Стреляющая свобода

Тема номера
№46 (342)

Владельцы оружия в США любят повторять, что само по себе оружие невинно, все зло в плохом человеке, использующем его в преступных целях.
Безусловно, можно рассуждать подобным образом, утверждая при этом, каким нехорошим был президент Клинтон, настоявший на принятии в 1994 году т.н. «закона Брейди» (по имени тяжело раненного от руки преступника помощника президента Рейгана во время покушения на главу государства в 1981 году), запретивший продажу 19 видов автоматического оружия и ограничивший продажу других, менее «опасных» орудий смерти.
Те, кто придерживался подобной точки зрения, старались абстрагироваться от фактов, изложенных в опубликованной в 1994 году книге Джефри Рота Firearms and Violence. Среди множества предложенных читателю данных можно было выделить следующие:
- По данным правоохранительных органов, в 1989 году 60 процентов всех убитых американцев (12 тысяч человек) скончались от огнестрельных ран. Более 70 тысяч человек вынуждены были проходить интенсивный курс лечения после произведенных в них выстрелов. Многие остались инвалидами на всю жизнь.
- По данным за 1985 год, которые имелись на тот момент в распоряжении Рота и других исследователей, общая сумма расходов на лечение (краткосрочное и долгосрочное) жертв огнестрельного оружия составила 14 млрд. долларов.
- Автор информирует читателя, что в 1994 году было убито, по официальным данным, еще больше людей - 15456 человека.
- ФБР, на которое ссылался Рот, в свою очередь, отмечало, что вероятность смертельного исхода во время ограбления или нападения возрастала в том случае, если преступник был вооружен огнестрельным оружием, а не, например, ножом. Или был вообще безоружным.
Президент Клинтон, настаивая на проведении жесткой политики в области ограничения владения гражданами огнестрельным оружием, отдавал себе отчет в том, на какой серьезный политический риск он шел. Часто приходится слышать, что причиной поражения на выборах в Конгресс (1994 год) демократической партии стал составленный республиканцами во главе с будущим спикером Палаты представителей Ньютом Гингричем т.н. «контракт с Америкой», который, дескать, предложил американцам нечто новое и отличное от клинтоновской экономической политики.
Все это – вздор, не имеющий под собой никаких серьезных оснований.
Чтобы признать негодность тогдашней экономической программы Белого дома, следовало проверить ее временем. Клинтоновской программе выхода из кризиса, принятой в 1993 году был всего год. И, кроме того, в 1994 году страна уже явно находилась в начале самого продолжительного в истории США экономического подъема. Не обижая американцев, смею предложить, что большинство из них в глаза не видели «контракта» Гингрича, а если и видели, отнеслись к нему без особого интереса.
Дело тогда было не в партийной программе республиканцев, которая мирно почила в бозе спустя несколько лет. Наоборот, во второй половине 90-х, когда экономический подъем достиг своего пика, Гингрич и его однопартийцы стали утверждать, что именно благодаря их усилиям был принят «план Клинтона». Поверить в это могли лишь те, кто напрочь забыл, что Ньют и сотоварищи выступили решительно против этого плана.
Для чего весь этот экскурс в историю? Сейчас поясню.
Как я заметил выше, Клинтон очень рисковал в свою первую каденцию, внося предложения в области ограничения владением огнестрельным оружием. Лидеры самой мощной лоббистской организации США - Национальной стрелковой ассоциации» позже признаются, что им, а не Гингричу были обязаны республиканцы победой на выборах в Конгресс 1994 года. «Стрелки» выделили тогда огромные, в рамках предвыборной кампании, средства на обработку населения тех штатов, где покушение федеральных властей на владение оружием считалось анафемой, тягчайшим покушением на права и свободы граждан. То, что в этих штатах от пистолетного или ружейного огня гибло больше людей, чем в каменных джунглях Нью-Йорка, Чикаго или Лос-Анджелеса, местных жителей не волновало. Мы - свободный народ, и оружие в наших руках - доказательство этой свободы.
Короче, более двух десятков мест в Палате представителей недосчитались демократы. Именно потому, что их законодатели шли в ногу с президентом, поддерживая его антиоружейные инициативы. Как ни старались демократы вернуть утерянное за все эти годы, не получалось. Национальная стрелковая ассоциация раз за разом повторяла: не забывайте «закон Брейди», свободные американцы! Те не забывали...
Ну а сегодня, после того, как, не вся нация, но жители двух «столичных» штатов, Мэриленда и Вирджинии, плюс федерального округа Колумбия пережили чудовищный страх из-за действий снайперов-преступников, убивших 10 человек, готовы ли американцы идти дальше в ограничении владения частными лицами огнестрельным оружием? Согласны ли хотя бы уменьшить риск попадания в руки таких, как Джон Аллен Мухаммад и Джон Ли Малво, автоматических, скорострельных винтовок и других видов фактически армейского снаряжения? Увы, нет.
Как отмечает журнал TIME, даже страх перед серийными убийцами не сделал их последователями Клинтона, Брейди и сторонников более строгих мер, предъявляемых к владению оружием. Да, 51 процент респондентов опроса, проведенного TIME, согласны на более жесткие меры, но в январе 2000 года таковых было почти 60 процентов.
Эта тенденция не могла пройти мимо политиков, в первую очередь кандидатов от демократической партии на нынешних выборах.
Казалось бы, уж кому-кому, а кандидату в губернаторы, нынешнему вице-губернатору Мэриленда Кэтлин Кеннеди Таунсенд сам Бог велел вести свою кампанию под лозунгом «Прощай, оружие!»
Но демократ Таунсенд как в рот воды набрала, боясь даже произносить, появляясь на предвыборных встречах с избирателями, слова «ограничение владения оружием». Новые законы не нужны, говорила она, хватит и старых.
Еще два года назад услышать подобное от таких политиков, как Таунсенд, было бы практически невозможно. Но все течет, все изменяется. Даже выстрелы маньяка Мухаммада не заставили вице-губернатора изменить тон своих выступлений.
Мэрилендский вице-губернатор отнюдь не исключение из правил. Решила не обращаться к оружейной теме большая часть демократов, за вычетом разве что политиков, баллотирующихся на выборные должности в либеральных Калифорнии и Нью-Джерси. Зачем дразнить гусей, посчитали они, и отдавать без борьбы места в Палате представителей в штатах, где личное владение оружием волнует избирателя больше, чем собственная безопасность, стрельба в школах, возросшее за последний год число жертв пистолетного огня, вооруженные до зубов члены уличных банд.
Вот и приходилось наблюдать, как бывший клинтоновский министр Билл Ричардсон, ведя борьбу за пост губернатора Нью-Мексико, повторял постоянно на предвыборных митингах: жители штата, никто не имеет основания посягать на ваше право приобретать и владеть оружием. О том же говорил и кандидат в конгрессмены, демократ из Алабамы Джой Турнхэм, уверяя электорат: «Я самый надежный защитник вашего права иметь револьверы, пистолеты и ружья». Ну а сражавшаяся за переизбрание на второй срок сенатор-демократ от Миссури Джин Карнахан часто появлялась в своих рекламных роликах непременно с винтовкой в руках. Руководители ее избирательной кампании не забывали напомнить, что миссис Карнахан была в колледже отличным стрелком, заслужив специальную медаль.
Вот такие у нас сегодня демократы, не отличишь от самых ревностных защитников владения оружием среди республиканцев.
Безусловно, демократам приходится учитывать реалии, силу Национальной стрелковой ассоциации, которая продолжает демонстрировать свои возможности. Во многом, благодаря ей Буш смог нанести поражение Алу Гору в таких штатах, как Теннесси (родной штат бывшего вице-президента), Арканзас (родной штат Билла Клинтона) и Западная Вирджиния, которая традиционно поддерживает демократических кандидатов.
Решивший отказаться от антиоружейной риторики нынешний губернатор-демократ Вирджинии Марк Вернер сумел одолеть своего противника на выборах 2001 года. И это несмотря на то, что Вирджиния один из наиболее консервативных штатов страны.
Национальный комитет демократической партии не мог не учитывать тот факт, что самые жаркие баталии за места в Палате представителей должны были состояться в южных и западных штатах, где влияние Национальной стрелковой ассоциации особенно ощутимо. Демократы не могли не обратить внимание на ситуацию в стране, сложившуюся после 11 сентября. Продажа оружия за прошедший с теракта год резко возросла, а это свидетельство того, что в нынешних условиях многие американцы отнесутся без энтузиазма или даже отрицательно к новым инициативам по контролю над продажей огнестрельного оружия. Даже в ущерб собственной безопасности.
О настроениях общественности говорит и то, что один из главных противников Национальной стрелковой ассоциации (Handgun Control Inc.), решил сменить «вывеску», называясь теперь Brady Campaign and Brady Center to Prevent Handgun Violence. Читатели, читающие по-английски, смогли заметить, что от слова «контроль» противники оружейного лобби решили отказаться, заменив его на слово «насилие». Сделано это было не случайно, а принимая во внимание негативную реакцию избирателя на все, связанное с «контролем».
Все эти подвижки лично меня, как и многих противников фактически не ограниченного распространения оружия в стране, несмотря на все принятые в 90-е годы меры, приводят в уныние. Администрация президента Буша явно не стремится настаивать на исполнении уже принятых законов, тем паче инициировать новые.
Министр юстиции Джон Эшкрофт, не скрывающий симпатий к Национальной стрелковой ассоциации, открыто принял ее сторону, заявив, в частности, что 2-я поправка разрешает гражданам, а не только «народным милициям» вооружаться. Хотя в правоохранительных органах и в академических кругах превалирует иное мнение.
Что же касается президента Буша, то он хоть и не столь откровенен, как Эшкрофт, явно проявляет намерение действовать в том же духе. Ирония судьбы, но именно из ружья «Бушмастер» (Bushmaster XM15) были застрелены или ранены жертвы Мухаммада и Малво. Но дело не в названии, а в том, что владелец оружейной фирмы Ричард Дюк являлся, правда короткий срок, руководителем кампании по сбору средств в копилку губернатора Буша – кандидата в президенты. Было это в 1999 году. Когда же противники нынешнего хозяина Белого дома выяснили, кто есть кто, Дюк быстренько ретировался. Заявив затем, что «губернатор ничего не знал о том, чем я зарабатываю себе на жизнь». Как говорится, блажен, кто верует, что на такие должности могут попасть случайные, а не очень близкие люди.
Как бы то ни было, имея таких друзей и явно не желая ссориться с Национальной стрелковой ассоциацией, а тем паче увидеть бездыханное тело ее президента Чарлтона Хестона (последний заявил во время недавней конференции в Манчестере, штат Нью-Хемпшир, что «наши враги смогут вырвать принадлежащее мне ружье только из моих окоченевших рук»), от Буша вряд ли стоит ждать серьезных предложений по контролю над распространением огнестрельного оружия. Даже учитывая появившиеся в СМИ самые свежайшие данные ФБР о росте преступности, и в первую очередь убийств и грабежей в 2001 году.
Признаюсь, что очень не хочется, господа, чувствовать себя постоянным заложником вооруженных преступников, но куда ж денешься? Куда денешься от таких, как Мохаммад, без проблем ставшего владельцем снайперской винтовки особо убойной силы? От оружейных диллеров закон еще хотя бы требует проверять биографию покупателя, а вот частный продавец, решивший обменять свою «игрушку» на сотню - другую долларов,- нет. По данным же правоохранительных органов, до 40 процентов всех сделок купли-продажи оружия происходит в США между частными лицами.

Вот такая она, свобода которая рано или поздно стреляет. До смерти...


Комментарии (Всего: 1)

оружейная проблема америки не в количестве оружия,а в системе контроля его оборота,и не нужно пугать людей тем,что создано им помогать

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *