СОБАКИ, КОТОРЫЕ НЕ ЛАЮТ

В мире
№30 (692)

Великие люди носят имена улиц. Но не все улицы носят великие имена. В середине и конце 30-х годов прошлого века советские евреи называли мальчиков не только Иосифами, но и Адольфами. Иосифы гордо несли свое имя. А подросшие Адольфы стыдились этого имени и представлялись Аркадиями, Арнольдами, Андреями, Акимами и даже Аврамами. После Бабьего Яра и Освенцима евреи стали осторожней подходить к выбору имен. Зато у мусульман появился новый мощный стимул. Новорожденных теперь называют не только Мухаммедами и Ахмедами, но и осамабенладенами, ясерарафатами, хасаннасраллами. А в Санкт-Петербурге недавно назвали и Махмудахмадинеджадом.
Робертами тоже все еще называют. Но не в честь американского министра обороны Гейтса, который весьма пессимистично оценивает шансы мирового сообщества на укрощение  иранской ядерной программы. Выступая в Чикаго, Гейтс рассказал об ужасных последствиях, к которым может привести превентивный удар Израиля. Но и если ничего не делать, то ядерное оружие быстро распространится по всему Ближнему Востоку, что тоже грозит обернуться большими бедами. В общем, налицо явный тупик, выхода из которого Роберт Гейтс не видит.
В таких случаях лучше всего уйти в отставку, но Гейтс собрался лететь в Израиль. Не потому, что его тревожит состояние израильской безопасности, а чтобы довести до сведения Биньямина Нетаниягу: любые военные  действия против Ирана приведут к резкому ухудшению отношений с Соединенными Штатами. Поэтому самое разумное - переключиться с Ирана на Сирию, без которой “палестинская проблема” так и останется проблемой, несмотря на героические усилия спецпосланника Джорджа Митчелла.
Доводы Гейтса настолько “аргументированны”, что даже дилетант поймет, почему великая держава столь беспомощна и в военном, и в политико-дипломатическом отношении. Судите сами: «Односторонняя атака иранских ядерных объектов подорвет израильскую безопасность, а также нашу безопасность в Афганистане, Ираке в других точках планеты».
Как это отразится на Ираке и “других точках планеты”, знает, наверное, только сам Гейтс. Но не выдает эту “военную тайну”.
Газета “The Guardian” в отличие от Роберта Гейтса света в конце тоннеля не видит. Ирак, по ее мнению, уже потерян окончательно и бесповоротно. Американцы наступили, по сути, на британские грабли. Когда Великобритания захватила в 1918 году Ирак, ее население составляло 45 миллионов человек. Чтобы контролировать двухмиллионную страну, пришлось держать там стотысячный военный контингент. К 1950 году общая численность населения арабских государств не превышала 60 миллионов. В США тогда проживало 160 миллионов, а в колониальных Британии, Франции и Испании - порядка 120 миллионов человек. Но им не удалось закрепиться на Ближнем Востоке.
Сейчас ситуация еще хуже. В Ираке оно за полвека увеличилось в четыре раза, достигнув 30 миллионов, и растет без малого по миллиону в год. В Афганистане тоже приближается к 30 миллионам. И если средний возраст в Америке достиг 35 лет, а в Европе и вовсе 38-ми, то в Ираке он снизился до 18-ти, а в Афганистане - до 16 лет. При безработице в 25 процентов и умелой идеологической обработке это поистине неисчерпаемый источник “пушечного мяса”.
Америки “The Guardian” не открыла. О «силе цифр, которые не на нашей, а на их стороне», постоянно говорит демограф Джеймс Куинливан. В своей последней статье “Force Requirements in Stability Operations” он отмечал, что «население стран Третьего мира растет гораздо быстрее, чем население Соединенных Штатов». А посему Западу не по зубам «обеспечить в них стабильность». В качестве иллюстрации он ссылается на то, что в 1950 году совокупная численность населения государств, составляющих нынешний Евросоюз, в полтора раза превышала население Африканского континента. Сегодня в Африке проживает в два с лишним раза больше людей, чем в странах ЕС, а к 2050 году это соотношение составит пять к одному.
“Сила цифр” напоминает игру воображения. Побеждают не числом, а умением. За 30 лет ВВП Америки вырос в два с половиной раза. А на сколько выросло потребление невозобновляемых ресурсов, которые США “грабят” в Третьем мире? Например, черных металлов? Их потребление снизилось. За счет чего? За счет ума. В Германии целлюлозно-бумажная промышленность за это же время сократила потребности в воде в 30 раз, увеличив при этом производство. Чем возместили воду? Умом. В плодящейся не по дням, а по часам Африке суммарный ВВП (не считая  ЮАР) ниже, чем в крохотной Бельгии. Ирак, у которого нефти, как воды в Гренландии, даже в “благополучные” саддамовские времена с трудом сводил концы с концами. А Афганистан, где финики на камнях не растут, и вовсе голодал.
Голые факты тем и хороши, что их можно одеть по любой моде. Белый дом, сверив свою внешнюю политику с Евросоюзом, решил сделать ставку не на силу, а на диалог. Звучит комично, учитывая, что войска коалиции продолжают интенсивные боевые действия. И при этом ищут  “умеренных” полевых командиров, с которыми можно договориться. “Талибы” советуют начать с “Аль-Каеды”. Потому что они, “талибы”, не атаковали Америку. Это Америка вторглась в Афганистан, который они сейчас защищают. А если “Аль-Каеда” - враг, то с ней и договаривайтесь. Но с “Аль-Каедой” Вашингтон договариваться не хочет. Зато готов договариваться с “Хезболлой” и ХАМАСом.
В ожидании «постепенного улучшения отношений с Западом» бывший заместитель госсекретаря и посол в ООН Томас Пикеринг встретился с хамасовским “министром иностранных дел” Махмудом аз-Захаром. Госдепартамент сделал вид, что это была его личная инициатива. А Хиллари Клинтон поспешила заявить, что «Америка ожидает, когда ХАМАС признает Израиль, откажется от насилия и начнет соблюдать заключенные ранее договоренности». На эту ее дежурную фразу никто внимания не обратил. Зато наметившиеся негласные контакты тепло встретили в Москве и Брюсселе, никогда этих контактов не прерывавших.
Все это не более чем еще одна попытка давления на Израиль. Анализируя ситуацию, лондонский еженедельник “The Times” приходит к выводу, что Вашингтон кровно заинтересован в израильской атаке на Иран, поскольку у самих Соединенных Штатов руки связаны обещаниями и обязательствами Барака Обамы. Но “зеленый свет” Израиль получит только в обмен на существенные уступки арабским соседям.
Чтобы стимулировать Биньямина Нетаниягу отойти к границам 1949 года, Белый дом обещал добиться “встречных шагов” от арабских стран. Но Эр-Рияд устроил в ответ гневную выволочку, обвинив Америку в попустительстве Израилю. Саудовский МИД даже вынужден был извиняться, объяснив, что престарелый Абдалла иногда забывает о дипломатических приличиях.
Недавно Хиллари Клинтон в своей “программной” речи сказала, что Вашингтон «не намерен в какой-либо форме оказывать давление на Индию и Пакистан, чтобы принудить их возобновить диалог, поскольку они суверенные государства и сами должны решать этот вопрос».
Что и говорить, разумный подход. Но Израиль тоже суверенное государство. И тем не менее давление на него не только не прекращается, но даже усиливается. “Разобравшись” с еврейскими поселениями в Иудее и Самарии, Вашингтон потребовал «немедленно прекратить строительство в Восточном Иерусалиме». Ответ Биньямина Нетаниягу был вполне предсказуем: «Иерусалим - столица Израиля, и мы не согласимся с любыми ограничениями нашего суверенитета».   
Вечность политика ограничивается одним, от силы двумя президентскими сроками. А иногда еще раньше. Заместитель советника президента по национальной безопасности при Джордже Буше Эллиот Абрамс утверждает в своей статье, опубликованной в журнале “National review”, что Джордж Митчелл уйдет в отставку в конце года. Независимо от того, удастся ему добиться прекращения строительства в еврейских поселениях или нет. “Натянутые отношения между Вашингтоном и Иерусалимом раздражают уже и палестинцев, - пишет Абрамс. - Экономическое положение в Иудее и Самарии заметно улучшается. Строительство в еврейских поселениях дает гарантированную работу палестинским рабочим. Поэтому они тоже заинтересованы в провале однобокой миссии Митчелла».
В политике важны не слова, а голос, которым они произносятся. Голос Вашингтона только на первый взгляд жесткий, потому что жесткая позиция может быть и следствием паралича. Арабская газета “Аль-Кудс” сообщает, что Барак Обама готовит новую “инициативу” - соглашение о постоянных границах и проблеме беженцев. Согласно этому плану, границы определят сами Соединенные Штаты. После обмена территорий 300.000 беженцев смогут вернуться в независимое палестинское государство.
Есть, правда, одно маленькое “но”: соглашения должны сначала утвердить национальные референдумы.  А они могут их и не утвердить. У того же ХАМАСа на этот счет своя точка зрения. Да и израильтян не устраивает позиция администрации Обамы по «сворачиванию поселенческой активности на земле, права на которую предъявляют палестинцы».
Когда у политиков ничего не получается, за дело берутся журналисты, ученые, бизнесмены или те, кому просто делать нечего. Кристофер Хитченс из “The Washington Post” задался сакраментальным вопросом: куда исчезли иерусалимские “шахиды”? Почему перестали взрывать, убивать и терроризировать Израиль? «Иногда важно писать о вещах, которые не происходят, - делится он с читателем наболевшим. - Например, о собаках, которые не лают». Хитченс не верит в эффективность израильских сил безопасности. Не верит и в заградительный забор, который называет «последним шедевром колониальной архитектуры». Все дело, оказывается, в отчаянии. Ибо «если вами движет отчаяние, то ничто не может остановить вас».
Казалось бы, теперь самое время для активизации террористов-смертников. Они должны мстить за «ужасные преступления в Газе», за приход к власти “экстремистов” во главе с Нетаниягу и за отчуждение земель, на которых возводятся еврейские поселения. Но они молчат. Потому что «не каждый отчаявшийся человек способен в домашних условиях изготовить взрывчатку или пояс смертника». Но самое главное - у них нет лидера. А посему, заключает автор, надежд на мир между арабами и евреями мало, и идея о “двух государствах для двух народов” так и останется идеей.
Одни пишут о собаках, которые не лают. Другие говорят о политике, которая благоприятно влияет на смертность. Третьи чертят политические линии в надежде избавиться от политической линьки. “Однофамильцам” ничего другого не остаётся, кроме как бороться за своё имя.