КАСАНИЕ ТЬМЫ, ИЛИ ОДНАЖДЫ В НЕГЕВЕ

Литературная гостиная
№40 (702)

Продолжение .
Начало №№694-70

Сергей был уверен, что в салоне находится один “шеф” - это его светлые, немолодые ноги просматривались из окна. Шефа необходимо неотрывно держать на мушке - об этом Моти позаботится, а стрелок он, как Сергей знал, хороший.
Что за птица этот шеф - непонятно. Да ещё псина его чёртова...  Где она в данный момент находится, неизвестно. Неясно также, где теперь Марина. Как бы тихоня этот культурный не стал ею, как живым щитом, прикрываться...
- Ну, Моти, следи за мной, - прошептал он, сжал Мотино плечо и заскользил к двери. Перед входом в дом Сергей остановился и, глубоко вздохнув, нажал кнопку звонка.
За дверью раздался долгий, гулкий, похожий на сирену звук.
Послышались приближающиеся неторопливые шаги. Свет в глазке погас - видимо, подошедший пытался разглядеть того, кто стоит за дверью.
- Геннадий, ты? - раздался знакомый Сергею спокойный голос “аргентинца”.
- Нет, - после короткой заминки произнёс Сергей. - Геннадий в дорожную аварию попал, в больнице он сейчас. Вот попросил меня кое-что передать вам.
Отвечая, он зажал левой рукой нос, стараясь изменить свой голос. Этот нехитрый трюк Сергей подсмотрел в каком-то боевике и спонтанно решил применить его.
Через несколько минут давящего ожидания Сергей услышал щелчок открываемого замка. Он напрягся, непроизвольно сжав рукоятку пистолета.
Дверь отворилась. Светловолосый “аргентинец”, приветливо улыбаясь, жестом приглашал его войти. Лицо его излучало спокойствие и радушие.
“Прямо дядюшка любящий племянничка заждался, - подумал Сергей. - Что-то больно ласковый он... Узнал, не узнал меня?”.
Фальшивый аргентинец сразу же развеял его сомнения. Он скрестил руки на груди, будто демонстрируя свою расслабленность и доверие к нежданному гостю, слегка зевнул и, доброжелательно глядя в глаза Сергея, вежливо осведомился:
- Вы, молодой человек, наверное, жену свою ищете? Я не ошибся?
Он добродушно рассмеялся, будто радуясь удачной остроте.
- Ищу, - настороженно следя за ним, ответил Сергей. - Где она?
Хозяин перестал смеяться и как казалось, задумался над ответом, озабоченно разглядывая Сергея.
- Сейчас я вас к ней отведу, - негромко и внушительно сказал он, поглаживая одной рукой себе щёку и не отрывая холодного, цепкого, как крючок, взгляда от глаз Сергея. - Вы садитесь, садитесь, - похолодевшим голосом сказал он, подставляя Сергею стул и приближая к нему своё странно окаменевшее лицо. - Сидеть! - коротко и властно произнёс он.

...Моти, чуть приподнявшись над краем окна, с недоумением и нарастающим ужасом наблюдал за странным действом. Свисающая с потолка голая, без абажура, лампа резко и слепяще освещала неподвижную фигуру застывшего на стуле Сергея. Моти видел неестественно выпрямленную спину Сергея, до него долетали отзвуки непонятных, похожих на команды слов, которые произносил светловолосый мужчина.
Сергей ничего не отвечал. Он больше походил на манекен, чем на живого, деятельного человека. Это мгновенное преображение рассудительного, собранного Сергея в безучастного ко всему истукана ошеломило Моти. Ему стал понятен первобытный страх дикаря перед грозным шаманом, который непонятными ритуалами лишал человека воли, превращая свою жертву в марионетку.
Не в силах стряхнуть с себя оцепенение, Моти завороженно наблюдал, как Сергей медленным, размеренным движением достаёт из кармана пистолет и протягивает его “шаману”.
Тот взял пистолет, снял его с предохранителя и вложил в руку Сергея. Затем он что-то резко сказал Сергею, и тот замедленным, каким-то механическим движением поднял согнутую в локте руку и приставил дуло пистолета к своему виску. “Шаман”, медленно пятясь, отошел к двери, явно намереваясь произнести роковую команду. Его сосредоточенное лицо побледнело, глаза буравили лицо жертвы, сжатые губы страшновато подёргивались.
В звенящей тишине Моти услышал вдруг звук ритмичных, глухих ударов и через мгновение понял, что это пульсирует кровь у него в висках. Стряхнув с себя обволакивающий сознание липкий туман, он больно укусил себя за пальцы левой руки и, мгновенно прицелившись, выстрелил в “аргентинца”.
Тот, согнувшись, начал оседать на пол, а Моти ринулся в дом. В темноте он налетел на какие-то ящики, упал, больно расцарапав руки, и по-обезьяньи быстро, на четвереньках добежал до освещённого угла дома. Оттуда несколькими гигантскими прыжками подскочил к двери и распахнул её пинком ноги. Он споткнулся о скорчившегося у дверей “аргентинца”, перепрыгнул через него и бросился к Сергею, неподвижно сидевшему с полуоткрытыми глазами.
В его правой руке угрожающе чернел пистолет с взведённым курком.
Моти осторожно поставил пистолет Сергея на предохранитель и попытался вынуть его из словно бы окаменевшей ладони друга. Но Сергей  продолжал цепко удерживать оружие. Лицо его было безучастным, особенно пугал Моти его отсутствующий, тусклый взгляд из-под полуопущенных век.
Моти потормошил Сергея за плечи, стараясь вырвать его из оков гипнотического сна и вернуть к действительности, но застывший Сергей ни на что не реагировал. Моти начал трясти его сильнее, потом ударил по перебинтованной руке - результат был тот же.
В растерянности Моти лихорадочно огляделся вокруг, и взгляд его упал на телевизор,  стоящий на тумбочке.
Со всей силой отчаяния Моти поднял сверкающий ящик, сделал два шага в сторону и разжал руки над плитками пола.
Он успел отпрыгнуть назад за мгновение до того, как это сверкающее чудо техники рухнуло на пол. Казалось, после такого грохота весь посёлок должен был проснуться и кинуться на шум внезапного ночного камнепада. Но в полнейшей тишине слух улавливал только страшный, царапающий звук хриплого дыхания раненого “аргентинца”.
Зато Сергей вдруг резко встал, прижал ладонь левой руки себе ко лбу и недоумённо огляделся.
- Что со мной? - растерянно поглядев на пистолет в правой руке, пробормотал он.
Уже через мгновение взгляд его стал осмысленным и жёстким.
- Собака! - вскинув руку с пистолетом, он указал Моти на коридор, ведущий вглубь дома.
Чёрное мохнатое чудовище молча стояло там, показывая всем своим видом, что разорвёт всякого, кто посмеет приблизиться к порученной ей для охраны территории.
- Не стреляй, Моти! - крикнул Сергей. - Ножи где эти? Ну, стрелы, стрелы... - добавил он в ответ на недоумевающий взгляд Моти.
Прицелившись, они почти одновременно метнули тяжёлые сверкающие молнии. Чёрная зверюга рухнула на пол, её лапы несколько раз дёрнулись, и она затихла.
Сергей подошёл к лежащему на полу “аргентинцу”, вокруг которого пугающе краснели плитки пола. Скрюченные руки раненого потянулись к Сергею, будто умирающий хотел схватить его за горло. Синеющее лицо исказила гримаса неистовой ненависти.
- Ж-жи-ды... - прошептал он клокочущим, прерывающимся колосом. - Не удалось испытать на вас... - внезапно замолчал, и руки его безжизненно упали - одна на лицо, другая на пол.
Сергей, отходя от пережитого, бесстрастно смотрел на него.
“Какая ненависть... - с равнодушным удивлением подумал он. - Ведь не мать в последнюю минуту вспомнил, не жену. И дети, наверное, у него есть. А ему евреи только на краю жизни глаза застили... Что за существа такие?”
Он положил руку на плечо Моти, и они молча направились вглубь квартиры.
В первой маленькой комнате стояли какие-то коробки и ящики, на полу пылился старый компьютер.
Вспыхнул свет и во второй комнате. Сергей испытал разочарование и внезапный страх, не обнаружив там, как он надеялся, Марины. В запылённом, с паутиной в углах помещении они увидели только диван, стул с вытертым грязным сиденьем и покрытую толстым одеялом кровать. На полу стояла небольшая дорожная сумка.
Где же Марина?! В каком подвале эти выродки её держали? Как найти её сейчас, когда оборвана последняя нить...
Сергей растерянно посмотрел на Моти, который уселся на стул, исподлобья рассматривая заброшенное жилище.
Вдруг, будто что-то услышав, Моти насторожился, уставившись взглядом в пространство. Сергею тоже почудилось неясное движение в комнате, какие-то слабые звуки.
Он быстро подошел к низкой кровати и откинул толстое одеяло. Под ним, связанная по рукам и ногам, с заклеенным пластырем ртом, смотрела на него огромными тёмными глазами Марина. Растрёпанные рыжие кудри прилипли к её вспотевшему лбу...

 Глава 17
Смесь радости, сострадания и жалости охватила Сергея. Нагнувшись, он осторожно снял клейкую ленту с губ Марины, сам почти ощутив противный химический вкус тёмного пластыря. На мгновение прижался щекой к её измученному, бледному лицу и начал торопливо распутывать замысловатый узел на тонких запястьях. Моти пытался разобраться с узлом, стягивающим щиколотки.
Освобожденная наконец от грубых верёвок, Марина с блаженством вытянула руки и покрутила в воздухе кистями. Затем прижалась к плечу севшего рядом Сергея и несколько минут молчала, прикрыв глаза. Губы её мелко дрожали. Наконец она глубоко вздохнула, открыла глаза и посмотрела в лицо Сергею. Это была уже прежняя Марина - собранная, почти спокойная.
- Илан где? Всё нормально?
- Да, всё в порядке, не волнуйся. Он в Хайфе у Вадькиных друзей, - неожиданно спокойно ответил Сергей.
Сработало подсознание, шепнувшее, что не время и не место сейчас разбирать завязанное обстоятельствами причудливое переплетение их судеб.
- Где этот? - спросила Марина, показывая глазами в сторону коридора.
- Убит, - коротко и бесстрастно ответил Сергей.
- А молодой? Громила такой?
- Тоже.
Слова камешками падали с его губ в тишину комнаты. Сергей вдруг почувствовал страшную усталость. Сидеть бы вот так рядом с Мариной, мягко прильнувшей к плечу, и чтобы завитки её волос щекотали щёку...
- Ребята! - спокойно начала она. - Нам здесь не стоит долго оставаться. Надо будет всё проверить, чтобы ничего лишнего тут не оставить, да и уходить побыстрее. Вы пока отдохните, а я собираться буду.
Она встала, открыла дорожную сумку, стоящую на полу, и, порывшись в ней, вытащила мягкую, похожую на панаму шляпу. Подумала немного и достала блестящую, кричаще нарядную здесь, красивую коробку - видимо, косметический набор. Подняла глаза на Сергея, всмотрелась, удивлённо охнула и, подойдя, погладила его по волосам, а потом поцеловала в лоб.
- Какой ты брюнет жгучий... - удивлённо сказала она. - И знаешь, очень даже ничего - идёт тебе.
Марина легонько обняла его и испуганно отодвинулась, заметив, как болезненно дёрнулось его лицо.
- Ты что, ранен? - быстро и осторожно ощупывая его плечи, спросила она.
- Ничего серьёзного, потом, - отмахнулся Сергей. - Дома поговорим. Давай собирайся.
Только сейчас Сергей обратил внимание на необычный для Марины стиль её одежды. Он всегда мало интересовался женскими нарядами, а уж сейчас вообще было не до того... И всё же в глаза ему бросились длинная, элегантная юбка Марины и изящная, сложного фасона, кофточка.
Заметив его взгляд, Марина усмехнулась.
- Это мой престарелый почитатель старался - по своему вкусу покупал. У него, по-моему, насчёт меня далеко идущие планы были. Юная подруга почтенного гиганта мысли... Вы, говорит, сеньорита, великолепный образец определённой породы. Какой, правда, породы, не пояснял. Боялся, видать: скажет “еврейской” - а язык и сломается...
Марина быстро и недобро поджала губы, презрительно махнула рукой и начала внимательно осматривать комнату.
- Вы сидите! - она сделала останавливающий жест рукой в сторону поднявшихся было Сергея и Моти. - Я сама всё хорошенько проверю, а потом вас позову.
Сергей услышал её легкие, медленные шаги и ясно представил, как она методично, шаг за шагом осматривает квартиру.
Вскоре Марина вернулась, бережно держа что-то в руке.
- Смотрите! - как будто даже горделиво произнесла она, раскрывая ладонь. - Пуля! Навылет прошла, - положила пулю в карман сумки и посмотрела на Сергея и Моти.
- Откуда стреляли? - тихо спросила она.- Гильзу где искать?
- Из-за окна, - вставая, ответил Сергей. - Ты собирайся пока, я поищу.
Он вышел из комнаты и, перешагнув через распластавшуюся поперёк коридора тушу собаки, направился на кухню. Взял спички и пошёл на улицу, стараясь обойти взглядом лежащее на полу тело “шефа”.
Гильзу Сергей нашёл сразу, не пришлось даже спичек зажигать. Он вернулся в дом и положил гильзу в тот же карман сумки, где уже лежала пуля.
Марина, будто на что-то решаясь, молча смотрела на него.
- Серёжа... - осторожно, медленно сказала она. - Серёжа, я не хочу, чтобы соседи в нашем доме сейчас меня видели... Хотя и поздно, но в подъезде может кто-нибудь встретиться. Я накрашусь поярче и волосы чем-нибудь прикрою - так надёжнее будет.
Она открыла яркую косметическую коробку и что-то торопливо сделала со своим лицом.
- Не пугайтесь... - поворачиваясь к Сергею и Моти, предупредила она.
И хорошо, что предупредила. Тёмно-коричневая пудра, широкие чёрные брови, бордовая помада, намазанная поверх кромки губ - всё это сильно изменило её лицо, превратив его в вульгарную и довольно порочную физиономию. А уж когда Марина водрузила на голову мягкую шляпу, скрывающую тёмно-рыжие кудри, то узнать её стало почти невозможно, особенно при мимолётной встрече.
- Подобная шляпа тут ни к селу ни к городу, да сейчас не до элегантности... - мимоходом улыбнулась Марина.
Она заправила кровать, собрала верёвки и пластырь и уложила их в сумку. Достала носовой платок и тщательно вытерла всё, на чём  могли остаться их отпечатки пальцев.
- Всё. Уходим, - деловито обернулась она к Сергею с Моти.
У выхода из дома она пропустила их вперед, оглядела напоследок салон, бросив короткий, холодный взгляд на лежащее тело “аргентинца”, и выключила свет. Вытерла платком выключатель, дверные ручки и, прикрыв ногой дверь, вышла из коттеджа.
* * *
Не успели остаться позади затихшие белые домики, как Марина деловито сказала:
- Сергей, завтра надо будет в полицию позвонить и направить их по этому адресу. И туда, где второй бандит лежит, тоже. Позвонишь вечером из автомата, лучше подальше от дома. И никаких подробностей. Коротко - была бандитская разборка, стрельба. И всё, повесишь сразу трубку.
Сергей молча кивнул.
Марина, помедлив, добавила:
- Полиция, надеюсь, разберётся, откуда такая публика здесь появилась. Может, это расследование их дружков в России хоть на какое-то время отпугнёт, перестанут сюда приползать... А моих документов там нет, и следов, вроде, никаких мы не оставили.
Машина торопливо бежала к небольшой стоянке, на которой ещё утром этого бесконечного дня Сергей оставил свою “субару”.
- Моти, дорогой, - просяще сказала Марина, легко прикоснувшись к его коротким жёстким волосам. - Ты сегодня домой не возвращайся, хорошо? Позвони, предупреди, что утром приедешь. Отдохнёшь у нас, поговорим, посоветуемся, хорошо?
- Договорились, нет проблем, - согласился Моти.
- Серёжа! - Марина, прижавшись к его плечу, тревожно блеснула глазами. - Ты в “субару” пересядь, а я пока в этой машине останусь. Когда к нашему дому подъедем, ты первый зайди домой. Если всё тихо, нет никого на лестнице - тогда зажги на кухне свет, и мы с Моти поднимемся в квартиру. Только свет для нас в подъезде не включай - лучше, если никто нас не заметит.
Сергей не стал спорить, хотя такая конспирация и казалась ему излишней. Он только устало кивнул: “Хорошо.”
Они доехали до стоянки, где одиноко и терпеливо дожидалась Сергея его запыленная “субару”. Он пересел в свою машину и, включая зажигание, вдруг спохватился, что с самого утра так и не собрался позвонить Лене. Его мобильник вообще был отключён весь этот сумасшедший день.
“Она ведь беспокоится.” - виновато подумал он, нажимая на нужную клавишу мобильника. Не прошло и двух минут, как раздался звонок, и в кабину “субару” ворвался звенящий от волнения голос Лены.
- Серёжа, ты где? Всё нормально? Я тут места себе не нахожу!
- Тихо, тихо... - устало пробормотал Сергей. - Всё в порядке. Где Илан? 
- Спит давно, - удивлённо сказала Лена. - Мы с ним купаться ходили. Его медуза немножко в море обожгла, на животике пятно появилось. Я его гелем специальным намазала, так что краснота уже прошла.
- Медуза? - пытаясь вспомнить, что это за тварь такая, растерянно повторил Сергей. - Ладно, Ленок, я завтра тебе позвоню.
- Серёжа... - голос Лены будто надломился, падая. - А что Марина? - она запнулась, не зная, что и как спросить.
- Не ясно пока ничего, - ровным голосом ответил Сергей.
Не было у него никаких сил что-то объяснять и решать именно сейчас.
- Я завтра тебе позвоню, сейчас я в машине, движение тут напряжённое, - он заторопился закончить разговор, следя за красными огоньками единственного на дороге мотиного “фиата”. О том, что будет завтра, пока не думалось. По краю затянутого усталостью сознания проплыла, на мгновение блеснув, смутная, едва различимая мысль - “Были бы они обе со мной.”..
Подъехав к дому, Сергей поднялся в квартиру и зажёг свет на кухне. Он стоял у приоткрытой двери в полутёмном салоне и ждал. Послышались легкие, почти невесомые шаги, и в дверь проскользнула Марина, а затем неловко протиснулся и Моти. Сергей подошёл к окну, задёрнул шторы и наконец включил свет.
Марина стояла посреди салона, оглядываясь вокруг с растерянной улыбкой. Что-то грустно-отстранённое было в её лице, отчего у Сергея непривычно кольнуло в сердце.
Марина поймала своё отражение в зеркале, поморщилась и, сняв нелепую панаму, повесила её на вешалку.
- Пойду вымоюсь, - сказала она, направляясь в коридор.
Сергей, как привязанный, потопал следом. Марина зашла в спальню, открыла шкаф и застыла, глядя на аккуратно сложенные стопки незнакомых вещей.
Помедлив, обернулась к понуро стоящему Сергею и молча, вопросительно посмотрела на него.
- Марина... - сбивчиво заговорил Сергей. - Мне звонили из Москвы, давно уже, месяца три как... Голос точь-в-точь как у тебя, я был уверен, что это ты говоришь. Она... женщина эта... сказала, что любит другого; он, мол, в Москве живёт, бизнесмен, то да сё. Прости, мол, и тому подобное...
Сергей замялся, зачем-то внимательно разглядывая свои руки.
- А Илан всё время с метапелет был - я же работаю, поздно прихожу, ты же знаешь. Ну, вот и... - нахмурившийся Сергей замолчал, избегая смотреть в казавшееся чужим, грубо размалёванное лицо Марины.
- Такой голос похожий... - неуверенно заговорил он снова, подняв на Марину глаза, и почувствовал, как томит её какая-то невесёлая, знобящая душу забота. Она будто хотела сказать что-то и никак не решалась.
- Что за девушка? - негромко спросила Марина.
- Лена, с работы твоей, - глядя в пол, хмуро ответил Сергей. - Я же не знал, что всё совсем не так, что ты не в Москве вовсе. Я поверил, думал, что...
- Да не мучайся ты... - мягко оборвала его Марина. - Как вышло, так вышло. Понимаешь, Серёжа, я очень боюсь около вас с Иланчиком оставаться. Это для вас опасно. Ведь эти “друзья” за мной снова придут. Как только поймут, что всё сорвалось, снова попытаются меня разыскать. А тут ребёнок рядом... Что им в голову прийти может - даже говорить не хочется...
Марина посмотрела на растерянное лицо Сергея и сделала останавливающий жест рукой:
- Я тебе всё, Серёжа, расскажу - ты поймёшь, что в этой ситуации тебе лучше всего делать вид, что ты не знаешь, где я, чем занимаюсь - что нет у тебя никакой информации обо мне. Никакой совершенно, понял? И надо, чтобы никто не знал, что я здесь была. Никто, кроме тебя и Моти.
Марина помолчала.
- Хорошо, хоть Лена тебе попалась, а не какая-нибудь... - Марина оборвала себя и задумалась, подыскивая слова. - Лена, она... надёжная, порядочная. Я хотя бы за ребёнка буду спокойна - насколько это возможно...
Марина говорила ровно, будто покорно подчиняясь обстоятельствам. Погладила Сергея по лицу.
- Иди, Моти накорми и чай поставь. Я пока себя в порядок приведу, - уже по-деловому сказала Марина, доставая с верхней полки полотенце и свой халатик.
Сергей вошёл в салон. Моти спал, сидя на диване и неловко откинув набок голову.
Сергей принёс из спальни подушку и тихонько уложил его, пристроив ноги на диванный валик. Он снял с Моти запылённые ботинки и поставил их у двери. Подумал немного и принёс из спальни махровую простыню. Укрыл  и пошёл на кухню - готовить чай.
Наверное, он слегка задремал, потому что вздрогнул, услышав зовущий его голос Марины: “Серёжа!”
Он встал, взял поднос и торопливо пошёл в спальню; не найдя там Марины, заглянул в детскую - Марина в голубом махровом халатике лежала на диване Илана. Потемневшие от мытья волосы обрамляли бледное, молодое лицо с лёгкой стайкой веснушек. На минуту Сергею показалось, что все события последних месяцев - это затейливый длинный сон, а действительность - вот она: сейчас сзади затопает крепкими ножками Илан, подбежит к Марине и уляжется рядом, устраиваясь поудобнее. И не надо будет ей никуда уезжать, и просто будет течь обычная, а по сути, настоящая счастливая жизнь.
...Он растерянно смотрел на Марину - как она садится, поправляя тонкими пальцами волосы.
- А... чай, - улыбаясь и как бы ободряя его, произнесла Марина. Она взяла поднос с чаем и поставила его на пластмассовую табуретку.
- Садись, - указала Сергею на стул, и он послушно сел напротив.
Марина взяла чашку, отпила глоток и поставила обратно на поднос. Помолчала.
- Слушай... - сказала она.