Лечить людей - дело опасное

В мире
№16 (731)

Жестокое и грубое, но знакомое, наверное, многим выражение: «Больного зарезали на операционном столе», в сегодняшнем Израиле может звучать вполне информационно: «В больнице пытались зарезать хирурга».
В Израиле, стране, населенной народом, всегда славившимся своими лекарями, медицинскими светилами и успехами  во врачевании, больные и их родственники бьют докторов давно и беспощадно. Началось это еще в 60-70-е годы, во времена нелегкой адаптации репатриантов из стран Северной Африки и с арабского Востока. Врачей не хватало, те, что были, не всегда находили общий язык с новыми пациентами, сказывались и ментальные различия. Впрочем, нервы нередко сдавали и у выходцев из Европы, особенно у тех, кто прошел ужас нацистских концлагерей и еврейских гетто. Страна в те годы была потрясена убийствами докторов Маглиса и Шапиры из государственной клиники в Нагарии  и больницы ‘’Ха-Шарон’’ в центре страны. Они пали от рук пациентов и их родственников. В последующие годы избивали или калечили по нескольку медиков, хотя до убийств больше не доходило.
Самыми «урожайными» на подобные эпизоды были 2007 и 2008 годы: система здравоохранения и правоохранительные органы говорили тогда о 120 с лишним случаях публичных оскорблений, угроз физической расправой и прямых нападений на медиков. Более чем в 20 случаях пострадавшим врачам потребовалась госпитализация, порой  коллегам приходилось буквально бороться за их жизнь. Причем эпизоды нападений на врачей и медперсонал «ходили стаями». 2 февраля 2007 года в больнице “Зив” в Цфате двое братьев напали на врача. По их мнению, отец, находившийся в реанимационном отделении, не получал должного ухода. 12 февраля того же года медики станции «скорой помощи» из Ашдода прибыли в поселение Бней-Аиш для оказания срочной медицинской помощи 47-летнему мужчине. И хотя они оперативно отреагировали на вызов, к моменту их приезда человек был уже мертв. Члены его семьи набросились на бригаду с кулаками,  избитым медикам пришлось запереться в комнате, где лежало тело умершего, и наблюдать из окна, как родственники крушат машину «скорой помощи». Спустя еще некоторое время местом нападения пациентов на врача стала больница «Тель-Ха-Шомер» в одноименном округе. Там в голову ортопеда сначала полетели металлические «ходунки» одной из больных, а затем оглушенного врача принялся избивать ее муж. При этом эта парочка местных дебоширов выкрикивала оскорбления в адрес выходцев из бывшего СССР, к которым принадлежал доктор.
Новая серия нападений на врачей пришлась на  весну и лето следующего года. 2 июня 2008 года терапевт поликлиники Бат-Яма Дан Саранга стал жертвой агрессии пациента, не записавшегося на прием, но требовавшего, чтобы ему уступили очередь. Когда вышедший из кабинета доктор Саранга попытался унять дебошира, тот жестоко избил врача. Через несколько дней подверглись хулиганским атакам врачи в больницах «Абарбанель» в Бат-Яме и «Бейлинскон» в Петах- Тикве. Ну а самым серьезным стал инцидент происшедший 28 мая 2008 года в больнице «Каплан» в Реховоте, где едва не погиб уролог Мариус Гай: разъяренный пациент шесть раз пырнул его отверткой. Всего за пять лет в Израиле стало известно о 229 актах агрессии пациентов и их родственников против медицинского персонала.
Покушения на медицинский персонал при полной неспособности структур, отвечающих за безопасность, защитить израильских врачей не раз становились поводом для акций протеста.  Забастовки проходили почти во всех больницах страны, так как нет ни одной, где бы больные и их родственники не оскорбляли и не били врачей. Однако стачки не продолжались более пары часов и вообще носили весьма ограниченный характер, так, медики не могли надолго оставить без ухода и помощи остальных больных, не повинных в происходящем. 
Особенно возмущало врачей и медперсонал больниц то, как снисходительно относилась израильская Фемида к этим позорному явлению. Достаточно сказать, что до 2007 года минимальное наказание за это правонарушение составляло 3 месяца, позднее увеличили до полугода, но и их (не говоря уже о максимальных 3 годах тюремного заключения) не получил фактически ни один больничный хулиган. Даже тогда, когда дела доходили до судов,  к аргументам защиты прислушивались внимательнее, чем к доводам обвинения. Тут и особое психологическое состояние, и влияние среды, и реакция на недобросовестное обслуживание, и т.д. и т.п. Все дебоширы выходили на свободу, отделываясь разного размера штрафами. За то же самое, будь оно совершено не в клинике, а на улице или в ресторане, хулиган получил бы сполна. Выходит, что жизнь и здоровье медика стоят в Израиле дешевле жизни и здоровья случайного прохожего или просто собутыльника подсудимого.
Такая явная несправедливость заставила депутата Кнессета Хаима Орона из партии МЕРЕЦ выдвинуть законопроект об ужесточении наказаний за нападение на медперсонал. В январе 2010 года этот закон прошел все чтения при почти 100-процентной поддержке парламентариев. Теперь вместо максимальных 3-х лет больничным дебоширам и хулиганам  грозит 5-летний срок заключения. Резко изменится и практика применения соответствующих уголовных  статей, пообещали законодатели. Казалось бы, отныне израильские дебоширы поостерегутся, но...
Но не тут-то было! За последние месяцы СМИ известили уже о нескольких новых случаях нападений на врачей и медсестер, а на днях в арабском городе Назарете два брата, 43 и 19 лет, сыновья госпитализированного старика, посреди ночи жестоко избили дежурного врача.  Они выбили доктору все передние зубы, сломали нос, едва не лишили его зрения. В тяжелом состоянии врач был госпитализирован в Англиканскую больницу – туда, где работал и где подвергся нападению своих соплеменников. Получат ли эти двое свои пять лет тюрьмы – еще бабушка надвое сказала.
Между тем портрет и израильского больничного хулигана, и самого этого явления местной жизни давно обрисован. Средний израильский «врачебой» - это мужчина в возрасте 25-36 лет, в 66% случаев это израильский старожил, в 20% - представитель национальных меньшинств. В большинстве случаев нападения на медиков происходят в приемных покоях больниц и, по статистике, 75% всех сотрудников именно этих отделений израильских клиник (младшему и среднему медперсоналу) и 16% врачей, занятых приемом поступивших, угрожали пациенты или их родственники. Обычно нападения происходили из-за длительного ожидания в очереди и недостаточно тщательного  - с точки зрения больных или их сопровождающих – отношения к людям, поступившим в приемные покои. Ждать, пока подойдет медработник, будут проведены необходимые анализы и, наконец, поступившими займется врач, приходится подолгу. Дело в том, что медсестер вообще не хватает, а в пору сезонных пандемий или эмоциональных потрясений (военные операции, в которых принимают участие солдаты и офицеры срочной службы или призываются резервисты, а также после палестинских терактов) -  особенно. При этом, как установлено, 60% тех, кто обращается в приемный покой, вообще не требуют госпитализации и после осмотра уходят восвояси. Им в принципе помогает уже само внимание врача, а кажущееся безучастие или долгое ожидание помощи – просто бесит.
Социальная сторона вопроса также ясна. Среди тех, кто нападает на врачей, практически нет хорошо обеспеченных граждан. И дело не только в воспитании. Элитную публику гласно или негласно пользуют «свои» врачи в «своих» клиниках, и у нее нет повода устраивать там мордобой. Больные же, получающие обычные услуги, входящие в общий перечень, завидуют своим богатым соотечественникам и ревнуют к ним любого врача, даже того, кто не вхож в высшее общество. Так «попадают под раздачу» любые не понравившиеся простонародному пациенту доктора. Тем более что он, этот пациент, нередко имеет дело с частной медициной, знает ее бешеные расценки (например, услуг стоматологов и офтальмологов) и считает всех врачей бездушными богатеями. Известно ему и то, во что обходятся самые серьезные операции и насколько они ему недоступны. Чаще всего такой средний «народный мститель» совершенно несправедлив к среднему же врачу, но признаться в этом он не готов.
Менталитет израильтянина сильно подпорченный традициями общества потребления, зачастую ставит врача на одну доску с любым производителем услуг. Он экстраполирует на медицину принцип: «Клиент всегда прав!», не понимая, что врач – не продавец, не официант и не квартирный посредник. Врачу, работающему в таких условиях, приходится быть постоянно готовым к выпадам в свой адрес, придиркам и попыткам «поставить на счетчик». По недавно обнародованным данным ежегодно, подаются 4.5 тысячи исков против врачей, но до суда доходят только 20% таковых дел, 80% находят решение в досудебном порядке методом компромисса сторон. Недаром же многие израильские врачи стремятся получить еще и юридическое образование.
Немалую роль играет и этнический фактор. В частности, то, что в сегодняшней израильской медицине большой процент работающих составляют выходцы из бывшего СССР, русскоязычные врачи и медсестры. А к «русским» медикам, прошедшим тяжелые испытания, но все же сделавшим в Израиле успешную карьеру, как хорошо бы они ни работали и как замечательно бы ни относились к пациентам, в народных низах отношение далеко не самое объективное.
Наконец, такой неоспоримый «человеческий» фактор, как врачебные ошибки и проявления профессиональной халатности, о чем СМИ спешат поведать тут же и всем. Не так давно в прессе сообщалось, что, согласно результатам проведенного с позволения Минздрава исследования, в 8% случаев в период госпитализации ухудшение состояния пациента вызвано не обострением заболевания, а неправильными действиями врачей. Прозвучали поистине страшные цифры: в результате врачебных ошибок еженедельно умирают около 60 граждан, а в год погибают до 3 тысяч израильтян. Причем, согласно материалам того же исследования, примерно половина подобных случаев может быть предотвращена.
...И все же насилие не может быть оправдано ничем. Хам, нападающий на врача, отнюдь не жертва ситуации, сложившейся в медицине. Он  поднял руку на человека, простите за банальность, самой гуманной профессии, и оправдания ему быть не может. Пусть сидит свои пять лет и каждый раз, когда ему за решеткой занеможется, подумает о том, как отнесется к нему врач, к которому его направят. Пускай ему будет страшно, хотя мы-то знаем, что для настоящего врача все больные равны.