Тайные знания: все только начинается...

Литературная гостиная
№38 (961)

Билла Дэвидсона следовало назвать разочаровавшимся человеком. Он шел мимо благотворительной ярмарки, устроенной каким-то солидным фондом, и тяжко переживал собственную невостребованность. Нельзя сказать, что Билл не любил подобных ярмарок: во времена своего славного детства он не пропускал ни одной из них. В тот период его терзало тайное волнение, как будто там случится нечто необыкновенное и привычный ход жизни сразу переменится навсегда.
В теплых лучах солнца играл духовой оркестр, весело и бодро пел хор одной из церквей, а юные девушки с жезлами в руках бодро маршировали по улицам. Все было настолько чудесно и восхитительно, что мальчик, вернувшись домой с купленной втридорога ненужной ему книжкой или набором пластиковых белых слоников, не испытывал ни малейшего разочарования: он уносил с собой ощущения праздника, согревавшего его долгое время. И сейчас этот праздник кончился. Билл уже полтора года не мог найти работу, и был на грани отчаяния. Сколько своих заявок и обращений он разослал по интернету, сколько раз приходил на интервью с напыщенными дамами и строгими мужчинами, но все оставалось по-прежнему, без каких-либо шансов на нежданную удачу. В лучшем случае, ему обещали позвонить, но он знал, что телефон в его квартире, как и сотовый, никогда не отзовется по данному поводу.
Все меняется и, как правило, в худшую сторону. Когда тебе двадцать, ты - подданный надежды, когда - тридцать, то еще продолжаешь верить в лучшее, а исполнится сорок - неумолимо подводишь итоги. И очень грустно, если нечем прихвастнуть даже перед самим собой. И потому Билл стоял перед традиционным щитом с объявлениями о найме рабочей силы, понимая, что ни одна из предложенных здесь вакансий ему, разумеется, не подойдет.
Какая-то длинноногая белокурая девушка, подскочив к нему, протянула листовку с красочным текстом:
“Если вы ищете работу, то приходите к нам! “Август и компаньоны” всегда найдут для вас достойное место! Заработок отвечает вашим требованиям, условия восхитительные! Только серьезным и заинтересованным! Двенадцатый этаж, восьмая комната”.
Билл с недоумением посмотрел на девушку и спросил:
- Это мне?!
- А кому же еще? - пожала плечиками она. - У вас серый пиджак, синие джинсы и красный галстук! И ведь вы ищете посильную работу - все сходится!
- Тогда я попробую, - ответил он, еще раз вытряхнув из гроба уже полуистлевшую надежду. - Мне вон в то здание, судя по адресу?
- Именно так, - кивнула девица. - Вас ждут!
Дэвидсон зашел в подъезд, под внимательным взглядом привратника вошел в лифт и надавил на кнопку двенадцатого этажа, после чего кабинка плавно поплыла вверх. Он быстро нашел в коридоре искомую дверь и постучал в нее два раза. Если стучишь один, то могут не услышать или не придать значения, три - покажешься слишком назойливым.
- Войдите, - раздался мужской голос.
Билл открыл дверь. За столом, на котором высились два больших монитора, сидел лысоватый мужчина с круглым черепом. Он внимательно осмотрел пришедшего с головы до ног, и удовлетворенно хмыкнул.
- Значит, вы ищете посильную работу?
- Да, - ответил Дэвидсон. - В меру моих возможностей и ваших требований.
- Так это замечательно, - обрадовался его ответу сидящий за столом. - Именно такой человек как вы, нам и нужен. Вы - приняты! Но сначала маленький тест. - И он надавил на одну из клавиш своего пульта. - Бэркли, зайдите. У нас новый сотрудник!
Худощавый мужчина в белом халате вышел из боковой двери и придирчиво присмотревшись к Билли, поинтересовался:
- Есть аллергия на лекарства? Диабет? Повышенное артериальное давление? Проблемы с сердечно-сосудистой системой? Головные боли и близорукость?
- Нет. Нет. Нет, - бодро отвечал Дэвидсон и не соврал ни на йоту.
- Мы знаем, кого принимаем на службу, Бэркли, - недовольно заметил лысый. - Ваши вопросы абсолютно неуместны. Лучше приступайте к своей работе - время не ждет!
- Пройдемте! - махнул рукой парень. - Садитесь вот в это кресло, постарайтесь расслабиться.
Вторая комната была намного уже и теснее первой и заставлена различными приборами. Билл примостился в кресле, положив руки на подлокотники. Человек в белом халате приладил к его рукам какие-то датчики, надел на голову шлем с темными квадратными очками и выпуклыми наушниками.
- Тут нет ничего особенного, - пояснил он. - За пять минут перед вами пройдет череда картинок, на которых не стоит обращать особого внимания: элементарное созерцание, не более. Одновременно будут идти звуковые волны и частоты, также не причиняющие вам никакого беспокойства. Воспринимайте все, как должное, и не старайтесь прыгнуть выше головы - подобные прыжки, если вы не чемпион по легкой атлетике, как правило, плохо кончаются.
- Я понял, доктор, - ответил Дэвидсон.
- Вообще-то я профессор, - заметил Бэркли, - но это не столь принципиально в наших обстоятельствах. Вы готовы?
- Вполне.
- Тогда начали.
Все происходило именно так, как и полагалось. Тысячи картинок мелькали перед глазами Дэвидсона, и он не пытался удержать в памяти ни одну из них. Видовой ряд сопровождался музыкой, шумом, скрежетом и какими-то разрядами, но и они не доставляли ему особенного беспокойства. Не прошло и пяти минут, как Бэркли отключил свою аппаратуру и снял шлем с головы Билла.
- Голова не кружится? - заботливо поинтересовался он. - Какие-нибудь побочные ощущения? Тошнота, спазматические боли в висках, озноб, повышенное сердцебиение?
- Нет-нет, - торопливо заявил Дэвидсон, боясь, что не пройдет решающего теста, когда уже все на мази. - Полный порядок. Я чувствую себя как нельзя лучше.
- Они обещали прислать образцовый экземпляр с прекрасной подготовкой и сдержали свое слово, - сказал профессор. - Теперь вы можете предстать перед мистером Шанни для получения у него дальнейших инструкций.
Билл вернулся в соседнюю комнату, где хозяин кабинета говорил по телефону. Очевидно, именно с Бэркли, так как его физиономия расплылась в довольной улыбке.
- Вот ваше задание, - сказал он, протянув Дэвидсону желтый конверт. - Ведь все оговорено заранее.
- Это по поводу работы? - спросил на всякий случай Билл.
- А что же еще? - пожал плечами Шанни. - У нас одна цель, зачем примешивать к ним другие, создавая большую и несуразную путаницу? И, заметив нерешительность своего нового сотрудника, напутствовал: - Идите, идите! Не будь у меня пары-тройки физических недостатков, я бы с радостью поменялся с вами местами.
Дэвидсон вышел и направился в сторону лифта, сжимая в руках конверт. Кажется, его взяли на работу, но надо разобраться, в чем заключается его деятельность: ведь об этом ничего не было сказано. Сейчас он вернется обратно и обо всем расспросит досконально. Чтобы не было никаких недомолвок и недопонимания: в его возрасте и положении нет места случайным и нелепым ошибкам. Но тут он ощутил, как нечто холодное уперлось в его затылок.
- Без лишних движений, приятель, - посоветовал глухой голос. - Я не знаю, какую игру ты затеял, но мне она не по нутру. Я не люблю, когда кто-то пытается меня дурачить!
- Я ничего не хотел сделать плохого, - растерялся Билл. - Вы меня с кем-то путаете!
- Иди к лифту, - скомандовал незнакомец. - Поедем на крышу, а там разберемся. И не дергайся, а то твоя голова получит свинцовую начинку.
Они зашли в кабину и поднялись наверх. Мужчина стоял все время позади него, не попадая в поле зрения Дэвидсона. Когда лифт оказался на крыше, незнакомец подтолкнул его вперед, и тут Билл обернулся. Перед ним стоял рослый парень в сером пиджаке, синих джинсах и красном галстуке. Они были одеты одинаково.
- Так ты искал посильную работу? - поинтересовался мужчина. - И получил ее?! Тогда я выпишу тебе письмо об увольнении.
Левой рукой он прикрутил к стволу глушитель и поднял оружие. Билл сам не знал, как это у него получилось: он рывком метнул свое тело резко вправо и кончиком указательного пальца со всей силы надавил на какую-то точку на шее у мужчины, чуть ниже подбородка, после чего тот бездыханно рухнул. Дэвидсон осторожно подошел к нему и попытался прощупать пульс: нападавший был мертв.
- Господи, что я наделал?! - прошептал он. - Как же я так ухитрился, я ведь не хотел!?
Билл заметался по крыше и, одержимый паникой, сиганул через просвет на соседнюю крышу. Оглянувшись, испугался собственного поступка: на такой длинный прыжок он и в лучшие годы, когда выступал за команду своего колледжа, не был способен.
С трудом преодолев оцепенение от произошедшего, Дэвидсон спустился по лестнице, - он решил, что так будет безопаснее, - и выскочил на улицу. Смешаться с толпой было проще простого. Он шел по тротуару, почему-то решив не пользоваться своим автомобилем, и изредка бросал косые взгляды на витрины, пытаясь определить слежку. Как и откуда он набрался подобного опыта, было совершенно непонятно.
Внезапно он заметил пожилого узкоглазого человека, безвольно застывшего среди людского потока. Тот стоял, страдальчески обратив свой взор к небу, и сетовал на судьбу. Время от времени он обращался к прохожим, но те, пожимая плечами, шли дальше. Билл подошел к нему и поинтересовался:
- Чем я могу вам помочь?
- Вы не подскажете, где находится ресторан “Серое облако” в китайском квартале?
- О, несомненно. - Дэвидсон довольно подробно описал дорогу в ресторан, хотя никогда не бывал там, и слышал это название впервые.
- Благодарю вас, да продлятся ваши годы до бесконечности, - прошептал старик и побрел по улице.
И только тут Билл понял, что разговор велся на китайском языке диалекта “гань”, который ему был до сего времени абсолютно неизвестен.
“Мало того, что я владею иностранными языками, так еще у меня в голове находится джи-пи-эс! - с ужасом понял он. - Я четко указал маршрут, о котором не имею никакого представления!”
Билл с ужасом оглянулся: в какой-то момент ему показалось, что взгляды всех прохожих устремлены к нему. Но это было не так - все вокруг спешили по своим делам.
Ему тоже следовало торопиться: времени оставалось совсем немного.
* * *
Он вошел в свою квартиру и понял, что тут его ждут. Такая интуиция свойственна животным. Считается, что старые лисы способны обходить ловушки охотников за сотни метров, хотя они физически не могут их распознать на таком огромном расстоянии. Но все равно ему нужны были деньги, одежда и кое-что из вещей, с которыми он просто так не мог расстаться.
Первый, с пистолетом навскидку, выскочил из ванной комнаты. Нырок, подсечка удар - все происходило чисто автоматически, словно Дэвидсона с детства готовили к подобной встрече. Второй выбежал из его спальни, но и тут ему пришлось произвести минимум телодвижений.
- Не стрелять! - крикнул кто-то в гостиной, когда Билл сунулся туда.
Их было четверо. И через три минуты все они валялись на полу в самых неожиданных позах. Очевидно, “сверху” не дали приказа открывать огонь на поражение.
Дэвидсон, не торопясь, собрал нужные ему вещи в большую сумку, наскоро переоделся, и спустился вниз. В подъезде его ждали еще двое, но это походило больше на неудачную гримасу судьбы... Для тех, двоих, разумеется.

* * *
Билл зашел в лавку букиниста и, подождав, пока единственный покупатель выйдет, обратился к хозяину:
- Мне нужны новые документы на имя Гарри Элинсона, паспорт и водительские права. Плюс пластиковую карточку вот на этот номер. И он машинально вывел епочку цифр на листке, лежащем на прилавке.
 - Я вас знаю? - не понял букинист, всматриваясь в него и явно ожидая чего-то еще.
- Китайцы говорят: “Солнце поднимается на востоке, садится на западе, но на юге вечно стоит жара”.
- Тогда все ясно, - продавец взял листок и вернулся с фотоаппаратом. Посетитель к этому времени уже листал толстенный фолиант.
- Вы читаете на фарси? - удивился букинист.
- Оказывается, читаю, - ответил Дэвидсон.

* * *
Он поселился в небольшом мотеле, сидел в своем номере и думал обо всем случившемся. Потом припомнил о желтом пакете - тот все еще лежал в кармане его пиджака. Билл распечатал его и на стол вывалились чек на десятизначную сумму и фотография полного, лысеющего человека в элегантном костюме. На обратной стороне красовалась надпись “Джим Гардинер, 15 апреля, 14.20, около входа в мэрию”.
Дэвидсон с ужасом понял, что прекрасно знает, кто такой Гардинер, и что ему предстоит сделать. Ведь его наняли на работу, и ее следовало выполнить. Он вздохнул и вышел из своей комнаты.
Молодая девушка, стройная и красивая, упрямо отбивала ухаживания тридцатилетнего верзилы с накаченными донельзя бицепсами.
- Я устал от твоего долбанного упрямства, - сказал тот, и обхватив ее за талию, стал затаскивать в подсобку за барьером.
- Папа! Папа! - закричала она. - Помогите кто-нибудь!
- Твой папа нажрался виски, а мы с тобой все быстро решим, - ухмыльнулся верзила, зажимая ей рот.
- Эй! - крикнул Билл и прыжком перемахнул через барьер, одновременно ударив кончиком ботинка в подбородок громилы. Тот со стоном сполз на пол.
- Еще будешь здесь маячить - урою, - пообещал Дэвидсон и обернулся к девушке.
- Тебе не больно, крошка?
- Нет, - сказала та и нежно прильнула к нему. - Ты великолепный, я всегда мечтала, чтобы моим первым мужчиной был именно такой!
“Я ко всему прочему могу и обольщать невинных девчонок за одно мгновение, - понял Билл. - Все радости мира!”

* * *
В пакгаузе морского порта было сыро. Билл подъехал сюда на угнанном мотоцикле и, оставив его возле одного из простенок, подошел к стоящим у фургона крепким парням в легких куртках.
- Доброго здравия! - сказал он по-испански. - Мне нужна штука из вашей последней партии.
- А кто ты? - спросил один из них, сунув руку в карман. - Мы не торгуем наркотой, приятель. Ты ошибся адресом!
- Рыжий Фред велел вам напомнить кое-что, - улыбнулся Дэвидсон. - Вы задолжали ему три штуки баксов. Оплата будет той самой игрушкой.
- И как его протез левой руки, он все еще жалуется на фантомные боли? - поинтересовался второй.
- Вчера, когда я говорил с ним, его левая рука была в полном порядке, как и правая, - заметил Билл. - А вот если вы будете задавать дурацкие вопросы, то останетесь без головы!
Двое переглянулись и один, порывшись в багажнике фургона, протянул Дэвидсону прямоугольный футляр.
- Здесь само изделие и две обоймы к нему. Знатоки утверждают, что у этой немецкой малышки с лазерным прицелом нет в мире аналогов. Промахнуться невозможно.
- А кто тут собирается промахиваться? - усмехнулся Билл.
* * *
Он стоял на крыше восьмиэтажного здания и смотрел в прицел снайперской винтовки. Вот-вот, окруженный группой телохранителей, должен был появиться Гардинер. И в нужный миг он вышел из лимузина. Плечистые парни в черных костюмах рьяно отталкивали бросившихся к нему журналистов, но головки микрофоном упрямо тянулись к вожделенному объекту.
Билл прицелился и увидел, как инфракрасная точка от его прицела уперлась в висок политика. И тут же перед ним пронеслись картинки будущего: все, что произойдет, если Гардинер сейчас рухнет на мостовую.
Увиденное ужасало. Потому он опустил винтовку и отвернулся от края крыши. Но краешком глаза заметил какое-то движение сбоку. У него просто не хватило времени на размышление: винтовка, словно сама, подскочила в руках, раздалось три тупых хлопка глушителя.
Трое мужчин с пистолетами лежали неподалеку от входа на крышу: он не дал им ни единого шанса.
“Выходит, я ко всему прочему и профессиональный киллер, - понял Дэвидсон. - Сколько же на меня нагружено!”
И тут раздался громкий трезвон. Мобильник одного из убитых вибрировал и надрывался от звуков. Билл какое-то время сомневался, но затем поднес его к уху.
- Полагаю, я говорю с вами, мистер Дэвидсон? - сказал низкий мужской голос. - Это - советник Министерства национальной безопасности Эджин Роу. Нам надо встретиться и о многом поговорить.
- У вас голубые глаза, темно-каштановые волосы, тонкие губы и узкие скулы, - заметил Билл. - Сам не знаю, почему я говорю это.
- Потому что вы это знаете, - ответили ему. - Как и многое другое. Слишком многое.
- Где и когда? И если эта ловушка...
- Какая ловушка, господи?! - вздохнул Роу. - Мне вовсе не доставит удовольствия, если вы устроите бойню в центре нашего города. Или взорвете Пентагон, а вам и это сейчас по силам.
* * *
Они сидели за столиком в открытом кафе.
- Лет десять назад два молодых физика, работавших на правительство, решили при помощи электронных возможностей минимизировать огромное количество информации и посредством гипноэффекта нового поколения создать специальную программу, способную вместить в мозг человека огромное количество знаний и умений за кротчайший отрезок времени.
Они работали над этим, не покладая рук. Чего только не вместилось в эту базу данных: способы самозащиты и нападения, владения всеми языками планеты и специфическими знаниями по прикладной медицине, виртуозная игра на музыкальных инструментах и умение управлять транспортом любого вида и в любой стихии, явки спецслужб и выходы на мафиозные группировки.... Скромная задача министерства - создать агента особого назначения, была перевыполнена ими с лихвой.
Но затем произошел “взрыв”. Один из физиков скоропостижно умер от серьезного заболевания, а другой, с трудом перетерев эту муку (они придерживались нетрадиционной сексуальной ориентации и слыли счастливой парой), попал под влияние организации “Схема”, тайно действовавшей в системе Центрального разведывательного управления. Именно они и решили воплотить давнюю мечту, создать супер-агента, мастака на все руки и ремесла. Мы вовремя подсуетились и подставили им своего кандидата. Однако все случилось вопреки нашему плану. Один дуралей (не хотелось бы так говорить о присутствующих, но ничего не поделаешь) исхитрился подобрать для своей одежды ту же цветовую гамму, которая была установлена в качестве первой части пароля, и к тому же, ответил на вопрос примерно так же, как и полагалось во второй части.
В конце концов профессор Бэркли, тот самый второй физик, и спроецировал на него всю базу, введя ее в ваше подсознание. Они поняли свою ошибку примерно в то же время, что и мы. Отсюда пошла полная неразбериха и путаница, в итоге которой офис “Схемы” вместе с профессором Бэркли был взорван, а все его исследования утрачены. И у нас ничего не осталось кроме вас. Человека, наделенного таким количеством тайных знаний, от которых можно сойти с ума. Но вы не сошли, а наоборот, научились ими здраво и целенаправленно управлять.
- Значит, все кончено и я снова свободен? - спросил Дэвидсон.
- Что вы?! - воскликнул Роу, и на всякий случай поднял обе руки вверх, отдав подобный приказ всем, сидящим за соседними столиками, агентам. - Все только начинается...

Майкл КОРРИНДЖ

“Секрет”