Из огнЯ да в полымя

Америка
№31 (693)

Обращаясь к нации три года назад, президент Буш говорил: «Используя имеющиеся у Америки интеллектуальные и технологические ресурсы, мы сможем... оставить в далеком прошлом нашу зависимость от ближневосточной нефти».

В минувшем году на импортную нефть пришлось больше половины ее общего потребления американской экономикой. И, как считают эксперты, только через двадцать лет этот уровень снизится еще на 10-15 процентов. Так что обещание Буша если и будет выполнено, то только, скорее всего, в далеком будущем. Пока же нам придется довольствоваться посулами теперь уже нового президента, который недавно заявил, что тоже «видит потребность в снижении национальной зависимости от иностранной нефти».
При этом как та, так и другая администрации практически ничего не сделали, чтобы страна не оказалась перед лицом еще одной сырьевой монополии, реально угрожающей ее безопасности. Речь идет об основе века информации -  так называемых редкоземельных металлах, известных также как «редкие земли».
В периодической таблице Менделеева у них есть своя собственная группа из 17 элементов с уникальным строением атомов. Их используют в различных отраслях техники: в , , , и , производстве , специальных  и , магнитов и электрических батарей. Редкоземельные элементы применяют для создания лазерных и других устройств в оптоэлектронике, без них невозможны очистка нефтепродуктов и производство плазменных телевизоров, аудиоплееров четвертого поколения типа iPod и смартфонов Blackberry, «умных» бомб с лазерным наведением и турбин для ветровых электростанций. Они незаменимы при производстве цифровой и бытовой техники, гибридных автомобилей... Однако сегодня их нелегко приобрести, поскольку почти все мировые поставки, а именно 97 процентов, обеспечивает одна страна – Китай. Практически обладая монополией, он к тому же все время сокращает экспорт.
В 2002 году Китай продавал 60 тысяч тонн редкоземельных металлов. Через пять лет экспорт снизился до 45 тысяч тонн, а в этом году он, по предварительным оценкам, упадет до 30 тысяч тонн. Эксперты считают, что это снижение будет продолжаться. Австралийский аналитик Дадли Кингснорт подсчитал, что китайские поставки редкоземельных металлов могут стать недоступными  для мира уже к началу 2012 года.
Некоторые его коллеги подвергают этот прогноз сомнению, рассчитывая, что глобальный экономический кризис отодвинет названный срок на несколько лет, но общую тенденцию не изменит. Производство этих материалов ограничено, внутреннее потребление Китая, питаемое его энергетическими амбициями, стремительно растет. В течение пяти ближайших лет Поднебесная хочет стать ведущим производителем в мире ветровых турбин  и аккумуляторных батарей.
Ожидается, что потребность в редкоземельных металлах будет расти, по крайней мере, на 10 процентов ежегодно. Если не будут найдены и освоены новые месторождения, положение станет угрожающим. В лучшем случае Китай продолжит экспортировать «редкие земли», но цены на них наверняка сильно поднимутся. В худшем случае, Запад может быть поставлен перед необходимостью искать новые источники этих металлов.
Так Америка, не избавившись от одной зависимости – от иностранной нефти, попала в другую. А ведь умей наши ученые, законодатели и правительство заглядывать в будущее, как это делают те же китайцы, все могло бы быть совершенно иначе.
В 1992 году Дэн Сяопин, самый влиятельный в то время политический деятель страны или, как его официально называли, «великий архитектор экономических реформ и социалистической модернизации», обрисовывал в общих чертах свой план. «У Ближнего Востока есть нефть; у нас есть «редкие земли», - сказал он. - Мы должны развивать их производство».
Призыв Дэна был воспринят более чем серьезно. В настоящее время Китай доминирует на мировом рынке, а в последние месяцы взял под свой контроль шахты в Бразилии и Австралии, устраняя, таким образом, потенциальных конкурентов. Он готов сделать с «редкими землями» то, что Организация стран-экспортеров нефти сделала с нефтью: поставить всех в зависимость от его страны.
А между тем, еще в 1970-е и 1980-е годы ведущим производителем редкоземельных металлов в мире были Соединенные Штаты. Собственно, лидерство их в этой области - всего лишь побочный продукт ядерного прошлого страны. После Второй мировой войны и начала «холодного» противостояния с Советским Союзом американские власти боялись исчерпать собственные запасы  урана. Поэтому начали всячески поощрять разведку новых месторождений.
Радиоактивные материалы редко находят в одиночестве. Как правило, они залегают под землей вместе с другими металлами, такими, например, как редкоземельные. Так было в  калифорнийской пустыне Мохаве, где в начале 1950-х годов было открыто самое большое в мире месторождение редкоземельных металлов Горный перевал. С ним началось почти полувековое господство Соединенных Штатов в этой отрасли.
К концу 1960-х Горный перевал стал ведущим поставщиком в мире европия, редкоземельного металла, который создает красный цвет в цветных телевизорах. Владелец месторождения компания Molycorp выделила на исследовательские работы миллионы долларов.
Китай же начал добычу редкоземельных металлов на уже действующем железорудном месторождении во Внутренней Монголии. В 1980-ые годы там было построено первое предприятие по производству редкоземельных элементов. Получившее серьезную поддержку правительства, оно быстро росло.
Развитие новой отрасли в Китае и алчность американских инвесторов, в конечном счете, лишили Соединенные Штаты былого превосходства. Как это  происходило, можно увидеть на примере истории с учеными General Motors.
В начале 1980-х годов они изобрели новый способ изготовления высокоэффективных магнитов из смешанного с каучуком магнитного порошка, в который добавляли редкоземельный элемент неодимий. При использовании порошковых магнитов требовалось меньше металла, таким образом, автозапчасти могли быть легче – очень ценное качество для автомобильной промышленности.
В 1986-м году в Индиане на площади 175 тысяч квадратных футов было построено «магнитное» подразделение GM Magnequench. Естественно, никто не ожидал, что судьба его будет такой плачевной. Между тем развитие горнодобывающей промышленности Китая ускорялось, что привело к падению мировых цен на магниты. Производившие их американские компании начали закрываться или в поисках более дешевых ресурсов перемещаться в Китай. В 1995-м году две китайские компании с помощью американских инвесторов купили Magnequench.
Это, как позже говорилось в сообщении Конгрессу, было частью стратегии Китая, стремящегося монопольно владеть «редкими землями». Чтобы получить одобрение американцев, покупатели обещали поддерживать производство магнитов в Индиане. В 2002 году они переместили его в Китай. В результате число рабочих в американском производстве порошковых магнитов снизилось на 80 процентов. Сегодня ни одна американская компания не выпускает неодимовые магниты для ветровых турбин, «умных» бомб с лазерным наведением и других высокотехнологичных изделий.
В 1999 году компания Magnequench открыла в Северной Каролине экспериментальную установку. Через пять лет новые хозяева, ссылаясь на необходимость доступа к ресурсам, перевезли ее в Сингапур. А двумя годами раньше была закрыта другая установка для аналогичных экспериментов, построенная в штате Айова.
К тому времени месторождение Горный перевал в пустыне Мохаве потеряло свое былое значение из-за избыточных поставок, китайской конкуренции и тяжелых последствий инцидента в середине 1990-х годов, когда это предприятие допустило утечку загрязненной воды в окружающую среду. В результате Соединенные Штаты остались без главного активного месторождения редкоземельных металлов, хотя Molycorp и продолжал обрабатывать руду, добытую ранее в Горном перевале.
Показательно при этом, что даже временное отсутствие редкоземельного компонента сказалось не только на развитии американских высоких технологий, но и оставило свой след в деятельности изобретателей. Как подсчитал Брайан Фиферик из университета Carnegie Mellon, число успешных заявок на патенты, поданных американскими компаниями на технологии с использованием «редких земель», с начала 1990-х годов резко уменьшилось.
В 2005 году китайская национальная компания по добыче нефти с морского дна CNOOC предложила купить американский нефтяной гигант Unocal (Union Oil Company of California). Конгресс отклонил это предложение, боясь, что китайцы укрепятся в богатом нефтью Мексиканском заливе. Многие наблюдатели считают, что собираясь приобрести Unocal, Китай также хотел захватить и  месторождение Горный перевал, которое Unocal приобрел в 1990-х годах.
«Я получал телефонные звонки от высших руководителей Unocal, спрашивающих, чего будет стоить продать Горный перевал, - говорит президент Molycorp Марк Смит. - Я не думаю, что слишком трудно соединить два этих случая».
Казалось бы, Китай и без Горного перевала почти добился своего. Однако он не только внимательно отслеживает каждое движение на рынке редкоземельных металлов, но и продолжает укреплять свою монополию.
В  прошлом году аналитики заговорили о проекте Mount Weld по добыче редкоземельных элементов австралийской компанией Lynas. Многие видели в этом месторождении с высоким потенциалом возможную контрмеру китайском господству. Начать добыч в Австралии планировали уже в середине нынешнего года, обработка руды должна была осуществляться в Малайзии, а продажа готовой продукции – в Японии и Европе. Контракты по поставкам уже были заключены, когда из-за ухудшения экономической ситуации в мире инвестиционные компании начали сворачивать свою деятельность и эвакуировать капиталовложения. А в мае положение определилось окончательно. Предложив почти 400 миллионов долларов, компания, принадлежащая китайскому правительству, купила большую долю акций месторождения.
«Я думаю, они довели свой план до совершенства, - говорит Эд Ричардсон из Thomas & Skinner, одной из остающихся в строю американских компаний по производству порошковых магнитов. – Это особенно страшно, поскольку все случилось прямо под нашим носом».
В прошлом году Национальный исследовательский совет (NRC) нашел, что нехватка «редких земель» может оказать более серьезное влияние на американское производство, чем проблемы с поставкой любого другого традиционно используемого металла.
 «Так могут ли Соединенные Штаты вернуть себе утраченные позиции?» – задает вопрос один из авторов этого сообщения профессор инженерной геологии в Аризонском университете Мэри Полтон. И сама же отвечает на него: «Когда вы, можно сказать, добровольно отдали свое первенство другой стране, а сами утратили способность обновляться, добиться этого будет очень непросто».
Первая проблема – восстановление месторождения; это само по себе достаточно трудно, поскольку требует больших финансовых вливаний и способности к рисковать. В деловом мире подобные инвестиции считаются одними из самых опасных. Восстановление системы поставок намного труднее. Металлы должны быть очищены, обогащены и собраны в компоненты. Эти шаги тоже требуют денег, новых технологий и экспертизы. Согласно правительственным оценкам, в Соединенных Штатах есть только три предприятия, которые обогащают «редкие земли». А большинство квалифицированных инженеров, занимавшихся этим процессом, или вышли на пенсию, или ушли из жизни.
Тем не менее, возрождение возможно. Molycorp собирается возобновить производство в Горном перевале к 2012 году. Другая компания, Thorium Energy, которой принадлежит огромный участок земли с богатыми залежами редкоземельных металлов Lemhi Pass в штате Айдахо, ищет инвесторов.
Президенты обеих компаний Смит и Эд Коул побывали в Вашингтоне и провели переговоры с конгрессменами, сенаторами и бизнесменами. Главное, сетуют оба, это заставить людей понять, что проблема действительно существует. «Значительная часть системы поставок давно предана забвению, - говорит Смит. – И наши собеседники плохо представляют, что это такое. Я разговариваю с руководителями автомобильных компаний и компаний, которые выпускают ветровые турбины, и получаю типичный ответ: «Я просто покупаю нужные мне двигатели или генераторы у их изготовителей, и даже не знал, что в них используются редкоземельные металлы».
Так что приходится соглашаться с известным специалистом по металлам Джеком Лифтоном, когда тот утверждает, что «китайцы рассчитывают, как они всегда это делают, на близорукость американского инвестиционного сообщества, которое видит не дальше кончика собственного носа».
Некоторые считают, что страхи раздуты, и Китай сделает все, чтобы гарантировать устойчивый экспорт. А исследователи успокаивают производственников тем, что в ряде технологий существует альтернатива «редким землям». Однако эту альтернативу еще нужно найти и испытать, а это требует времени, которого и без того потеряно немало.
Продолжается и ширится глобальная разведка новых месторождений. Но даже если этот поиск завершится успешно, освоение новых запасов связано с большим материальным риском для инвесторов и в любом случае будет стоить сотни миллионов.
Интерес к редкоземельным металлам на Капитолийском холме пока невелик, но начинает расти. «Люди, наконец, начинают задумываться над тем, как мы собираемся двигаться дальше, - говорит Джеф Грин, лоббист, специализирующийся на металлах. – Если китайцы на самом деле будут потреблять все, что они производят, это должно вызвать тревогу в Белом доме».
В прошлом месяце член палаты представителей Майк Коффмэн, республиканец из Колорадо, предложил поправку в законопроект Палаты представителей об оборонном бюджете,  которая требует, чтобы надзорный орган правительства Контрольная палата  (Government Accountability Office) рассмотрела проблемы редкоземельных элементов. А сенатор Эван Бэйх, демократ из Индианы, только что потребовал, чтобы министерство обороны оценило степень зависимости развития вооружений страны от поставок редкоземельных металлов, «которые могут быть прерваны».
А к чему может привести такой отказ, Америка уже испытала два года назад, когда Китай угрожал отказать в поставках редкоземельных металлов нескольким американским компаниям, в том числе W.R. Grace, главному производителю катализаторов для переработки нефти. К тому времени у этого химического гиганта был только трехмесячный запас «редких земель», и его остановка вызвала бы нехватку бензина по всей стране.
Тогда уладить конфликт удалось только с помощью Государственного департамента. Так может быть, правительству и Конгрессу нужно поскорее принять все необходимые меры для предупреждения подобных инцидентов? Конечно, если еще не поздно...