Уши Москвы и крылья Вашинготона

История далекая и близкая
№5 (720)

Вряд ли требует доказательств веками проверенная истина: ни “холодная”, ни “горячая” война не могут обойтись без активной деятельности разведки. Именно она нередко предвещает приближение тяжёлых свинцовых туч с грядущей грозовой опасностью. Так было в пору полувековой давности, так и нынче в столь же тревожно-призывное время.
Потому, полагаю, знаковыми могут стать запомнившиеся с тех непогожих дней эпизоды действий американской воздушной разведки, составлявших мой профессиональный развединтерес в прошловековые 50-60-е годы. Причем приведу в основном малоизвестные и не оглашавшиеся факты и события, свидетелем и участником которых довелось быть.
ПРЕРВАННЫЙ РАЗВЕДПОЛЕТ И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ
В день первомайского праздника 1960 года произошел едва ли не самый драматический, скандальный по последствиям и с политической, и с военной точек зрения авиаразведывательный эпизод, когда высотный самолет У-2, разработанный малой серией специально для разведцелей, пролетел безнаказанно с базы США на юге Турции через Среднюю Азию на север и лишь в районе Свердловска (ныне Екатеринбурга) был сбит зенитной ракетой буквально за 30-40 минут до появления над московскими праздничными колоннами.
Годы спустя СМИ, обуянные поисками “жареного”, живописали тот полет самолета-разведчика, пленение летчика, который катапультировался и вопреки инструкции не раздавил капсулу с ядом, судебный процесс, а позднее обмен на советского разведчика. Иностранная пресса кое-что дополняла: якобы второй ракетой был сбит выходивший на перехват МИГ.
А ровно через два месяца, 1 июля, над Баренцовым морем был сбит стратегический самолет-разведчик RB-47. И хотя Белый дом официально заявил, что самолет выполнял “исследовательское задание”, не составляло особого аналитического труда доказать несостоятельность этой версии.
Этими да и рядом других полетов подтверждалась отмечавшаяся по всему периметру советских границ и в приграничных районах страны возросшая со второй половины 50-х годов активность воздушных разведсредств. В набатный колокол мы били с нашей дальневосточной разведокраины, поскольку анализ подсказывал, что раскручивается широкомасштабная разведывательная программа.
А подтверждение тем нашим предположениям нашел несколько позднее в одном американском книжном источнике под претенциозным названием “Дуайт Д.Эйзенхауэр. Антимилитарист в Белом доме”. В книжке автор, в частности, заметил, что именно при нем, президенте-генерале, была создана и функционировала в Штатах в послевоенные годы разведывательная сеть глобального масштаба. В ней воздушной разведке отводилось заметное место. Через три десятка лет в прессе промелькнуло признание Пентагона, что во время полетов над СССР и Китаем в послевоенные годы было сбито 40 американских самолетов-разведчиков. При этом 126 членов разведэкипажей до той поры числились пропавшими без вести. Не встречалась информация о соотношении пресеченных шпионских полетов и успешных разведопераций. Но убежден: она в пользу успешных разведопераций.
Замечу, что после майско-июльских 1960 года разведполетов над Союзом отношения с Соединенными Штатами, как стрелка барометра, заметно сдвинулись к риске “пасмурно”. Они явились официально объявленной причиной срыва готовившейся встречи советских и американских руководителей.
ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ
ПРОВОКАЦИОННЫЙ ПРОЛЁТ
Буквально через несколько недель после полета У-2 последовало вызывающе провокационное нарушение высотным стратегическим разведчиком на Дальнем Востоке, не прерванное средствами ПВО. О нем советское информбюро полностью умолчало, хотя о подобном глубоком залёте в районе Минска в то же время сообщалось.
До сей поры перед глазами карта с проложенным маршрутом авиашпиона, наглядно свидетельствующая об обширности территории, “исследованной” разведчиком, и о до отчаянности смелой, хорошо продуманной операции. Войдя на большой высоте и скорости севернее порта Находка в советские пределы, стратегический самолет-разведчик RB-57 вышел к Транссибирской железной дороге и пошел, словно по давно обкатанной трассе, на север, просматривая и безусловно фотофиксируя по маршруту все интересующие заказчика объекты. В чем мы, с самого начала нарушения наблюдая за ним, вскоре убедились: где-то в Забайкалье экипаж обнаружил, что один из важных объектов выскочил из их поля зрения. Последовал разворот, самолет возвратился в район города Свободного, где располагались десантники, ракетчики и дальняя авиация, просмотрел нужное, после чего вновь лег на плановый маршрут.
Истребители ПВО вылетали на перехват, но по высоте не достигали нарушителя, зенитных ракет, очевидно, в тех местах еще не было или не намеревались их раскрывать. Такое состояние и возможности системы ПВО на Дальнем Востоке американские разработчики операции, несомненно, учитывали. Командование даже решило пойти на применение “эффекта испуга”: с заводского аэродрома в Комсомольске-на-Амуре подняли новейший МиГ, на котором еще не было вооружения. По высоте он добрался до американца, но на этом его возможности заканчивались. На воздушный таран никто не решался. Экипаж разведчика испугу не поддался, вероятно, твёрдо зная - в регионе по маршруту разведполета в боевом строю еще не было соответствующих истребителей-перехватчиков.
Благополучно завершив разведоперацию, самолет 55-го разведывательного авиакрыла Стратегического авиакомандования США совершил посадку на авиабазе Йокота, в районе Токио. О чем мы и доложили командованию. В советской прессе обо всем этом - молчок, дабы не ошарашивать народ признанием недостаточной мощи ПВО, о чем после Пауэрса продолжали рассуждать в ура-патриотическом плане.
“НОУ-ХАУ”
В ВОЗДУШНОЙ РАЗВЕДКЕ
В американских планах глобальной разведывательной деятельности заметным разделом прорабатывалось немало новинок, по крайней мере, ранее широко не применявшихся способов и методов стратегической воздушной разведки. К ним, в частности, правомерно отнести разведку с помощью свободно парящих воздушных шаров, использующих эффект движения потока воздушных масс с запада на восток на определенных высотах. В каких-то источниках встречал и иное наименование - “дрейфующие аэростаты”.
Вот этой природной константой американцы и воспользовались. Крупнообъемный пластиковый шар с подвешенной малогабаритной разведаппаратурой при неспешном свободном полёте по воздушному потоку, как по трассе, фиксировал, накапливал, отбирал определенную маршрутную информацию. Преобразовывая её в буквенные кодированные величины, которые с определенными интервалами времени в виде коротких кодограмм шли в эфир и принимались разведцентрами в различных районах за пределами Союза, на базах США в ФРГ.
Запуски шаров осуществлялись в течение нескольких лет довольно планомерно и в немалом количестве с одной из военных баз в Западной Германии. “Проплывали” они многие тысячи километров, пересекая всю ширь Советского Союза до дальневосточного побережья. Некоторые, выйдя из воздушного потока, приземлялись ранее, единицы сбивались средствами ПВО, большая же часть заканчивала свой свободный полёт в пучинах Тихого океана. Тысячи разведшаров, зафиксированных советскими средствами, несомненно, снабдили спецслужбы Штатов весьма ценной информацией.
Наши стратегические радиопеленгаторные центры обеспечивали разведку и сопровождение практически всех шаров, но ощущение бессилия отечественных средств противодействия порой приводило к гнетущему лицезрению, не более.
Когда с начала 60-х начали разведработу по отслеживанию американских разведывательных спутников типа “Дискаверер”, возникло обоснованное предположение, что разведшары явились предтечей нарождавшейся космической разведки.
До сей поры периодически публикуются как профессиональные, так и дилетантские расследования о трагедийном эпизоде с южнокорейским “Боингом”, сбитым ракетой советского истребителя-перехватчика в 1983 году вблизи сахалинского острова Монерон. Неоднократно упоминался факт следования в северной части маршрута поблизости к “Боингу-747” самолета стратегической радиоэлектронной разведки RС-135. По своему нынешнему гражданскому статусу я не вправе судить по факту трагедии, однако замечу, что подобная тактика активно начала применяться американцами в описываемый период да и в следующее пятилетие, особенно в Беринговом, Чукотском морях, нередко и в северной части Охотского моря. Идёт вдоль побережья воздушная цель с активно работавшими бортовыми электронными системами и неожиданно как бы раздваивается: одна цель продолжает следовать по маршруту, а вторая - стремительно идёт к берегу, нарушает границу, накоротке совершает облёт какого-либо района и быстро уходит прочь. Операция длится пару десятков минут, а то и меньше.
Такую новую тактику быстро “раскололи”, перехватчики вылетали на “вытеснение” основного разведывательного самолета, а не прикрывавшего его обычно патрульного морского тихохода. Стратегические разведчики RС-135 в нарушениях не участвовали, выполняя разведзадачи на допустимом расстоянии протяженными галсами параллельно побережью в течение нескольких часов.
РАЗМЫШЛЕНИЯ
ЧЕРЕЗ ПОЛВЕКА
В 1790 году Джордж Вашингтон, избранный первым президентом США, обратился к Конгрессу с просьбой о создании разведслужбы. Почти 220 лет существует американская разведывательная служба и практически каждую декаду лет, а то и чаще, она кардинально реформируется. Обычно - после серьезных ошибок, результатом которых становились тяжелые военно-политические последствия. Не случайно в американской периодике и историографии, оценивая деятельность разведслужб, в пику вспоминают о крупнейших провалах.
Вот и меня четвертьвековое радиоразведывательное соприкосновение с США навязчиво подталкивает иногда прокрутить на экране-памяти отдельные эпизоды тех далеко не простых событий, чтобы подступиться к объяснению причин, почему американская разведка в буквальном смысле слова прохлопала, к примеру:
- внезапное нападение японской флотской и авиационной армады на Перл-Харбор в 1941 году;
- подготовку и вторжение в 1950 году северокорейской группировки из девяти дивизий в Южную Корею;
- переброску в 1962 году из Союза на Кубу экспедиционного корпуса 50-60-тысячного состава с ракетной бригадой с атомным боекомплектом, зенитно-ракетными дивизионами (кстати, в канун пика конфликта сбивших стратегический самолет-разведчик RВ-57), и эта “неожиданность” подтолкнула мир “холодной войны” к последнему шагу от ракетно-ядерной войны;
- подготовку и осуществление атаки террористов на Нью-Йорк и Вашингтон в 2001 году;
- возможное контрдейство “черных сил” в Ираке, последовавшее за победоносным первым блиц-ударом в 2003 году.
Хотя, если быть откровенным, удивляться нечему, поскольку всесильность и всезнайство штатовских шпионских контор - это лишь в кино и на ТВ. В действительности же за разведкой по сей день числятся многие ощутимые проколы, за которыми следуют расследования и реформы. Вот и отставной американский генерал Уильям Одом, в 1985-1988 гг. состоявший директором Агентства национальной безопасности (если открытым текстом, он был главным радиоразведчиком США), где-то в начале XXI века признался газетчикам: “Русские преувеличивают силы и способности наших спецслужб. Я довольно низко оцениваю их эффективность”.
Довольно однозначное признание. Судя по многочисленным оценкам в СМИ, власти Штатов никогда не были удовлетворены результатами деятельности разведывательных служб страны. Нынче же ожидают заметного повышения качества работы американской разведки от проведенной в 2004 году крупнейшей со времен Второй мировой войны реформы национальной разведывательной и контрразведывательной системы.
Александр ТИТЕНСКИЙ,
Кирьят-Оно


Комментарии (Всего: 3)

Отличный материал, будь здоров, продолжай писать.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
А впереди мировую общественность ждёт ядерный и биологический терроризм от распылённых по всему свету малочисленных ячеек.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Интересно,но мало информации,я,например слышал о сбитом случайно B-52 при его патрулировании наших северных границ.С уважением,Александр,офицер запаса ПВО.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *