СЛЕД НА ЗЕМЛЕ • Лёня Шехтер из Первой еврейской бригады

История далекая и близкая
№50 (712)

Верона, один из самых красивых городов северной Италии. Романские церкви Сан-Дзено Маджоре и Палаццо дель Коммуне, готические Палаццо дель Говерно и замок Костельвеккьо с мостом Скалигеров. Верона - город любви и героев Шекспира.
Но есть и другая Верона, где воевали с фашистами сыны Израиля в рядах Первой еврейской бригады, которая была сформирована в сентябре 1944 года. Командиром бригады был назначен канадский еврей бригадный генерал сэр Эрнст Франк Бенджамин. Это было единственное подразделение, воевавшее под своим бело-голубым флагом со звездой Давида.
На интернациональном кладбище в Вероне сохранилась могила простого еврейского парня Лёни Шехтера.
Восемнадцатилетним мальчишкой из города Бельцы перебрался в Израиль, чтобы строить еврейское государство. В киббуц, куда попал Лёня, съехалась сионистская молодежь со всех стран мира. Поднимали сельское хозяйство. Это были тяжелые времена, но люди знали, что без этого государству не быть, и трудились до седьмого пота.
Фашизм стремительно шел по Европе, унося жизни тысяч евреев. Когда была создана Первая еврейская бригада, Лёня Шехтер ушел в ополчение.
Спустя несколько лет после победы капитан Джекоб Лифшиц напишет книгу “ Об истории Первой еврейской бригады”, триста шестая страница которой посвящена Лёне. С фотографии на нас смотрит озорной молодой солдат, очень любивший свой многострадальный народ и отдавший за него жизнь.
Он погиб за месяц до дня победы. Ему было всего 26 лет.
Жители киббуца Шамир, что у подножия Голанских высот, где жил и работал Лёня Шехтер, в память о нем создали библиотеку, где хранятся его любимые книги. Правление учредило стипендию имени Шехтера для одаренных студентов.
Всю свою жизнь в киббуце Шамир прожила его любимая девушка Нонна, которая написала книгу о Лёне, чтобы дети знали о героях, не пожалевших себя ради жизни на нашей многострадальной земле.
В городе Холоне есть улица имени Шехтера.
В Чикаго живет младший брат Лёни - Натан, который назвал своего сына в его честь.
Киббуц процветает, кругом сады и поля, и ничего не напоминает о той пустыне, которая встретила тогда самоотверженную молодежь, приехавшую создавать наше государство Израиль.

ПОСЛЕДНЕЕ ПИСЬМО
В библиотеке день выдался хлопотный. Нонна не успевала обслуживать школьников.
- Шалом, как твои дела? - к ней подошла подруга Хана. - Что не заходишь? Я уже соскучиться успела. А у нас новость - мой брат Якоб приехал. Он хотел повидаться с тобой.
- Где он? - всполошилась Нонна. - Может быть, о Лёне что-то знает?
Она подозвала помощницу и почти бегом бросилась из библиотеки.
Якоб очень изменился. Он возмужал. В красивой черной шевелюре густая проседь. На щеке шрам.
- Я так рад тебя видеть, - он крепко обнял Нонну.
- Ты что-нибудь знаешь о Лёне? - она пристально посмотрела ему в глаза.
- Я привез его письмо.
- Письмо?
Она вертела в руках серый конверт с обгоревшим уголком. Сердце отчаянно билось, предчувствуя беду.
Якоб наблюдал за ней. Хана налила в стакан воды и поставила его перед Нонной.
- Попей, она холодная.
- Я не хочу пить.
Дрожащими руками Нонна вскрыла конверт. На желтом листочке летящий почерк Лени:

“Шалом, моя девочка!
Сижу в каком-то разбитом доме у большого окна без стекол. Красное солнце медленно скатывается с небес. Тороплюсь дописать письмо, пока светло. Мы недалеко от Вероны. Все время бомбят. Вчера видел, как женщина, подхватив на руки двух малышей, бежала в укрытие. Мы еле успели затащить ее к нам. Ужас застыл в детских глазах. У меня сжалось сердце. Здание, где мы расположились, довольно крепкое. Женщина забилась в угол и накрыла собой детей. Пока бомбили, она не шелохнулась.
Какие в Италии сочные, зеленые луга. Ты же знаешь, я в душе крестьянин. Если б не фашисты, сажали бы мы с тобой прекрасные помидоры, строили бы теплицы.
Горе и страх окутали землю. Но, слава Богу, война подходит к концу. Мечтаю о встрече с тобой. Раньше я не позволял себе мечтать, а сейчас грежу наяву. Вижу тебя, тоненькую, нежную. Образ настолько ощутим, что мне хочется взять тебя за руку.
Единственная моя, какую мы отгрохаем свадьбу... Опять стреляют. Пока, целую.
Дописываю через три дня.
Мы на древних улицах Вероны, воспетой Шекспиром. Интересно, бывал ли он здесь? Любой балкон над садом напоминает Джульетту. Разрушенных зданий мало, и это радует.
Когда-нибудь мы приедем сюда, путешествуя по Италии. Почитай о Cкалигерах, к путешествию нужно основательно подготовиться.
Я очень люблю тебя.
Опять стреляют.
Целую, целую, целую. До скорой встречи.
Лёня”.

Конец листа залит чем-то коричневым.
Нонна коснулась пятна и вдруг поняла, что это Лёнина кровь.
- Что это? - она смотрела на Якоба глазами, полными слез.
- Его убило осколком гранаты. Лёня лежал лицом вниз, прикрыв ладонью письмо... - Якоб не мог говорить, сдавило горло.
- Когда это случилось? - с окаменевшим лицом тихо спросила Нонна.
- За месяц до конца войны.
В наступившей тишине было слышно, как часы на стене мерно отсчитывают уходящее время.
Ее время остановилось.

Амалия ФЛЁРИК-МЕЙФ