Руководящая и направляющая...

В мире
№32 (694)

Когда читатель развернет газету с этой статьей, он, наверное, уже будет знать, состоялся или нет шестой съезд партии ФАТХ. Несмотря на то, что его открытие назначено на четвертое августа, еще не факт, что это произойдет, - в палестинском политическом котле вполне может произойти нечто непредсказуемое, что повысит его температуру до такого предела, что кипение страстей в корне изменит соотношение ингредиентов.
Заседание центрального комитета партии ФАТХ состоялось на днях. Это радикальное движение создал полвека назад Ясер Арафат, отец палестинского террора. Много лет ФАТХ не проводил съезда. Последний состоялся в 1989 году – случай уникальный. Восьмидесятилетие со дня рождения Арафата показалось нынешним палестинским вождям настолько знаменательной датой, что тысяча семьсот пятьдесят делегатов от этой партии, проживающих в автономии и в других странах мира, чье участие гарантировано, должны, казалось бы, подтвердить перед всем миром решимость палестинских арабов как можно скорее создать государство, о котором говорят, что оно решит проблему, возникшую на Ближнем Востоке после провозглашения здесь в 1948 году еврейского государства. Подтвердят? Не думаю. Скорее всего, эти люди выдвинут новые, неприемлемые для Израиля требования, которые на очередной десяток лет, если не больше, отсрочат заключение мира между евреями и палестинскими арабами. Тот самый мир, о котором говорят, что он возможен лишь в том случае, если евреи пойдут на такие уступки, которые и не снились Ясеру Арафату.
Роль партии ФАТХ в палестинском контексте означает примерно то же, что в советском – шестая статья конституции, провозглашавшая руководящую и направляющую роль коммунистической партии. Как сообщают энциклопедии, название партии ФАТХ, (Движение за национальное освобождение Палестины - Harakat al-Tahrir al-Watani al-Filastini) является прочитанной от конца к началу аббревиатурой, означающей «победа». Из тех же источников мы узнаем, что прочитанное с начала, это название переводится как «смерть».
Движение было образовано в 1956 году, однако официальным днем его основания считается первое января 1965 года, когда этой организацией была проведена первая террористическая операция на территории Израиля. В 1969 году Ясер Арафат возглавил Организацию освобождения Палестины (ООП), и с тех пор представители ФАТХа составляют большинство в исполкоме ООП и определяют ее политику.
С тех пор как в 1996 году Ясер Арафат был избран «президентом» палестинской автономии, ФАТХ формально является той самой «руководящей и направляющей силой» автономии, так как тогда же эта организация получила абсолютное большинство в палестинском законодательном совете.
Итак, после двадцатилетнего перерыва ФАТХ проводит свой съезд. Это связано, скорее всего, с тем, что администрация Махмуда Аббаса, ориентированная на Соединенные Штаты, хотела бы показать западному миру, что и она не чужда некоторому подобию демократии. Пусть через двадцать лет, но ведь пройдет, наконец этот съезд. Ведь и в Советском Союзе между съездами правящей партии, проходившими при Сталине и при Хрущеве, был многолетний промежуток. И этот промежуток знаменовал собой такое изменение политики, что его назвали «оттепелью». Не означает ли, что и нынешний съезд, проходящий после долгого перерыва, станет «прорывным»?
Нет, не означает. И вот почему.
На предстоящем мероприятии «старой гвардии» арафатовского призыва, наиболее видным представителем которой является Аббас, скорее всего, будет дан бой. Ниспровергателями выступят «птенцы» Маруана Баргути, отсиживающего в израильской тюрьме пять пожизненных сроков за террористическую деятельность. Этот человек, как и некоторые другие из числа его соратников, считается незамаранным в коррупционных скандалах, сотрясающих руководство палестинской автономии с момента ухода в мир иной Ясера Арафата. Тот факт, что Баргути – не последний человек в палестинской иерархии террора, не волнует не только палестинцев, но, кажется, и израильтян – ему давно уже прочат место председателя автономии, считая его не только «прагматиком», учитывающим якобы баланс палестино-израильских интересов, но и достаточно «умеренным». Говорят, что Баргути мог бы устроить всех – и палестинцев, и американцев, и израильтян. Возможность его освобождения из израильской тюрьмы, несмотря на всю тяжесть совершенных им преступлений, уже вроде бы рассматривалась предыдущим израильским правительством.
Все было бы хорошо, если бы ФАТХ действительно был силой. Но дело в том, что эта организация таковой вовсе не является. Несмотря на все ее потуги. Реальную силу надо искать там, где эта сила проявляет себя. Как это ни странно звучит для многих, но такой силой в палестинской автономии является ХАМАС, который не только узурпировал власть в секторе Газы, но и весьма активно продвигает свой бренд среди государств, взявших на себя ответственность за урегулирование ближневосточного конфликта. В самом деле, кому адресованы все последние призывы мирового сообщества? О ком как о силе, чьи интересы необходимо учитывать, постоянно говорят различные европейские чиновники. Все это – о ХАМАСе. Именно от ХАМАСа зависит, будет ли создано правительство «национального единства». Об этой организации говорят при обсуждении того, будет ли заключено между Израилем и автономией длительное перемирие. Да и в вопросах создания независимого палестинского государства, которое мыслится ныне в рамках модной концепции «два государства для двух народов», за ХАМАСом, как кажется, признается последнее слово. И ХАМАС это слово сказал.
Сказал, но не сообщил миру ничего нового. По-прежнему главным требованием этой группировки является возвращение «беженцев» в Израиль. Фактически это блокирует любую возможность разблокирования ситуации.
Аббас все это понимает. Он также понимает, что после смерти Арафата ФАТХ потерял авторитет как внутри ООП, так и в самом палестинском обществе. И на предстоящем съезде, скорее всего, будет сделана попытка вернуть партии ту роль, которую она играла когда-то. Именно поэтому Махмуд Аббас настоял на том, чтобы съезд проходил именно в Рамалле, административном центре автономии, а не в Каире или любой другой арабской стране, как предлагали те из деятелей ФАТХа, которые живут вне автономии. Так Аббасу будет легче контролировать происходящее на съезде, держа в узде «местных» делегатов.
Если председателю автономии удастся выполнить все, что он задумал, то вполне возможно, что в конце концов ФАТХ преобразуется в некое подобие партии европейского типа, которая сможет безусловно победить на всеобщих выборах и, таким образом, отодвинуть на второй план ХАМАС, который представляет для Аббаса, пожалуй, более сильный раздражитель, нежели даже Израиль.