Властелин "Серебрянного шара"

Культура
№12 (779)

Телевидение приносит людям популярность, но автор и ведущий ТВ-программы “Серебряный шар” Виталий Яковлевич Вульф был особенным: он поражал энциклопедическими познаниями, изысканностью русской речи, интеллигентностью. Он обладал незаурядным талантом рассказчика и феноменальной памятью. Создавая на экране серию портретов выдающихся мастеров театра и кино, не терял при этом чувства меры, такта и доброжелательности. И вот его не стало...

В 1999 году Виталий Вульф привез в Израиль театрализованную программу, посвященную великой актрисе Фаине Раневской. Вот тогда мне посчастливилось с ним познакомиться и поговорить.

- Я родился в Баку, там окончил школу и мечтал о театре. Я всегда хотел уехать в Москву. Это было очень похоже на состояние трех чеховских сестер: “В Москву, в Москву, в Москву!” Но родители, папа – юрист, мама – преподаватель русской литературы, считали необходимым дать мне серьезное образование. Так я окончил юридический факультет МГУ, поступил в аспирантуру, защитил кандидатскую диссертацию, но продолжал бредить театром, пропадал в “Современнике”. Очень благодарен Олегу Ефремову: он ввел меня в состав расширенного художественного совета, хоть я был тогда просто околотеатральным мальчиком.
В 1967 году Вульф по объявлению пришел в Институт международного рабочего движения Академии наук СССР, где изучалась также идеология и культура западных стран.

- Тогда там работали блестящие личности, интеллектуальная элита – Карякин, Замошкин, Мамардашвили, Давыдов и другие. Я пришел в юридический отдел, где мне было абсолютно неинтересно работать, и я находился в каком-то отчаянном состоянии. Узнав о моем пристрастии к театру, мне посоветовали взять тему о молодежной культуре. И первая моя статья, опубликованная в журнале “Театр”, была посвящена хиппи. Позднее я защитил докторскую диссертацию об американском театре 70-х годов, в основе которой лежит моя первая книга “От Бродвея немного в сторону”. При этом я был не выездным. В Америке впервые побывал в 1989 году.

Виталий Вульф известен не только как историк театра, но и как переводчик англо-американской литературы. Пьесы Теннеси Уильямса, Эдварда Олби, Сомерсета Моэма и др. в его переводах идут на сценах многих театров Москвы и других городов.
- Это, конечно, меня сблизило с актерами, я узнавал театр изнутри. Россия богата талантами как ни одна другая страна. Я хорошо знаю зарубежные театры, но они ниже, чем наши. Помню, как уходил из зала “Комеди Франсез” после спектакля “Вишневый сад” и, идя по парижским улицам, думал одну и ту же думу: почему мы так не бережны к своему родному, русскому театру?
В 1991 году Вульф впервые вышел на телеэкран с передачей, приуроченной к 90-летию его любимой актрисы Марии Ивановны Бабановой.

- Однажды в коридорах Останкино меня встретил Влад Листьев и предложил прийти к нему в компанию ВИД. Зашли к нему в кабинет, он спрашивает: “Как назовете программу?” “Понятия не имею”. Масса народу, телефонные звонки, секретарши. Я взял со стола в руки какой-то шарик, крутил его. “Вот,- говорю,- чудное название – “Серебряный шар”, такое надземное название... Был серебряный век, теперь будет серебряный шар”. “Гениально”,- сказал Листьев. И в сентябре 1994 года вышла первая программа.  С тех пор прошло 16 лет, с 2004 года программа “Мой серебряный шар” выходила на телеканале “Россия”, снималась в разных странах и снискала любовь огромной зрительской аудитории.

В память о нашем знакомстве у меня осталась книга Вульфа “Театральный дождь” с его автографом.
- В ней я хотел рассказать, как на протяжении XX века в России менялись художественные идеи и вкусы. Многие имена выдающихся мастеров сцены оказались забытыми, потому я и написал свои заметки и эссе.

Мне хочется сказать об удивительных человеческих качествах Виталия Яковлевича. Благодаря его вниманию, оказавшись в Москве на фестивале, я посмотрела несколько спектаклей, поставленных по пьесам в его переводах. Виталий Яковлевич время от времени приезжал в Израиль, где его всегда ждали. И мы виделись и беседовали, общение с ним всегда было бесконечно интересным. Ему нравилось наше море и солнце… Однажды я его спросила: “Хотели бы здесь жить постоянно?”

- Я прекрасно понимаю, от чего люди уезжали. Но я – человек русской культуры. Два года в Нью-Йорке я был профессором университета, жил в роскошной квартире 150 кв.м. Как-то звонят друзья из Москвы. Я им говорю: “Жду, когда приму последний экзамен и еду домой”. “Тебе психику лечить надо”,- услышал я в ответ.

Декабрь 1993 года. Приезжаю в Москву, тогда темную, грязную. После Нью-Йорка… И я так счастлив, что уже дома! Я так устроен, себя уже не изменить. Трагедия Цветаевой, Бунина, Мережковского, Гиппиус в том, что, живя на Западе, владея свободно всеми языками, они оставались русскими людьми.

Как-то раздался звонок из Москвы. Виталий Яковлевич сообщил, что собирается в Израиль, в частную поездку, спрашивал моего совета, в какой тель-авивской гостинице лучше остановиться. Я знаю, что некоторые режиссеры предпочитают “Ренессанс”, да и пляж приятный… Через несколько дней мы там и встретились. Это было незадолго до 80-летнего юбилея, который собирались торжественно отметить, о чем он мне рассказал. Сказал, что теперь он - заместитель главного редактора телеканала “Культура”, удостоен почетных наград. Мы сидели на берегу в шезлонгах, он утеплился пледом, говорил, что теперь сам без сопровождения не летает. Мы долго о многом просто говорили… Вспоминая нашу последнюю встречу, я думаю, это было его прощание с нашими краями, с этим морем и солнцем, которые он любил…

К счастью, Виталий Яковлевич получил уважение и признание при жизни, и юбилей состоялся. И у нас есть возможность бесконечно слушать и смотреть записи его программ, перечитывать его книги. Только очень грустно, что, как он как-то заметил в одной из своих передач, “людей, которых любил, становится все меньше и меньше...”. 
“Новости недели”