ГАЗА, ГОВОРЯЩАЯ ПО-РУССКИ

В мире
№32 (747)

О том, как жили в период блокады люди в Газе, мало кто знает. Иностранных журналистов туда не пускали, израильских - тем более. Прорывались лишь отдельные политики высокого уровня, и их впечатления всегда были наполнены горестными восклицаниями. Международные отчеты о том, что население бедствует, вызывали сомнения. И уж тем более мало кто знает, как живется в Газе русским женам палестинцев
 - Этих женщин там давно нет, - сказала мне пресс-секретарь организации “Бецелем”, к которой я обратилась с просьбой устроить мне встречу с русскими палестинками. - Их вместе с детьми вывезли из сектора еще в период операции “Литой свинец”.
 Но, поразмыслив, она решила все же проверить обстановку через местных представителей. Полученная информация ошеломила ее. Оказалось, сегодня в Газе проживают более 400 русскоязычных женщин, не считая их пожилых родителей, которых они привезли сюда с бывшей родины. В итоге я обзавелась несколькими телефонными номерами...
 Мой звонок застал Ирину Хеллес на работе. Ирина - семейный врач, терапевт, работает в поликлинике, ведет ежедневный прием больных. Врачей в Газе не хватает, поэтому приходится принимать до 100 больных в день. Тем не менее услышав, что с ней хотят поговорить журналисты из Израиля, но по-русски, Ирина согласились ответить на наши вопросы. Надо сказать, что мои коллеги отнеслись к разговору с жительницей Газы очень заинтересованно, почти у каждого нашлось что спросить.
 - Ирина, вы приехали в Газу вслед за мужем, палестинцем. Как вы с ним познакомились?
 - Я родом из Воркуты. Училась в медицинском институте в Ижевске, там и встретилась со своим будущим мужем. Окончив институт, мы приехали в Газу. Он тоже семейный врач, и сегодня мы работаем вместе.
 - Вам удалось быстро устроиться на работу?
 - Нет, я приехала сюда десять лет назад, а тогда существовала очередь на трудоустройство. Мне пришлось ждать около четырех лет. Сегодня ситуация другая, врачей не хватает.
 - Как отнеслись родители к вашему браку?
 - Моя мама не просто одобрила мой выбор - она сейчас живет с нами, как, впрочем, многие родители русских девушек, вышедших замуж за палестинцев. Несмотря на все запреты, они прорываются в Газу, чтобы жить рядом со своими детьми.
 - По приезде вы поселились в доме своей свекрови-мусульманки. Как она вас встретила?
 - Очень хорошо. Все объясняла, помогала. Особенно когда появились дети. Сейчас у нас трое детей - две девочки и мальчик. Младшей девочке полгода, и свекровь мне помогает, чтобы я могла работать. Мы долгое время жили вместе с родителями мужа и только недавно надстроили для себя еще один этаж дома.
 - Сколько в нем квадратных метров?
 - Девяносто. По местным понятиям это очень скромное жилье. Семья с тремя детьми обычно проживает в доме, площадь которого не меньше ста пятидесяти квадратов. Мы тоже начали строить другой дом, но из-за войны все застряло. У нас очень трудно достать стройматериалы, потому что Израиль запретил их транспортировку. То, что поступает через туннели, очень дорого. Мы надеемся, что сейчас в сектор начнут поступать стройматериалы и мы наконец достроим дом.
 - Вы испытывали нехватку продуктов во время блокады сектора?
 - Через туннели доставлялись практически все продукты. Не могу сказать, что в магазинах чего-то не было. Любые мясные консервы, овощи, фрукты... Свежее мясо тоже продавалось. Чего действительно не было, так это “русских” продуктов, которые до блокады привозили из Израиля: гречневой крупы, сливочного масла. Вот по этим продуктам мы с мужем очень скучали.
 - Газа, как известно, очень религиозна. Вы работаете врачом-терапевтом, и соответственно среди ваших пациентов есть не только женщины, но и мужчины. Имеете ли вы право осмотреть пациента-мужчину?
 - На этот счет существуют совершенно четкие предписания. Если мне надо прослушать пациента, с этим не возникает проблем. Я прошу больного снять рубашку и прослушиваю его. Если надо осмотреть область живота, я отправляю его к специалисту-мужчине, а если на данный момент в поликлинике не находится таковой, мы отправляем больного в больницу, и уже там проводится подробное обследование.
 - Газа находится под властью ХАМАСа. Неужели вам, женщине, выросшей в России, не страшно жить под режимом такой организации?
 - Конечно, страшно. ХАМАС очень жестко определяет нашу жизнь. Например, сейчас из-за нехватки врачей нас заставили перейти на шестидневную рабочую неделю, не доплатив ни одного шекеля. Раньше у нас были выходные в пятницу и субботу, теперь осталась только пятница. Таково распоряжение властей. И никто не сопротивляется.
 - Какова зарплата врача?
 - Я получаю от 900 до 1000 долларов в месяц. По понятиям Газы это очень приличная зарплата, поэтому мы с мужем можем позволить себе покупки дорогих вещей.
 - Откуда вы получаете зарплату?
 - Ее переводят из Рамаллы прямо на наш банковский счет. Мы знаем, что зарплату учителям и врачам платит администрация ПА, а не ХАМАС.
 - Есть разница в оплате труда мужчин и женщин?
 - Нет, мы с мужем получаем равную зарплату и, как я уже сказала, считаемся высокооплачиваемыми специалистами.
 - Из крупных покупок что вы смогли приобрести для семьи, скажем, за последние полгода?
 - Нам удалось обновить машину. Одна из проблем Газы состоит в том, что к нам практически не ввозят новые машины - через туннели их не доставить. Поэтому у нас в основном машины, произведенные в 90-е годы, а самые новые - это модели 2002-2003 года.
 - Каковы цены в Газе на продукты или промышленные товары?
 - Свежая говядина стоит до 60 шекелей за килограмм. Это дороговато. Куры дешевле. Очень дешевые фрукты. Огромный арбуз сейчас можно приобрести за 3-5 шекелей.
 - Ваши дети посещают дошкольные учреждения?
 - Да, мы можем позволить себе частный садик. Там приличные условия, всего десять детей в группе. Государственные садики содержатся в неприспособленных помещениях, в них до 30-40 детей, воспитательницы не имеют профессиональной подготовки. Я думаю, это одна из основных проблем палестинской педагогики.
 - Ирина, вы выросли в светской среде. Теперь же живете в строго религиозной мусульманской общине. Как вы смирились с жесткими обычаями?
 - За десять лет я привыкла к требованиям здешней жизни и нахожу, что они довольно комфортны. Если я иду в мусульманской одежде по улице, ко мне никто из мужчин пристать не может, я защищена. Когда я единственный раз за десять лет пребывания в Палестине съездила в Россию, я чувствовала себя там очень неуверенно, потому что там на улице мужчина может пристать к женщине, сказать что-нибудь не особенно приличное, попытаться завести определенные отношения. Я думаю, женщине может быть в чем-то комфортнее и спокойнее в религиозной среде.
 - А вы не боитесь, что со временем ваш муж захочет привести в дом еще одну жену? Таких случаев хватает...
 - В Газе их не очень много, особенно среди образованных людей с российскими дипломами. Мы с мужем живем хорошо, и я не опасаюсь появления новой жены. Мне известен только один случай, когда муж объявил русской жене, что женится во второй раз, потому что она родила ему двух девочек, а он хочет сына. Он действительно женился во второй раз и действительно получил долгожданного сына, но его вторая жена вскоре умерла от рака, и теперь эта русская девочка воспитывает всех троих детей. Такое тоже бывает.
 Наш разговор с Ириной несколько раз прерывался и продолжился, когда она вернулась домой с работы. К разговору тут же подключился муж - возможность пообщаться на русском языке с израильтянами его сразу заинтересовала.
 - Каково ваше отношение к режиму ХАМАСа?
 - Я считаю, что это бандиты. Я принадлежу к роду Хеллес. Это очень известная, уважаемая арабская фамилия, мы всегда поддерживали Абу-Мазена. Когда случился переворот, вся моя родня выступила в поддержку ФАТХа. В боях с хамасовцами 18 человек из нашего рода погибли, 40 получили ранения. Меня посадили в тюрьму, но я заявил, что имею гражданство России, и меня без особых разбирательств выпустили, решили, что с Россией лучше не связываться. Наша жизнь за последнее время превратилась в сплошной кошмар. Самая большая беда - конечно, после израильских обстрелов - это перебои с электричеством. Его нам дают до десяти часов вечера каждый день. Останавливается работа поликлиник, больниц, вообще вся жизнь замирает. Это очень плохо...
 - Как сказала Ирина, у вас в доме есть тяжелобольной человек - ее мама. Как справляетесь?
 - Мы привезли маму Ирины в Газу, когда сектор уже был в блокаде. Ее мама пережила инсульт, она прикована к инвалидной коляске. Там она была совершенно одинока, за ней некому было ухаживать. Здесь мы, два врача, можем обеспечить ей необходимый уход.
 - Ну а с точки зрения оформления документов? Вы испытывали трудности при их оформлении? Проживание, медицинская страховка...
 - Мы включили ее в свою медицинскую страховку, с этим не было никаких проблем. Гораздо труднее было провезти ее сюда, ведь Газа закрыта, и никто въехать не может, даже пожилой больной человек. У нас было два выхода: либо тащить ее через туннель, что мы боялись делать с учетом состояния ее здоровья, либо попытаться провезти ее через Египет по чужому паспорту. После долгих колебаний мы выбрали второй вариант. Приготовили паспорт нашей бабушки. Маму Иры в Египте одели как пожилую арабскую женщину, уложили на носилки и объяснили египетским пограничникам, что она не разговаривает, потому что находится в тяжелом состоянии. В конце концов их удалось уговорить, и ее пропустили. Сейчас она живет с нами, у нее отдельная комната, ей все нравится, кроме, естественно, израильских обстрелов. Ей нужны дорогостоящие неврологические препараты, и мы их достаем.
 - Кстати, не так давно в израильской печати появились сведения о том, что миротворцами в Газу была доставлена крупная партия просроченных лекарств. Это правда?
 - Мы постоянно получаем просроченные лекарства или лекарства, срок действия которых вот-вот закончится. Лекарства с нормальным сроком использования есть в основном в частных аптеках.
 - Вы знакомы с планом Либермана? В нем есть все, о чем вы мечтаете: строительство электростанции, опреснение воды, свобода от Израиля... Каково ваше отношение к этому плану?
 - Электричество нам необходимо, кто бы спорил! Условия жизни у нас чудовищные. Но я не хочу, чтобы Газа была отделена от Западного берега. Мой род - за Абу-Мазена, и я уверен, что воссоединение народа произойдет. И еще - я не верю израильским мирным планам. Жизнь учила нас другому - как прятаться от ударов вашей авиации...
 Виктория МАРТЫНОВА
“Новости недели”


Комментарии (Всего: 6)

Цитата
Когда я единственный раз за десять лет пребывания в Палестине съездила в Россию, я чувствовала себя там очень неуверенно, потому что там на улице мужчина может пристать к женщине, сказать что-нибудь не особенно приличное, попытаться завести определенные отношения.
------------Размечталась.Никто тебя не тронет,если не попросишь.
Тоже из России ? :))))))))))))

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Лекарства им ввозят-не надо. Книги тоже. Жратвы,фруктов больше,чем в Москве и прочее тоже есть. http://www.palestineremembered.com/DistrictOfGazaTownsPictures.html

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Лора, запрет на ввоз книг, лекарств и прочего вызывает у меня такие чувства, которые нехорошо проявлять на этом форуме. А поскольку ссориться с людьми я не хочу, то просто промолчу..

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Война у них там..., ХАМАС у них там, вот пусть и сидят в окопах, пока нормальное правительство не выберут.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Да, убедительно.
Как-то не задумываешься о том, что там идет война...

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Когда я единственный раз за десять лет пребывания в Палестине съездила в Россию, я чувствовала себя там очень неуверенно, потому что там на улице мужчина может пристать к женщине, сказать что-нибудь не особенно приличное, попытаться завести определенные отношения. ------------Размечталась.Никто тебя не тронет,если не попросишь.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *