Все пространство души

Культура
№39 (701)

 

Ты просто не заметила,
 Как я тебя приветил,
 Как без руля и без ветрил
 Я, Бог, собой тебя прикрыл...
 Елена Хазан

С Ольгой Рогачевской познакомилась я заочно: кто-то из друзей сына подарил моей четырёхлетней внучке книжку, которую моя Лизонька рассматривала с упоением и, едва я переступила порог, тут же протянула мне, чтобы я разделила её радость. Такой же неподдельный восторг охватил и меня, когда восхищённо я разглядывала ярко, броско, остроумно и профессионально выполненные нашей художницей иллюстрации к стихам американского детского поэта Ричарда Шатца. И подумалось даже, что скорее стихи были подписями к дивной рисованной сказке.
Уже позднее, когда познакомилась с Ольгой (отчаянно хочется назвать эту хрупкую, кажущуюся совсем юной, но уже состоявшуюся художницу Оленькой), увидела и другие, с глубочайшим пониманием авторского замысла, абсолютно непохоже оформленные ею книги. Это полторы дюжины поэтических акварелей – иллюстрации к андерсеновской «Дюймовочке»; в ином ключе, со знанием украинских легенд и обычаев, в чёрно-красной, как украинская вышиванка, цветовой гамме – к «Слобожанским сказкам» Ореста Сомова; и в совсем другой, набатной стилистике – к сборнику стихов Владимира Маяковского.
Рогачевская, к счастью, не стала заложницей одной только книжной графики. Она и живописец, и гравёр, по собственным эскизам выполняющая линогравюры, виртуозно освоив многосложную технику их изготовления.
Вот передо мной несколько буквально поразивших меня отпечатков. «Полёт» – собирательный образ тех, кто умеет мечтать, порой о недостижимом, и готов рисковать, чтобы мечту эту осуществить.
«Поцелуй». Эротично. И с редким в наши дни акцентом на мужественности, на превалировании мужского начала: он сильный, обуянный желанием и добивающийся ответной любви, она – подчиняющаяся, растворяющаяся в железных его объятиях... Ещё одна раскалённо сексуальная гравюра: двое – нагие, будто слившиеся друг с другом, истомлённые любовью...
А вот здесь сексуальность за кадром: «Осень». Осень в жизни женщины, которую вроде надо бы благодарно принимать, но не хочется отчаянно. Такая бунтующая женщина на философской гравюре Рогачевской и бунт её против неумолимо наступающей старости, против своего бессилия перед убегающим временем, против самой себя, наконец, со всем своим грузом ошибок и упущенными возможностями – в насыщенно алом цвете, в повороте фигуры, в полном безнадёжности лице с сомкнутыми губами.
Вспомнилось ещё одно четверостишие Елены Хазан:
В Нью-Йорке бабья осень,
Озолотит, упросит,
Даст больше, чем попросит,
О чём молчишь – не спросит...
Именно самоощущение себя частицей тысячеликого Нью-Йорка и есть то зерно, из которого проросли сюжеты портретов и сценок, подсмотренных Рогачевской в вагонах и на станциях подземки, за окнами пробегающего поезда. Не зарисовки, а именно графические новеллы.
Поразительные наблюдательность и дар, простите за неологизм, быстровидения. А ещё безусловный талант графика и психолога тоже.
Какие типажи! Какие характеры и прочитываемые судьбы! Люди – самые разные: читающие, мечтающие, чего-то или кого-то ждущие или надежду давно потерявшие, погружённые в себя, просто невероятно уставшие... Сабвей стал для многих вторым домом. Потому и всю серию художница назвала так: «Странствия в метро». И подзаголовок: «Домой из дому».
Так названа и выставка, которая откроется 10 октября в Kings Bay Library (3650 Nostrand Ave. near Ave.W, куда можно добраться поездами метро B or Q до Шипсхедбей, потом автобусом В36 до авеню Х).
Для организации этой экспозиции Ольге Рогачевской был выделен грант оценившим её работы Бруклинским комитетом по координации искусства (Brooklyn Art Council). Телефон комитета, если это интересует наших читателей - художников, 718-625-0080.
Способности к рисованию проявились у Ольги рано. А потому закономерным стало её поступление в Харьковское художественное училище, затем в институт, а когда в 21 год приехала в Америку, то была принята в престижную высшую художественную школу, знаменитую Parsons School, став дипломированным американским очень востребованным дизайнером. Удивительно милый человек, эта одарённая художница. К тому же она прелестна и женственна, интеллигентна и умна.
Я спросила у неё, труден ли был выбор, почему пришла она к искусству. «Потому, наверно, что искусство уже заполнило всё пространство души».
Всё пространство души! Без этого такие живописные полотна (живопись – ещё одна ипостась творчества Рогачевской), как пронизанные солнцем и тишиной поэтические пейзажи живущей в сердце Украины, как сексуальнейшие ню, как портреты отца, матери, сестры, трогательный портрет (скорее даже жанровая картина) ожидающей ребёнка подруги...
Особняком стоят автопортреты – пик самоанализа, оценка своего места в жизни. Для Рогачевской это искусство и, как для настоящей женщины, – любовь.
Познакомьтесь с творчеством этой неординарной художницы. Выставка в библиотеке на Ностранд авеню продлится до 28 октября.
Фото Ливиу Бурля