А РАЗВЕ ЧТО-ТО ИЗМЕНИЛОСЬ?

В мире
№26 (688)

В отличие от Советского Союза, в Израиле нет и никогда не было ЦК КПСС с его секретарём по идеологии. Никто не приглашает на инструктаж главных редакторов газет, чтобы разъяснить им, что сегодня следует восхвалять, что порицать и против чего выступать с пеной у рта. Поэтому, можно только удивляться, что все средства массовой информации негативно восприняли речь президента США Барака Обамы, которую он 4 июня произнёс перед студентами каирского университета. Конечно, выходцы из Советского Союза привыкли к чёрно-белым выступлениям любых средств массовой информации. Что бы ни случилось на Кубе, в советских газетах она всегда была объектом для подражания, и, что бы ни случилось в США, они всегда могли быть только объектом для критики.
Но Барак Обама, к счастью граждан его страны, никогда не учился на факультете журналистики Московского университета. Поэтому он расставил акценты в своей речи в соответствии с теми представлениями о мировых процессах, которые считает наиболее соответствующими сегодняшней действительности.
Равновесие в мире никогда не было достаточно устойчивым. Политик такого калибра одним неосторожным словом может это равновесие нарушить. И если президент сказал что-то такое, что некоторым израильтянам могло не понравиться, и не сказал того, что по их же мнению должен был сказать, так это не потому, что он плохо относится к государству Израиль. Просто, он чувствует свою ответственность за сохранение мирового равновесия. Кроме того, в конституции США не написано, что каждый американский президент обязан объясняться Израилю в любви.
Государство Израиль появилось на свет в 1948 году, в каденцию президента США Гарри Трумэна. Его окружали дипломаты, которые не приветствовали создание государства Израиль. Но через 11 минут после того, как Бен-Гурион провозгласил это создание, президент Трумэн первым в мире заявил о признании государства Израиль. И, тем не менее, когда США по плану Маршалла стали финансировать послевоенное восстановление Европы и Японии, Израиля это фактически не коснулось, хотя он нуждался в таком финансировании не меньше, а больше других.
Трумэна на посту президента сменил генерал Дуайт Эйзенхауэр. Когда-то покойный генерал Лебедь, который считается автором множества замечательных афоризмов, сказал: “Генерал-демократ - это всё равно, что еврей-оленевод”. Эйзенхауэр был генералом, но став президентом, он ни разу не нарушил ни одного из принципов демократии. (Кстати говоря, если вспомнить, что Роман Абрамович много лет был образцовым губернатором Чукотки, вопрос с евреем-оленеводом тоже не так однозначен). Неоднозначное отношение к Израилю при Эйзенхауэре продолжалось. Когда начались события вокруг Суэцкого канала, Эйзенхауэр, совсем недавно публично заявивший, что “...все наши симпатии принадлежат героическому Израилю”, 30 октября 1956 года довёл до премьер-министра Бен-Гуриона своё намерение огласить декларацию, “...выражающую высокую оценку и дружбу в отношении Израиля в случае его готовности добровольно вернуться в пределы своих границ”. А когда неуравновешенный Никита Сергеевич Хрущёв заявил, что направит войска на помощь Египту, Эйзенхауэр поставил правительство Израиля в известность, что не будет препятствовать этому.
Самого популярного американского президента Джона Кеннеди, который сменил Эйзенхауэра, очень раздражало строительство ядерного реактора в Димоне. 16 июня 1963 года Кеннеди дал указание американскому послу в Израиле посетить премьер-министра Бен-Гуриона и вручить ему своё личное послание с категорическим требованием допустить в ядерный центр американских специалистов по ядерной энергетике, которые должны были убедиться в мирном характере израильской ядерной программы. Может быть, именно по этой причине в этот день Бен-Гурион написал заявление о своей отставке. Ставший премьер-министром Леви Эшколь, чтобы забюрократизировать и заволокитить острую проблему, предложил провести двустороннюю встречу для её обсуждения. Пока шла подготовка к встрече, президент Кеннеди был убит в результате теракта. Это как раз тот случай, когда не было бы счастья, да несчастье помогло.
Президентом США стал Линдон Джонсон. В его каденцию развивались события 1967 года. Когда президент Египта Гамаль Абдель Насер объявил, что сбросит Израиль в море, в Израиле в ответ призвали в армию резервистов,
Линдон Джонсон сформулировал свою позицию так: никакой помощи израильской экономике, находящейся в бедственном положении. Никаких угроз арабам с целью предотвратить военные действия. В случае если арабские страны нападут на Израиль - никакой военной помощи Израилю.
Именно в это время помощник американского президента по национальной безопасности Джордж Банди сделал своё, не оставляющее Израилю никаких надежд, заявление: “Америка придерживается нейтралитета и в мыслях, и в словах, и в поступках”.
Преемник Линдона Джонсона Ричард Никсон почему-то считается антисемитом. Но именно он был самым надёжным союзником Израиля из всех американских президентов. Когда назрели события 1973 года, он заявил, что не допустит поражения Израиля ни при каких обстоятельствах, распорядился приумножить венные поставки в Израиль и сообщил израильскому правительству:
“Израильская армия может, не считая, тратить расходные материалы (боеприпасы, топливо, запчасти). США гарантируют полностью и немедленно возместить любую убыль”.
Хозяева Овального кабинета в Белом доме, которые оттуда правили страной и миром после Джонсона - это Джеральд Форд, Рональд Рейган, Джон Буш-старший, Билл Клинтон и Джордж Буш-младший дружили с Израилем не каждый день.
Например, когда Рональд Рейган узнал о бомбардировке ядерного реактора в Ираке, он записал в своём дневнике: “Клянусь, надвигается Армагеддон”. Он же 31 марта 1983 года отдал распоряжение приостановить поставки в Израиль американских истребителей F-16 до тех пор, пока из Ливана не будут полностью выведены израильские войска.
Об этом периоде израильско-американских отношений можно не напоминать, потому что всё это было сравнительно недавно. Если о нём сказать кратко, то это выкручивание рук, предложение выбора, из которого есть только один выход, стремление относиться к израильским врагам с любовью и пониманием вплоть до их вооружения, и великое множество недружественных по отношению к Израилю высказываний и поступков.
Не нужно всё это драматизировать. Большая политика состоит не только из великих идей. Она ещё состоит из великого лицемерия. Следует всё время помнить, что, несмотря на зигзаги и спотыкания, американская помощь Израилю была всегда. Впрочем, слишком переоценивать её значение тоже не следует. С 1949 по 2006 год она составила 96,7 млрд. американских долларов. То есть в среднем в год 1,7 млрд. Это 1,5% израильского бюджета. То есть, если бы этой помощи не было, дефицит бюджета был бы несколько больше. Можно сопоставить с палестинской автономией, которая без зарубежной помощи, в том числе и израильской, тихо и мирно скончалась бы примерно через неделю.
Имея всё это в виду, можно иначе оценить речь президента Обамы в Каире. Он в частности сказал, процитировав Коран: “Кто убьёт безвинного, это все равно, будто он убил всё человечество”.
Он, правда, не процитировал те суры Корана, где говорится об обязанности мусульман убивать и грабить неверных. Но, если бы у него не было дипломатических способностей, он бы не смог стать президентом. Все средства массовой информации сосредоточились на позиции президента по поводу израильских поселений. Но в речи есть более значительные высказывания, которые направлены на пользу Израиля, и на которых необходимо сосредотачиваться в первую очередь. Президент, например, сказал:
“Палестинцы должны отказаться от насилия. Нет никакого мужества в том, чтобы запускать ракеты в спящих детей, или взрывать пожилых женщин в автобусе. Так моральный авторитет не завоёвывают. Так его теряют”.
Это не пощёчина так называемому палестинскому сопротивлению. Это удар под дых. В адрес ХАМАСа он сказал всего семь слов, но каких: “ХАМАС должен признать право Израиля на существование”.
Одним словом, радикального смена курса американской администрации по отношению к Израилю не произошло, хотя очень многие пытаются нас в этом убедить. Безмятежными отношения Израиля и США назвать нельзя, но ведь так было практически всегда. Так что же изменилось?

Тимур БОЯРСКИЙ