ТЫ ВИНОВАТ уж в том...

В мире
№34 (749)

...что кое-кому хочется пошуметь на тему “еврейского подполья”

Хаим Перельман остается подозреваемым в инкриминируемых ему преступлениях, так как не сумел доказать свою невиновность - таков смысл позиции, занятой еврейским отделом ШАБАКа после того, как мировой суд Петах-Тиквы принял решение выпустить “еврейского террориста” под домашний арест.
О том, что в правовом государстве должен действовать принцип презумпции невиновности, согласно которому не подозреваемый обязан доказывать свою невиновность, а, наоборот, следственные органы - его вину, в Израиле, похоже, слышали далеко не все. Как далеко не все слышали о том, что до решения суда человек считается невиновным - иначе просто трудно объяснить, почему многие СМИ все это время называли Хаима Перельмана “еврейским террористом” - ведь суд пока не признал, что он таковым является.
Перелом в деле Перельмана наметился в позапрошлую среду, когда судья Клара Раджиниани заметила, что ШАБАК пока не предъявил никаких доказательств вины Перельмана - все слова о том, что 12 лет назад он убил четверых и ранил семерых арабов, остались словами, никакого продвижения расследования она не видит.
Дело явно шло к освобождению Хаима Перельмана, и можно понять его друзей и близких, когда, явившись в суд, они узнали, что судья Раджиниани... отстранена от слушания дела, а вместо нее назначен судья Нахум Штернлихт - тот самый, который в течение десяти дней не позволял Перельману встретиться с адвокатами. Разумеется, это было воспринято как “козни ШАБАКа” и кто-то из знакомых подозреваемого даже поинтересовался, не лучше ли вообще сразу посадить в кресло судьи главу ШАБАКа Юваля Дискина?..
Однако в итоге судья Штернлихт принял в общем-то ожидаемое решение: решил освободить Хаима Перельмана под домашний арест в доме его родителей (известных в прошлом ленинградских сионистов) в поселении Текоа, запретив общаться с Ноамом Федерманом, Итамаром Бен-Гвиром, Барухом Марзелем и другими активистами правого лагеря. Следствие по его делу тем временем будет продолжено.
И вот Израиль стал свидетелем того, как Перельман вышел из дверей полиции Петах-Тиквы - его действительно встречали как героя. Сам Хаим Перельман сказал, что следователи ШАБАКа подвергали его всяческим унижениям и оскорблениям, добиваясь признания в инкриминируемых преступлениях, видимо, считая его “царицей доказательств”, но с Божьей помощью он сумел выдержать это нечеловеческое давление - и все обернулось к лучшему. Правда, для того чтобы Хаим Перельман смог встретиться с адвокатом, понадобилось вмешательство БАГАЦа... По словам адвоката Ади Кидара, дело Перельмана сопровождалось поистине вопиющими правовыми и процессуальными нарушениями, а арест произведен на основе совершенно голословных обвинений.
Тем временем стали известны и подробности того, каким образом Хаим Перельман стал агентом ШАБАКа. Как мы уже писали, он репатриировался вместе со своей матерью Леей и приемным отцом Ильей Перельманом в 1991 году из Ленинграда. Первые годы учился в хабадских школе и иешиве, однако затем, несмотря на протесты родителей, перешел в иешиву “Еврейская идея”, созданную сторонниками рава Меира Кахане, а потом в армейскую иешиву в Рамат-Гане. Как и многие сверстники, Перельман активно участвовал в различных антиправительственных демонстрациях и был вожатым в различных молодежных движениях религиозно-сионистского толка, прежде всего “Ноар Кахане” (“Молодежь Кахане”). В одном из центров этого движения Хаим и познакомился с Керен.
Когда они поженились, Хаим Перельман решил осуществить свою давнюю мечту - стать учителем физкультуры и поступил в педагогический колледж в поселке Гиват-Вашингтон. Для учебы молодая семья взяла у минпроса ссуду -15000 шекелей. Однако через какое-то время выяснилось, что поскольку Хаим не раз подвергался аресту за участие в акциях протеста и против него даже возбуждали уголовное дело, он не может получить диплом учителя. Минпрос потребовал от семьи Перельман немедленно вернуть взятую ссуду, а руководство колледжа - освободить выделенный ей караван.
Не желая обременять своими заботами родителей, Хаим перезанял деньги в банке, но вскоре стало ясно, что возвращать ему нечем. Вдобавок ко всему с учетом его “уголовного прошлого” устроиться на нормальную работу не получалось. И вот тут, как чертик из табакерки, перед ним возник агент ШАБАКа, предложивший платить от 800 до 1500 шекелей за информацию об активистах правого лагеря. В какой-то момент Перельман согласился. Однако очень скоро понял, что быть “стукачом” не для него, и не только отказался сотрудничать с еврейским отделом ШАБАКа, но и рассказал о сделанном ему предложении Ноаму Федерману и Итамару Бен-Гвиру.
Не исключено, что именно это вывело из себя сотрудников еврейского отдела, решивших сполна посчитаться с Хаимом Перельманом. Иначе трудно объяснить, почему ШАБАК вдруг решил вернуться к событиям 12-летней давности и “повесить” на Перельмана нераскрытые тогда преступления. .
Керен Перельман категорически отказывается поверить в то, что ее муж мог кого-то убить. Керен убеждена, что все происходящее с их семьей в последнее время - хорошо спланированная операция ШАБАКа. Именно ШАБАК дал минпросу указание отказать Хаиму в праве получить диплом учителя из-за его “уголовного прошлого”, хотя участие в антиправительственных демонстрациях само по себе преступлением не является. Ну а затем ШАБАК отлично воспользовался бедственным финансовым положением, в котором оказались Перельманы.
В ШАБАКе тем временем напоминают, что дело Перельмана не закрыто, и настаивают, что, возможно, у следователей пока недостаточно доказательств его вины для передачи дела в суд, но определенные доказательства все же имеются. Сам факт, что Хаим Перельман решил воспользоваться правом на молчание, по их мнению, говорит о том, что ему есть что скрывать...
Хотя почему не предположить, что Перельман молчал исключительно потому, что ему просто нечего сказать на выдвинутые против него обвинения?

Барух РОЗИН