ЦАРСТВО АНТАРКТ-АИДА • В поисках забытого электорального колена

В мире
№8 (723)

ПРЕДИСЛОВИЕ

Продолжаются попытки протолкнуть закон о праве участвовать в парламентских выборах миллиона граждан Израиля, постоянно проживающих за границей.
Лидерам партии “Наш дом Израиль” возражают, мол, многие давно потеряли связь с еврейским государством, кое-кто использовал нашу страну как трамплин, дабы перебраться в более холодные и безопасные края, иные даже умудрились ограбить Израиль и поучаствовать в аферах с перепродажей машкант, “корзин абсорбции” и сохнутовских ссуд. К тому же в далекой Бразилии и не очень далекой Франции проживают десятки тысяч куда более организованных потенциальных избирателей столь нелюбимой электоратом НДИ партии религиозных сефардов.
Но идея всемирно-израильского избирательного права настолько понравилась ее авторам, что их уже ничто не остановит.
Даешь заграничные голоса!

Порывшись в пыльных архивах, завещанных редакции Уильямом Ненашим-Шекспирзоном, мы обнаружили пьесу, на удивление перекликающуюся с означенной выше темой. Как всегда, У. Ненаш-Шекспирзон накануне своих похорон предупредил, что совпадение имен, названий и фактов совершенно случайно и суду истории не подлежит.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Бибер - царь, просто царь (король, президент, премьер-министр, султан - в зависимости от времени и места постановки пьесы).

Либер - лидер с во-от такой харизмой (воевода по иноземцам, визирь по гяурам, зарубеж-паша).
Шаранчик - неугомонный общественник (боярин на подхвате, джинн без бутылки, румяный критик всех).

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ.
И ПОСЛЕДНЕЕ

Либер (Биберу, постукивая того по плечу железным кулаком в бархатной перчатке):

- От Москвы до самых до окраин, до Британских и иных морей, голосует пусть за нас татарин, русский, молдаванин и еврей! Это будет, милый Бибер, круто, будешь ты такому делу рад: столько пыльных теудат-зеутов там хранит родной электорат!

Бибер (уворачиваясь от постукиваний):

- О, майн Либер, дас из ведь фантастиш! Миллион - и в Африке мильон. Если к урне каждого притащишь - значит, потрудиться есть резон. Но родные ль там сегодня лица? Так ли мы сегодня им нужны? Теудат, который там пылится, не меция для родной страны...

Либер (надевая красные шаровары и отплясывая одновременно гопак, хору и танец маленьких лебедей):

- Ты не веришь своему народу? Думаешь, забыл про нас еврей? Что ж, Шаранчик, расскажи нам с ходу, что добыл ты. Только поскорей!
Шаранчик (также пускаясь в пляс вокруг Бибера):
- Мы добыли множество евреев даже там, где наших не найти. Привезем, устроим, обогреем...

Либер (нетерпеливо):
- С тем, кто здесь, сейчас не по пути!

Шаранчик (примирительно):
- Хорошо, задание понятно. Без завоза - тоже есть резон... Белые на карте мира пятна - это ж сладкий сионистский сон. С нами будут лишь идеи ради те, чей непривычен даже вид: Белый Берл - наш человек в Канаде, Пиня Гвин - большой антаркт-аид.

Либер (радостно):
- Броня Носец - дама с Амазонки, Дина Завр - привет, Палеозой!

Бибер (увлекаясь идеей):
- Моше Ник - достанет до печенки, Бара Банщик - с отставной козой...

Либер (потирая руки):
- Много мы еще найдем коленей там, где бродит наш электорат. Согласитесь: я, конечно, гений!

Шаранчик (переглядываясь с Либером):
- Гений, друг, товарищ мой и брат! В общем, ищем мы не званья и награды, нам страны куда дороже честь. Если партии сказали: “Парень, надо!” - то отвечу я: “Давайте, есть!”

Владимир ПЛЕТИНСКИЙ