!

– Ловкачи-и! – сочувственно улыбнулся Ляле один  из очкариков.

– Бывают же такие – поддержал другой.

А гитарист вложил два пальца в рот и презрительно свистнул вслед уплывающей троице.

Ида Басавина