Музеи: делать больше, тратить меньше

Америка
№26 (688)

Две недели назад «Русский базар» рассказывал о празднике знаменитой Музейной Мили – дне, когда все музеи,  расположенные на большом отрезке шикарной Пятой авеню в Нью-Йорке, приглашают жителей великого города и туристов бесплатно посетить свои богатейшие залы.
Заполнившие их толпы могут невольно вызвать подозрение, что люди падки на дармовщинку, но стоит только побывать здесь в «платные» дни, как оно мгновенно исчезает. Длинные очереди у касс и тысячи поклонников искусства у бессмертных холстов и скульптур безмолвно призывают не спешить с выводами.
Как же удается музеям принимать гостей во время экономического спада и вызванных им финансовых трудностей?
Начнем с того, что в феврале этого года на поддержку представителей искусства и связанных с ним некоммерческих организаций Конгресс Соединенных Штатов выделил лишь 50 миллионов долларов из 787 миллиардов, которые предполагается израсходовать в рамках антикризисного плана президента Обамы. Тем более радует, что нью-йоркские художественные сокровищницы не собираются сворачивать свою благородную деятельность. По словам председателя правления музея Метрополитен Джеймса Хогтона, он (музей)  «останется ярким культурным ресурсом для самой широкой аудитории». Это заявление подтвердил другой член руководства - Гарольд Хользер, сказавший, что «никто даже не думает о сокращении часов или дней работы музея, как и о закрытии каких-то галерей из-за бюджетного кризиса».
Слова администрации Мет не расходятся с ее делами. И в этот нелегкий для него период музей продолжает устраивать новые потрясающие, как всегда, выставки. В мае здесь открылась ретроспектива Френсиса Бэкона, а только в одном июне прошли выставки «Наполеон ||| и Париж», «Шедевры исламской каллиграфии», «Перо и пергамент: рисунки средних веков», экспозиции первых живописных полотен Микеланджело и предметов африканского искусства. И все это при том, что из соображений экономии Мет собирается уволить летом 250 сотрудников и закрыть полтора десятка музейных магазинов по всей стране.
Аналогичные меры вынужден принимать и музей Гуггенхайма, только что сокративший штат своих сотрудников на 8 процентов. Казалось бы, не так уж и много. Но если учесть, что за этими процентами скрывается 25 новых безработных, радоваться здесь нечему.
Спад нанес искусству столь сильный удар, что два нью-йоркских музея решились на немыслимый ранее шаг: столкнувшись с долгом в 2,5 миллиона долларов, Музей Национальный Академии и Школа искусств продали две художественные работы из своей коллекции, чтобы покрыть текущие расходы.
А между тем посещаемость музеев в последние месяцы существенно увеличилась. Например, администрация музея Гуггенхайма неделю назад объявила, что количество посетителей у них бъет все рекорды. Это удивляет даже специалистов.
«Весьма любопытно, что депрессия - не худшее время для музеев, - говорит Майкл Конфорти, президент Ассоциации директоров художественных музеев. – Похоже, что мы на самом деле занимаем странное место в современной действительности».
Одну из причин роста притягательности искусства в трудные времена назвал директор Бруклинского музея Арнольд  Леман. Анализируя увеличение прошедшей зимой числа посетителей бесплатных субботних вечеров с 7 до 10 тысяч человек, директор сослался на... выросшую в период кризиса оплату бебиситеров.  «Родители с радостью водят своих детей в музей и остаются там с ними допоздна», - сказал он.
Чтобы повысить свою доступность и привлечь новых зрителей, музеи все больше и больше используют творческие маркетинговые методы, социальные компьютерные сети и блоги в Интернете. Так, Бруклинский музей, известный своими оригинальными, подчас спорными выставками, недавно ввел новый порядок членства, нацеленный в основном на 20- и 30-летних людей, и модернизировал свою беспроводную связь таким образом, чтобы посетители могли принимать записанные на пленку комментарии экскурсоводов с помощью своих сотовых телефонов.
Тут стоит заметить, что депрессия в какой-то мере играет на руку любителям искусства. В частности, не будь ее, зрителям, возможно, не довелось бы встретиться со многими художественными шедеврами. Как известно, публике показывается только один процент собранных коллекций, все остальное остается скрытым в запасниках. Сейчас же, пытаясь уменьшить расходы, музеи стали чаще обращаться к своим фондам.
И здесь Бруклинский музей оказывается в числе «передовиков». Недавно в его залах открылась большая выставка коптской и языческой скульптуры, в значительной степени составленная из хранившихся в запасниках предметов материальной культуры.
Музей также стал формировать из имеющихся в нем сокровищ больше выставок, которые отправляются в другие города и страны. Одну из них, «Жизнь вечна» («To Live Forever»), ждут более десятка других музеев. «Мы сейчас находимся на переломном этапе, - говорит Арнольд Леман. – Поэтому нам нужны  дополнительные доходы».
Не отстает от коллег и манхэттенский Музей современного искусства (The Museum of Modern Art - МоМА). В сентябре он откроет крупную выставку из серии картин Клода Моне «Кувшинки». При этом все ее экспонаты будут взяты из его собственной коллекции.
То, что происходит в Нью-Йорке, в значительной степени отражает общую картину современного состояния музейного дела в стране. Затягивать пояса приходится практически всем музеям в самых разных уголках Соединенных Штатов. Вот как это выглядит вкратце.
Музей искусств Лас-Вегаса сначала сократил свой бюджет на треть, а в феврале совсем закрыл свои двери для публики до тех пор, пока падение американской экономики не прекратится, и она не начнет восстанавливаться.
Детройтский Институт искусств уменьшил штат сотрудников на 20 процентов, а Художественный музей Балтимора и Денверский музей искусств отменили намеченные ранее выставки.
Материальные трудности не позволили Художественному музею Милуоки закупить необходимые ему аудиоплееры iPod и провести намеченную модернизацию здания, чтобы можно было пользоваться в нем сотовыми телефонами, как это сделали в Бруклинском музее.
Крупнейший в Америке музей Поля Гетти в Лос-Анджелесе, покрывающий за счет частных пожертвований до 70 процентов своего бюджета, не досчитался четверти благотворительных поступлений, собрав меньше пяти миллиардов долларов вместо шести, имевшихся в его фонде на пике благополучия в 2007 году. Из-за этого фонд  вынужден был пойти на 14-процентное сокращение персонала, что выразилось в ликвидации 205 рабочих мест.
В конце января Бостонский университет Брандайса объявил о закрытии из-за финансового кризиса принадлежащего ему Музея искусств Роуза (Rose Art Museum). В Чикаго на 25 процентов уменьшилась сумма пожертвований местному Институту искусств, что вынудило его поднять входную плату на 50 процентов и довести ее до 18 долларов.
Кстати, так поступают далеко не везде. Руководители многих музеев с бесплатным доступом, включая директора музея Гетти, клянутся сохранить этот режим, а бесплатный Художественный музей Цинциннати, который существенно уменьшил свои расходы и уволил семь человек, недавно пошел еще дальше, прекратив взимать плату и за посещение специальных выставок.
«Мы хотели бы, чтобы эти выставки посмотрело как можно больше людей, особенно сейчас, когда многие из них теряют работу, дома и средства к существованию», - говорит директор музея Аарон Бетски.
К счастью, сокращения бюджета, составляющие в среднем от 5 до 15 процентов, еще не слишком затрагивают выставки и образовательные программы. «В большинстве музеев они пока не влияют и на общественные мероприятия - концерты, лекции, семейные праздники, многие из которых бесплатны», - говорит Майкл Конфорти, который является также директором Художественного института Стерлинга и Франсин Кларк в Вильямстауне, штат Массачусетс, больше известного просто как «Кларк». Кстати, недавно открытая здесь выставка работ Тулуз-Лотрека, лучшая по посещаемости  за последние восемь лет, в основном состоит из работ мастера, взятых из собственной коллекции музея.
Спад нарушил и некоторые планы расширения музейных площадей, в том числе в Музее искусств Цинциннати и Художественном музее Сент-Луиса. Замедлился сбор средств для нового здания Музея современного искусства в Кливленде, вынудив его приостановить планы строительства до появления признаков оживления экономики.
А такие признаки, похоже, уже появляются. Понижение стоимости строительных работ позволило музею Метрополитен открыть после реконструкции Американское крыло и продолжить модернизацию анфилады галерей Исламского искусства и Института костюма; кливлендскому Институту искусств - приступить к расширению своего здания; Художественному музею Майами – начать строительство нового дома для его коллекции, а Музею искусств Индианаполиса - продолжить создание лаборатории консервации художественных произведений. Однако намеченное на сентябрь открытие при этом музее парка искусств и природы пришлось отложить до лучших времен. 
«Лучше не спешить с открытием, чем оказаться перед необходимостью увеличивать штат сотрудников», -  объяснил свое решение директор музея Макс Андерсон.
Его многочисленные коллеги утверждают, что,  несмотря на бюджетные проблемы, в целом работа американских музеев не изменилась. К сожалению, мало что поменялось и в порядке вознаграждения некоторых их руководителей за «доблестный труд». На фоне экономических трудностей их зарплаты выглядят, скажем так, несколько странновато.
В 2007 году глава музея Гетти Майкл Бренд принес домой более 500 тысяч долларов плюс 30 тысяч в бенефитах и почти 350 тысяч премиальных. Президент музейного комплекса Смитсоновский  институт заработал 800 тысяч, не считая премий и бенефитов, а президент музея композитора и певца Вуди Гатри получил 600 тысяч долларов. Впрочем, если вспомнить недавние скандалы с миллионными бонусами глав автомобильных и других крупных компаний, эти цифры могут показаться вполне невинными.
Главное же, как сказал президент Ассоциации директоров художественных музеев Майкл Конфорти, они «выполняют свою миссию и дают людям то, в чем те особенно нуждаются в это шаткое время –  ощущение стабильности и неразрывной связи времен».