Центральный разворот

Юмор
№1 (716)

Ленинградское отделение издательства «Просвещение» печатало буквари и учебники для народов Севера, чукчей, алеутов, нанайцев, коряков и т.д. Некоторые народы были немногочисленны (помню, что какой-то букварь имел тираж 130 экземпляров), но печатались книги на хорошей бумаге, с цветными рисунками, и около издательства кормилось много ленинградских художников.
Конечно, работа была занудная – звездочка, две звездочки, пять звездочек; барабан, три барабана; пионер, два пионера, но были рисунки и посложнее: мама мыла раму, мама мыла Машу и т.д., и поответственнее – штурм Зимнего дворца, Ленин на субботнике несет бревно.
Рисунков было очень много, и гонорар получался большой. Я, например, купил машину за деньги, полученные за рисунки к чукотскому букварю, и друзья называли ее «чукотский жигуль».
На центральном развороте всех этих букварей печатался портрет Ленина и рассказик «Ленин – вождь». Письменности народы эти не имели, и все печаталось русскими буквами.
За деятельностью издательства присматривал обком партии. Ведь все эти буквари демонстрировали на международных выставках национальную политику СССР, дружбу народов и заботу «старшего брата» о «младших братьях».
Просматривая очередной букварь -  нанайский, секретарь обкома по пропаганде открыв центральный разворот,  остолбенел и потерял дар речи.
Под портретом Ленина русскими буквами было написано крупно:
«ЛЕНИН МУДЭК»
«Это что такое?» -  прошептал он шепотом в ужасе.
«Это по-нанайски Ленин - вождь», - невозмутимо ответила редакторша нанайского букваря.
«Да, да, – подтвердил директор издательства. – «Мудэк» - по-нанайски вождь».
«Ленин Мудэк» - значит «Ленин - вождь».
«Да вы что? Совсем с ума сошли? - зашептал в ужасе секретарь обкома, оглядываясь. – Хотите, чтоб нас всех уволили? Или еще хуже...»
«Как по-нанайски мудрый или умный?»
«Нурэк»,- прошептала редакторша.
«Ну так и напечатайте: «Ленин - нурэк», и все, и чтобы я этого «мудэк» не видел больше».
Букварь перепечатали, старый тираж уничтожили.
Я слезно умолял художественного редактора достать мне один экземпляр, но он тоже напуганно шептал:
«Да ты что, с ума сошел, хочешь, чтоб нас посадили?»
Но работяга из типографии за бутылку водки вынес мне экземпляр, и теперь в моей коллекции «полиграфических» раритетов имеется букварь, где на центральном развороте, под портретом Ленина, черным по белому написано крупными буквами:
«ЛЕНИН МУДЭК».

Из книги «100 почти портретов»