Откуда мы родом • К 10-летнему юбилею Гильдии еврейских художников

Культура
№15 (730)

Если не мы, то наши дети, внуки наши задаются вопросом – и просто необходимо, чтобы вопросом этим они задавались, – откуда мы родом, где и как жили наши деды и прадеды, какими были их быт, их одежда, их культура, музыка их языка, большинством из нас даже не забытого, а потерянного. А ведь речь идёт об идише – о языке, включившем в свою ткань словечки и идиомы древнего иврита, интонационно богатом и исполненном смысловой выразительности языке, на котором несколько столетий говорили европейские, а следом за ними и американские евреи. Как же важно не дать языку этому уйти в небытие, как ушёл, стал мёртвым ладино, на котором писали великие Рамбам и Галеви и говорили многие поколения евреев и до, и после изгнания из Испании...
А сохранить идиш можно, только посеяв уважение к идишскому культурному наследию, истоком которого была многотысячелетняя иудейская культура. Но не застывшая, а развившаяся во времени, принявшая знаки культур тех стран, где евреи жили в рассеянии, и, в свою очередь, эти культуры обогатившая. И ещё – что значение имеет основополагающее – помнить самим и не дать забыть детям и внукам, что второй после Святой Земли прародиной нашей были польские, украинские, белорусские, южнорусские городки, городишечки и даже сёла, объединённые одним польско-украинским словом МЕСТЕЧКО, что, собственно, и означает «городок, штетл».
И воспринимается это слово сейчас чуть ли не как термин. Порой едва ли не уничижительный, родивший гнусное словечко-клеймо «местечковость», что наверняка является отзвуком скрытого, а то и откровенного антисемитизма. Впрочем, для некоторых обвинения в местечковости – лёгкий способ заявить о собственной так желаемой исключительности, забыв о бесчисленных, из местечек вышедших учёных, философах, врачах, артистах, писателях и поэтах, художниках, музыкантах, замечательных специалистах самых разных профессий. С мировыми зачастую именами. И зачеркнув память о своих дедушках и бабушках. Там, в местечках, трудно живших, тяжко работавших, мужественно переносивших тяготы, заветы отцов хранивших. Там находивших свою любовь, родивших детей. Там умиравших. Там встретивших фашистскую навалу и полегших во рвы. Так что все мы (все!) – нью-йоркцы, чикагцы, бостонцы (а в недавнем прошлом – москвичи, киевляне, петербуржцы, рижане и т.д. и т.д.) – вышли из местечка, о котором (подробнейше!) должны знать. Обязаны знать. Мы оттуда родом.
 
 Так вот откуда голос занесён!
 Усталым от событий и пророчеств
 Мерцает и струится между строчек
 То знанье, для которого рождён.

Лиана Алавердова поэтически, лаконично и точно передала то, чем озабочены теперь многие люди, желающие восстановить историю своей малой родины, своих семей, своих пращуров, знание это сделавшие делом жизни. Святым делом. И показать – вещно и зримо – именно в ключе еврейского искусства и с еврейской художественной выразительностью, прославленной и утверждённой в мировом искусстве Оппенгеймом, Пэном, Шагалом, Бакстом, Модильяни, Лисицким, Экстер Альтманом, Фальком – сотни и сотни имён. И это сейчас продолжают утверждать мастера (и живописцы, и прикладники) Гильдии еврейских художников, которая вместе с нами отмечает в эти дни своё первое десятилетие.
Целых десять лет деятельности, всегда позитивной, творческой, яркой, общине нашей по-настоящему нужной. А ведь это дорогого стоит. Не правда ли, гениально сказано у Высоцкого о том, как «мы все ставим каверзный ответ и не находим нужного вопроса»? Гильдийцы нужный – нет, необходимый – вопрос нашли и сделали его девизом своего творчества. Откуда мы родом? Каким оно было, наше местечко? Наше прошлое и отражённое им настоящее. Это и есть пусть и не единственная, но центральная тема многочисленных всегда востребованных и высоко ценимых экспозиций Гильдии. А ведь верность теме в наши дни – вещь ох, какая нечастая. И сама тема исторически и художественно оправдана, умно, образно, профессионально разработана и преподана, а значит, деятельность Гильдии нуждается во всяческой поддержке. И очень нужно, чтобы о выставках работ её художников, среди которых немало мастеров по-настоящему талантливых, в общине нашей, да и во всём Большом Нью-Йорке знали, многозначные выставки эти посещали, что чрезвычайно интересно и для нас, американцев последнего призыва, и для американцев коренных. И, конечно же, нужны достойные выставочные залы. Это проблема из проблем.
Гильдия. Как она зародилась? По чьей инициативе и чьими усилиями создана? Назвать имя запевалы, «агитатора, горлана, главаря» проще простого. Это бессменный президент Гильдии Илья Натанзон, чья изобретательно выточенная деревянная скульптура часто появляется на выставках. Тогда, в двухтысячном, на рубеже тысячелетий, рядом с Натанзоном были его соратники: покойный, увы, Александр Струдберг и Рудольф Розенблюм, виртуоз древнего многосложного искусства чеканки, автор уникальных чеканных композиций, тема которых, конечно же, иудаика. А идейной своей направленностью в деле пропаганды еврейского изобразительного и прикладного искусства и создания сплочённого коллектива единомышленников обязана Гильдия более всех Исааку Вайншельбойму и Леониду Алавердову. И это отнюдь не «серые кардиналы», а действующие художники, творчеством своим доказывающие правоту избранного пути. По сию пору.
А тогда, десять лет тому назад, кроме творческих, решать надо было массу организационных вопросов, стараться найти тех, кто хотел бы понять и помочь. Нью-йоркская организация Бней Циона в своём здании в Манхэттене предоставила небольшую комнату, где в течение нескольких лет проходили выставки. Сейчас руководитель русского отдела Бней Циона Олег Линер, сам хороший художник, возобновляет это начинание после долгого перерыва – в выставке гильдийцы будут участвовать уже в апреле. А в начале пути нашёлся и спонсор: Айзик Гогерман помог гильдийцам в сложный период их становления. Так же, как русскоязычные газеты, а более всех «Русский Базар», с первых дней и в течение всех десяти лет рассказывающий читателям о художниках Гильдии, которых с каждым днём становилось всё больше. Сейчас их число зашкалило за 50.
Конечно же, в короткой газетной статье невозможно даже перечислить имена всех тех, кто пришёл в Гильдию потому, что воспринял её задачи как собственные и украсил своими работами её тематические выставки. Поэтому назову лишь несколько имён, которые не назвать нельзя. Снова повторюсь: Алавердов. Художник редкостной идееспособности, возродивший в сюжетах и пластике иудаики старинное искусство гобелена. Но не в западноевропейской, а в горской технике. Образный строй его шпалер, их колористика корнями уходят к орнаментировке и архитектонике старых иудейских храмов.
И вот тут небольшое отступление. Было бы недопустимо не вспомнить о бенсонхёрстовском клубе, в 1993-ем собравшем не растративших творческий потенциал и жаждущих продолжать своё дело еврейских художников. Возглавляли его Леонид Алавердов и рано, на беду нашу, умерший талантливый живописец Анатолий Макаревич. Члены клуба Марк Калпин, Николай Мостовой, Евгений Тоневицкий (озаривший свои холсты библейски чистой эротикой), Ася Оранская, Марк Рабинович стали с самого начала ядром Гильдии. Равно как и многоталантливый Исаак Вайншельбойм – писатель, журналист, юрист и неординарный живописец, самобытно отразивший в своих полотнах неуходящую тему Холокоста и позвавший зрителя своих волнующих картин и читателя новелл в будто ожившее местечко. Марк Роберман, известный скульптор-монументалист, автор кисловодских «Журавлей», стать членом Гильдии не успел, но мы запомнили его талантливейшие скульптурные эскизы к памятнику клезмерам, музыкантам, согревавшим в местечках еврейскую душу в дни радости и горя.
И тут сразу надо назвать имя Евгении Розенцвит, одарённейшего скульптора-керамиста, чьё оригинальное, к видению Шагала или Юдовина восходящее творчество, чья неуёмная энергия стали в Гильдии катализатором развития и подъёма на новый уровень этой исторически важной темы – растворившегося во времени местечка. Какие дивные керамические панно и статуэтки создаёт Розенцвит! Какова пластика! Каковы словно выхваченные из той, в небытие отошедшей жизни позы, жесты, выражения лиц! Шолом-Алейхем? Михоэлс? И как одевает эти фигурки работающая в тандеме с керамисткой поэтесса и знаток исторического костюма Елена Хазан! В этом же духовном ключе удивительные говорящие композиции из кожи Фреды Ворошиловской, поистине великолепные витражи и светильники Леонида Гринберга, превосходная живопись Игоря Бесчастнова и Ирины Дзевель, изящные изделия из раковинок Матвея Соловьёва и Нины Цыпиной, резные деревянные «поэмы» Якова Клейнермана... И если духом этим проникнуты произведения художника, и если он талантлив, двери Гильдии для него открыты, какой бы национальности он ни был. Так грузинская художница Гульнара Циклаури в сюрреалистической стилистике создала мыслящее полотно-обобщение, полотно-протест, объясняющее, разъясняющее, анализирующее, что есть антисемитизм, и как он страшен. В любом обличье.
Уже второй раз Гильдия допущена (пройдя огромный конкурс) к участию в ежегодной нью-йоркской Неделе иммигрантского наследия. Отчетная выставка начнется в два часа дня 17 апреля в бруклинской библиотеке на Ностранд-авеню и продлится до 28-ого, когда там откроется итоговая экспозиция картин Исаака Вайншельбойма. Не пропустите!


Комментарии (Всего: 1)

Замечательно и полезно

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *